А.Д.А.М. (СИ)

Экран телефона зажегся, Зисс схватил его со стола и уставился на всплывшее окно с видео. Уже по превью он понял, что там.
— Ты чего? — Рён повернулся к нему. — Ноэль?
— Я не буду это смотреть. — он покачал головой и бросил смартфон на стол. — Смотри, Тай. Тебе нужны еще какие-то доказательства?
Он услышал ее крик и вжался в стул. Рён сжал его руку, потом встал и подошел к Таю. Он наклонился над ним и смотрит в экран. Его глаза расширяются, и чем громче кричит Нанико, тем сильнее проявляется вена на его лбу.
— Сука… — выдохнул он. — Какая же он сука!
В конце заговорил Харон. Услышав его, Тай сделал погромче.
— Спасибо, что выкрутил настройки в пользу человечности. По ощущениям как настоящая баба.
— Мы и это просто так оставим?! — заорал Рён.
— Твою мать, ты же знаешь законы! — вспылил Тай. — То, что мы видели — это порча имущества! Все! Понятно?! Чего ты от меня хочешь?! Не я решаю, как общество должно относиться к биомехам, не я!
Он не знает, что делать. Ему тошно и страшно, настолько, что ноги дрожат. Обычно герои в кино говорят, что на собственную смерть плевать, лишь бы никто не трогал их близких. Так вот, это ложь. За свою шкуру он трясется не меньше. Может, именно поэтому ему никогда не стать героем фильма. Он боится сразу за всех, боится быть покалеченным, боится боли, которую ему предстоит испытать, если Харон до него доберется. Ему тошно от того, что делают с Нанико. Он знает, что она биомех, но это не делает ее вещью, она совсем не похожа на холодильник или пылесос. Когда-нибудь люди придут к этой мысли. Наверное.
— Вам лучше уехать из той квартиры. — сказал Тай. — Есть куда?
— Завтра уедем. — сообщил Рён. — Мы сняли…
— Вы сняли? — Тай вопросительно смотрит на него.
— Серьезно? Сейчас?
— Если ты хочешь что-то сказать, то давай. — вмешался Зисс. — Давай, Тай, ты давно мечтаешь высказаться на этот счет. Можешь повторить тираду о том, что я могу делать что угодно, но не с ним.
— Ты не понимаешь…
— Это ты не понимаешь. — он не дал Таю договорить. — В чем проблема, Тай? Чем я так плох, что ты костьми ложишься, чтобы не позволить Рёну быть со мной? Я не плохой человек. И я, — голос дрожит от усталости, — сделаю все, чтобы мы оба выбрались из этой жопы. Понятно? Рён не вернется в Двенадцатый и, тем более, не скатится ниже. Ты ведь хотел для него лучей жизни? Вместе мы добьемся ее. Если доживем. — добавил он.
Тай смотрит устало и…виновато?
— Я знаю, что ты не… — его голос почему-то сорвался. — Больше не будем об этом, хорошо? Я не буду вставлять вам палки в колеса, делайте, что хотите.
— Вот так просто? — уточнил Рён.
— Я хотел для тебя лучшего, ты же знаешь. Если лучшее — это он, пусть так.
— Кто бы мог подумать, что нам нужно просто поговорить. — Рён устало опустился на стул. — Спасибо, Тай.
— Возвращаясь к делу, — он указал на телефон, — я отправлю запись нашим технарям, они найдут, где это снимали. Хрен мне дадут разрешение на то, чтобы вытащить ее оттуда, но я…
— Я пойду туда. — сказал Зисс.
— Что? — Рён резко выпрямился. — С ума сошел?!
— Повесишь на меня что-нибудь, не знаю, прослушку. Может, Харон скажет что-то, чем закопает сам себя.
— Да он тебя быстрее закопает! — возмутился Рён.
— Я не оставлю ее там. Ясно? Нанико — мой друг, такой же, как ты.
— Она и мой друг тоже!
— Отлично, пусть убьет вас обоих. — Тай сложил руки на груди. — Плохая идея.
— Значит, я пойду туда один. — Зисс хмыкнул. — Ньютон найдет место, а я…
— Ты идиот. — Рён стукнул кулаком по колену.
— Не делай глупостей. Что ты ему скажешь? Думаешь, он не догадается, что ты сотрудничаешь с полицией? Черт, совсем забыл. — Тай достал из ящика конверт и протянул ему. — Это решение суда.
— Какого суда? — он взял письмо.
— Состоялось заседание по делу Стэрди, ему дали вышку. — сказал Тай. — Мне жаль.
— Вот как. Это приглашение на казнь?
— Она пройдет в тюрьме. Он не захотел устраивать шоу.
Эш и не захотел шоу устраивать? Да быть того не может.
Смял письмо и бросил его в урну. Рён понимающе кивнул.
 
— Тай, я серьезно. Придумай причину, дай мне микрофон, и я пойду к Харону. — он не собирается отступать.
— Какую причину я могу тебе придумать? Желание совершить суицид?
— Если до вторника плана не будет, я все сделаю сам. — он встал. — Все равно в пятницу меня увезут куда-нибудь по частям.
— Ноэль!
Но он не обернулся, вышел из кабинета и побрел к выходу. Внутри все будто ссохлось, дышать тяжело, глаза закрываются. Он устал. Ужасно, ужасно устал.
— Мы точно на правильном пути? — Рён вертит в руках UwUmaps и сверяется с маршрутом.
— Чувствуешь запах снобизма? Значит, на правильном. — он засунул руки в карманы. — На нас так пялятся, могу поспорить, что Оливия вылетит с работы, как только статью увидит мир.
— Ей виднее, а наше дело маленькое — получить деньги и уехать из Двенадцатого.
Они подошли к высокому зданию и остановились, задрав головы. «Высокое» — это двадцатиэтажный дом в Шестом, а перед ними настоящий небоскреб, сделанный, кажется, только из стекла.
— Как-то даже заходить страшно. — пробормотал Рён.
— Не бойся. — он взял его за руку. — Ну, вышвырнут нас, какая разница?
Они вошли внутрь, охранники проводили их заинтересованными взглядами. Девушка на ресепшене улыбается искренне, наверное, она биомех, поэтому лишена предвзятого отношения к тем, кто выглядит не так, как другие.
— Я могу вам помочь?
— Нас ждет Оливия Палмер. — сказал Зисс.
— Минутку. — девушка посмотрела в монитор. — Можно ваши документы?
Он протянул ей руку, она считала биометрический паспорт и кивнула.
— Тридцать шестой этаж, Ноэль Александр. Лифты дальше по коридору, хорошего вам дня.
Они обогнули стойку и пошли в указанном направлении. Нашли лифты, вошли в один из них, Рён нажал на кнопку «36» и кабина рванула вверх.
— Черт! — выругался Зисс. — Скоростной лифт.
— Как-то мне хреново. — Рён схватился за живот. — Ну и скорость!
— Ну, иначе до верхних этажей пришлось бы ездить по двадцать минут. — его самого начало мутить.
На тридцать шестом этаже тихо, коридоры пустые, но из-за закрытых дверей доносятся голоса.
— Отлично, этаж мы нашли, а дальше? Тут ведь сотни дверей. — Рён выглядит потерянным и немного смешным.
— А дальше вас ловлю я. — из-за поворота вышла Оливия. — Мальчики, за мной, быстрее.
Терять время зря она точно не любит, им пришлось нагонять ее почти бегом. Миниатюрная женщина бодро стучит каблуками по блестящему полу, говорит по телефону и рукой показывает, куда им идти дальше. На третьем повороте Зисс понял, что заблудился.
Они вошли в помещение с высоким потолком. В центре комнаты стоит огромный бежевый задник, перед ним — камера на штативе, а вокруг — десятки осветительных приборов. Половина из них уже установлены, над некоторыми колдуют люди.
— Рита, макияж. — скомандовала Оливия, не выпуская телефон из рук. — Только не усердствуй.
Высокая худощавая девушка поманила их к себе. Ну, делать нечего, если им нужны деньги, придется и это стерпеть.
— Я только блеск уберу, о’кей? — спросила, а сама уже во всю размахивает кистью у его лица. — Тебя били что ли? Еще следы остались. Оливия!
— Что? — она остановилась рядом.
— У него следы от синяков, может…
— Убирай. Не мог поберечь лицо?
— Мордоворот из Двенадцатого ничего и слышать не хотел о моей работе моделью. — ответил он.
— Шутки шутишь? — она усмехнулась. — Дарья, займись вторым, поторапливайтесь.
— Она всегда такая? — Рён залез на стул.
— Всегда. — ответила Рита. — Поверни голову.
 
Вторая девушка начала причесывать Рёна. Он выглядит ужасно недовольным, но молчит.
— А одежда? Оливия говорила, что…
— Комплекты уже готовы. — сказала Дарья.
Они так быстро отвечают, будто у них нет времени дослушивать вопросы до конца. Он вздохнул и заткнулся, чтобы не нервировать и без того дерганных девчонок.