Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

— Почему?
— Да потому, что вам он не нужен. Сколько недель вы просидели в Бриндизи и не положили на место ни одного кирпича. Вы знаете: когда наконец-то обретете крышу над головой, то уже никогда не увидите звезд. Я не сомневался, что все так и произойдет.
Настало долгое молчание. Дилулло пожирал молодого варганца таким злобным взглядом, что Чейн был готов отскочить в любой момент.
Но ничего не случилось. Лицо Дилулло внезапно осунулось и показалось Чейну усталым и изможденным. Не поднимая глаз, ветеран взял бокал и осушил его.
— Нехорошо говорить такие вещи, сынок, — с мягким упреком сказал он. — Нехорошо, потому что это правда.
Дилулло уставился оцепеневшим взглядом в пустой бокал.
— Я думал, что стоит мне вернуться, и все вокруг станет таким же, как в далекой молодости. Но этого не произошло. Я чужой в своем городе… Ладно, пойдем отсюда.
Они вышли из таверны. Уже настала ночь, но улицы города с белыми старинными зданиями заливал яркий лунный свет. Дилулло уверенно шел впереди, направляясь в сторону моря. Наконец они вышли к небольшому пустырю между двумя приземистыми зданиями.
— Здесь был мой дом, — тихо сказал Дилулло.
Чейн промолчал. Он знал от Болларда, что когда-то на этом месте во время пожара погибли жена и дети Дилулло.
Наемник так сильно схватил Чейна за руку, что даже железные мускулы Звездного Волка почувствовали силу его пальцев.
— Послушайся моего совета, сынок, — выдохнул он. — Никогда не пытайся вернуться в свое прошлое. Никогда! — И пошел прочь, зло добавив: — Ладно, пропади все пропадом. Летим к Отрогу Арго!
  
Глава 2
 
С самого сотворения мира галактика вращалась, словно гигантское колесо из миллиардов сияющих звезд. От ее центра к периферии тянулись мощные спирали, одна из которых уходила особенно далеко в глубь космоса. В отличие от других рукавов галактики, она испускала довольно тусклое сияние, поскольку наряду с миллионами звезд в ней находилось множество темных туманностей и «черных дыр». Чаще всего ее именовали просто Темной спиралью, но у нее было и другое название — Отрог Арго.
Она была и красива, и полна ужасных опасностей. Многие из ее миров населяли люди, а еще больше — негуманоиды самых причудливых видов. Никто на корабле не знал этого лучше, чем Чейн. Он сидел с мрачным, задумчивым видом возле обзорного экрана и неотрывно смотрел на безбрежный звездный океан. Все на капитанском мостике тряслось крупной неприятной дрожью — корабль был старым и не очень уверенно вел себя в сверхсветовом режиме. Но Чейн не обращал на это внимания. Его взгляд был прикован к скромной желтой звезде, едва заметной в глубине галактического рукава. Одним из ее миров и была знаменитая Варга, обитателей которой боялись и ненавидели во всей галактике.
Не раз Чейну приходилось идти этим невидимым космическим путем, старинной трассой Звездных Волков. По ней многие поколения племени пиратов уходили в рейды к богатым мирам галактики. И вот сейчас, наверное, впервые в истории, к Варге мчался корабль безумцев, намеревавшихся ограбить величайших грабителей Вселенной!
На капитанском мостике было непривычно безлюдно. Корабль шел в сверхсветовом режиме, управляемый киберштурманом, а потому и пилоту, и капитану здесь было нечего делать. Нужен был лишь дежурный, наблюдающий за работой приборов, — эту-то роль и выполнял Чейн. И ему не нравилось то, что творилось на многочисленных шкалах и дисплеях.
Спустя некоторое время на мостик поднялся Боллард. Взглянув на приборные стойки, он даже присвистнул.
— Не корабль, а дохлятина, — заметил он. — Старая, измученная дохлятина.
Чейн пожал плечами.
— А что ты хотел получить за такие деньги? Супердредноут?
Боллард пробормотал в ответ нечто невнятное. Это был тучный человек с пухлым круглым лицом и сонными маленькими глазками. Он казался рохлей, но Чейн дважды бывал с ним в рейдах и знал, что этот толстяк в деле мог дать фору иным атлетам.
Боллард нажал на одну из кнопок пульта, и на обзорном экране высветилась схематическая звездная карта. На ней виднелась яркая точка, входящая в самое основание галактической спирали, — это был их корабль.
 
— Ты говорил, будто знаешь, где нам надо выходить из сверхсветового режима. Где? — спросил Боллард.
Чейн указал на небольшое скопление красных звезд.
— Там.
Боллард недоверчиво взглянул на него:
— Это же опасный район зоны 3. И мы ДОЛЖНЫ в него войти?
— Послушай, мы уже обо всем договорились, — терпеливо произнес Чейн. — Нас все равно засекут, как только мы войдем в Отрог. У нас будет шанс, если нас примут за дрейфующих горняков. А для этого надо идти именно туда, куда направились бы горняки.
— Мы могли бы пройти рядом с этим районом, не заходя в него, — продолжал стоять на своем Боллард. — Разве так уж необходимо брать в руки кирки и лопаты?
Чейн начал терять терпение.
— Боишься запачкаться? И напрасно. На Мруун лучше прибыть с трюмами, полными каких-нибудь ценных руд. Это разом снимет все лишние вопросы, разве не ясно?
Боллард скептически пожевал губами.
— Ты не знаешь Отрога и его обычаев, — добавил Чейн. — А я родился там. Мои родители были миссионерами с Земли, и мы перелетали с одной звездной системы на другую, обращая язычников в истинную веру. Да, я был тогда еще мальчишкой, но многое помню…
«Все это было правдой лишь наполовину, — подумал Чейн. — Да, мои родители на самом деле были миссионерами, но они с самого начала осели на Варге, где и умерли, так ничего и не добившись».
— …и отлично знаю, — продолжил он после паузы, — что стоит удостоиться на этих мирах одного подозрительного взгляда, и тебе крышка.
— Не нравится мне эта идея, — проворчал Боллард. — Где это видано, чтобы мы, наемники, ковырялись словно кроты в земле? Тебе проще, Чейн, ты всю молодость провел с дрейфующими горняками. Но посмотри на меня — разве я похож на шахтера?
Чейн не нашелся, что ответить. Как назло, он уже давно рассказал товарищам-наемникам байку, будто бы прежде работал дрейфующим горняком. И вот теперь придется расплачиваться за это. Черт возьми, да он же ничего не понимает в этом деле!
Эта мысль не переставала его тревожить. А корабль тем временем стремительно приближался к россыпям красных звезд. Чейн сел в кресло первого пилота и положил руку на пульт управления киберштурманом, но пока отключать его не стал.
Сидевший рядом Дилулло внимательно рассматривал звездную карту.
— Пожалуй, стоит выйти из сверхсветового режима, — нервно заметил он.
— Чуть позже, — ответил Чейн.
Корабль подошел еще ближе к опасному району, и Дилулло стал нервничать еще сильнее. Наконец он решительно заявил:
— Все, сбрасывай скорость!
Чейн недовольно поморщился, но подчинился. Он включил сирену, предупреждающую экипаж о начале торможения, а затем отключил киберштурман и нажал на красную кнопку на пульте управления. Такое он делал уже сотни раз, и всегда приходило одно и то же жуткое ощущение, будто он прыгает в бездну. Сердце учащенно забилось, сознание помутилось… Но потом все пришло в норму.
Обзорные экраны на этот раз высветили не электронную имитацию звездной панорамы, а истинную картину мира. Отрог Арго предстал во всем великолепии. Казалось, перед кораблем величественно текла необъятная река из десятков тысяч звезд, со своими перекатами, омутами и порогами.
Локатор пылевых потоков разразился серией пронзительных звуков. И тут же на экране появились тысячи мелких и крупных каменных глыб.
— Ведь говорил же, не надо спешить! — заорал Дилулло, забыв, что только что настаивал на противоположном.
Чейн понял — их жизни висят на волоске! Корабль слишком рано вышел из сверхсветового режима — и угодил прямо в поток камней. Уйти же немедленно вновь в гиперпространство он не мог: двигатель не был готов к таким перегрузкам.
Дилулло включил сирену, и по всему кораблю разнесся сигнал тревоги. А Чейн тем временем отчаянно маневрировал, пытаясь выйти из зоны крупных обломков. Корпус корабля внезапно затрясся, попав под дождь мелких каменных частиц. Дилулло что-то кричал, но сирена заглушала его.