Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Чаттен кивнул:
— Разумеется, он хочет надуть нас, если мы в самом деле найдем Прародину. Но мы будем настороже. Сначала нужно разобраться с Харви, а уже потом — с Фарахом. — Он обернулся к Брюэру. — Док, вам не стоит лететь с нами. Достаточно Шемси, Прика и меня. А вы оставайтесь вместе с Беттой.
Док тут же объяснил ему, куда он может пойти со своими идеями, так ожесточенно, что Чаттен поспешно сдался:
— Ну хорошо, хорошо. Летим вместе, если вы так настаиваете…
Бетта резко развернулась и вышла из кают-компании. Чаттен отправился следом и обнаружил девушку в той тесной каюте, где впервые ее увидел.
— Бетта, мне очень жаль, но Док хочет лететь с нами. Не беспокойтесь, я присмотрю за ним, как только смогу.
Она обернулась со слезами на глазах. Чаттен настолько привык видеть ее неизменно жизнерадостной и уверенной, что был теперь потрясен до глубины души.
— Прекрасно, — ответила она. — А кто присмотрит за вами? Вы считаете себя крутым парнем, но два таких тигра, как Харви и Фарах, проглотят вас, словно ягненка. — Она опять отвернулась. — Ну хорошо, большой глупый ребенок, улетайте куда хотите, чтобы погибнуть там или потерять рассудок, как Лугач. Улетайте все…
Она не закончила, потому что он наклонился к ней и поцеловал, сжимая в объятиях так крепко, что у нее не хватило дыхания сказать хоть слово.
— Бетта, я тоже ужасно беспокоюсь за вас, — признался он. — Но послушайте меня: мы должны это сделать. Что бы там ни вышло с Прародиной, мы обязаны вывести Харви на чистую воду и очиститься от всех подозрений, иначе мы на всю жизнь останемся вне закона.
Оказалось, что у Фараха действительно хорошие каналы информации. Несколько часов спустя по системе межзвездной связи, более быстрой, чем свет или даже чем корабли, летящие на сверхсветовой скорости, пришел ответ с Зирбара: человек по имени Шоба Рук, археолог-исследователь, восемь лет назад отправился в экспедицию, не сообщив точного места назначения, и пропал без вести. Предположительно — погиб. Также в сообщении говорилось, что Шоба Рук был специалистом по сравнительному анализу культур и эволюции мифов — в особенности мифа о Прародине. Зирбар традиционно считался одной из первых колоний в истории, и предполагалось, что колыбель человечества находится где-то поблизости. Лоуренс Харви, согласно этому сообщению, в течение двух лет учился у Шобы Рука.
Другие сведения Фарах раздобыл значительно ближе. Его собственная агентурная сеть, действующая обычными для Пиратской Звезды методами, разыскала на Алголе-3 приятеля Фараха, у которого тот приобрел Шобу Рука.
— Мой друг говорит, что хорошо помнит эту историю, — рассказал Фарах. — Он случайно наткнулся на спасательный челнок с экипажем из трех человек. Двое из них были мертвы, третий — Лугач, или Шоба Рук, — умирал. Судя по всему, от голода. Мой друг подобрал его, выходил и накормил, еще не подозревая, что тот лишился рассудка. А потом продал мне, потому что меня заинтересовала его татуировка.
— Но где он его нашел? — нетерпеливо перебил Чаттен. — В каком секторе пространства?
— Довольно далеко от Зирбара, за Эриданом.
Несколько минут спустя они собрались в штурманской рубке яхты Фараха и с возбужденно бьющимися сердцами рассматривали трехмерное изображение этого сектора Галактики.
— Слишком большой участок, — вздохнул Док Брюэр.
Однако Чаттен помнил, что сказал Шоба Рук: он искал зеленую звезду. Она должна быть именно зеленой.
В этом секторе нашлись три подобные звезды с планетными системами. Две из них были хорошо известны, но ничем не примечательны и при этом находились на окраинах сектора — из них получились бы неважные претенденты на звание утраченной Прародины.
Третья звезда, расположенная обособленно, в самом центре нужного участка, оказалась отравленной. Галактический атлас сообщал, что ее радиация опасна для жизни, поэтому вся система осталась неисследованной. По крайней мере четыре корабля погибли, пытаясь приблизиться к ней. Атлас предписывал обходить зону радиации стороной.
 
У Чаттена упало сердце. Как Прародина могла находиться здесь? Как могло человечество зародиться на планете, где природные условия смертельны для всего живого? Но ведь Шоба Рук так и говорил: «Зеленая звезда убивает».
— Я выполнил свою часть сделки, — заявил Фарах. — Теперь скажите, где это место?
Чаттен прекрасно понимал: если он рискнет довериться Фараху и назвать точное местоположение прямо сейчас, то на этом все и закончится.
— О нет, Фарах, еще не пришло время, — ответил он. — Не раньше, чем мы прилетим в нужную точку. Я сам проложу курс.
— Значит, вы все-таки боитесь, что я отправлюсь туда без вас? Ну хорошо. Тогда полетели.
Док поспешил за Шемси, а Чаттен зашел на мостик яхты Фараха. Приятно было снова очутиться на мостике. С той ночи на Ригеле-2 он чувствовал себя как рыба, выброшенная на берег. Чаттен начал обычную предстартовую проверку, отметив превосходную современную систему управления яхты. Он старался не думать о Бетте. О чем угодно: о Харви и о том, как справиться с ним, о Шобе Руке и об отравленной звезде, только не о ней.
На мостике появился Фарах, одетый в космический комбинезон.
— Я взял с собой только двоих, как мы и договаривались, — с подозрением произнес он. — А вас оказалось четверо. Неужели ваш здоровяк не может обойтись без этого лохматого малыша?
— Лут и Шемси — неразлучные друзья, — объяснил Чаттен. — Но если они вас категорически не устраивают, еще не поздно разорвать договор.
Фарах окинул его пронзительным взглядом и примирительно сказал:
— Надеюсь, вы действительно такой умник, каким себя считаете. — Он пристегнулся к креслу пилота. — Я сам буду управлять яхтой. Я к ней привык, и к тому же она более капризная, чем грузовой корабль.
Завыла сирена, Фарах нажал на кнопку старта, и яхта с ревом унеслась вверх, оставляя за собой огненный след. Она помчалась к сияющему Алголю, затем повернула в сторону от тройной системы и нырнула в усеянную звездами глубину космоса.
Перед ними раскинулась величественная панорама Галактики: бесчисленные ослепительные звезды, сверкающие водопады космических течений, мерцающие огни туманностей, нахмуренные темные облака, одинокие маяки далеких звездных скоплений. Все это поражало воображение. Чаттен думал о том, как давным-давно корабли обитателей Прародины мчались сквозь то же самое пространство. Где теперь эти галактические первопроходцы? Остались только в мифах и преданиях, ушли в забвение. И где окажется он сам, когда закончится это путешествие?
Снова прозвучала сирена, предупреждая о переходе на сверхсветовую скорость. Чаттен ввел в компьютер новый курс, корабль развернулся в нужном направлении, и теперь оставалось только ждать.
И разговаривать. Чаттен беседовал с Доком Брюэром, Шэмси и Лутом в стороне от чутких ушей Фараха и его молчаливых помощников. Он чувствовал все возрастающую тревогу и нуждался в поддержке товарищей, но они ничем не могли утешить его.
— Я уже стар, Джо, — посетовал Док Брюэр. — И я боюсь. Боюсь, что мы никогда не найдем Харви и Шобу Рука, что они погибли, как и все, кто пытался отыскать Прародину.
— Но Шоба Рук уже побывал там, — не сдавался Чаттен. — Побывал и вернулся назад — судя по надписи «Лугач» на его руках.
Он снова и снова возвращался к этой надписи, пытаясь понять, в чем ее смысл. И теперь, кажется, догадался.
— Неужели вы не понимаете, что Шоба Рук вытатуировал это слово для того, чтобы все вспомнить, если останется в живых. Значит, память и разум уже начали отказывать ему, когда он это делал.
— А остальные татуировки? — возразил Док. — Серебристые линии по всему телу. Он не мог нанести их сам. И если он чувствовал, что разум покидает его, — какой же ад там должен быть?
Эта мысль неотступно преследовала и самого Чаттена. Он полагал, что знает ответ, но не хотел называть его раньше времени, чтобы не пугать остальных.
Время ползло нестерпимо медленно. Чаттен ждал, ел, спал и снова ждал, заранее ощущая на языке горький привкус неудачи. Если Харви и привез Шобу Рука на место, то они оба уже должны быть мертвы. И тогда все это рискованное предприятие потеряет смысл.