А.Д.А.М. (СИ)

Открыл дверь, подпер ее сумкой и начал затаскивать чемоданы внутрь.
  
Глава 25
 
— Полная задница. — Рён обвел глазами склад, в который превратилась квартира, и почесал затылок. — Не думал, что их так много.
— Что делать-то будем? — спросила Нанико. — Вам, парни, надо подумать о расширении жилплощади, потому что так жить просто невозможно.
— В понедельник получим деньги от Оливии, может, правда попробуем поискать варианты? — Рён прошел в комнату, переступая через разложенные повсюду вещи. — Она даже приставку привезла.
— Мы реально жить вместе будем? — он не успевает за бурным потоком собственной личной жизни.
Рён выглядит озадаченным. Он виновато улыбнулся и сказал:
— Прости, что так сразу. Я могу снять квартиру один, на самом деле, если ты так против.
— Я не против, просто, — он надулся, — все так быстро происходит.
— Так или иначе, но мы окажемся в одном доме, ты же понимаешь? — Рён усмехнулся. — Или мои планы на кризис среднего возраста тебя не устраивают?
— Какие планы? — с интересом спросила Нанико.
— Не суй нос в это. — почувствовал, что краснеет. — Устраивают, понятно? Не смотри на меня так.
— Значит, теперь будем жить втроем? — уточнила Нанико.
— Выходит, что так. — он кивнул.
— В Сети все обзавидуются.
— Только попробуй! — он пригрозил ей пальцем. — Никаких больше фотографий, все, с «Лисом» мы закончили. Надо найти работу, кстати. Опять.
— Кстати, а что там Тай? К нам Харон наведывался. — выдала Нанико.
— Когда? — Рён помрачнел. — Ты не сказал мне!
— Я не успел, был занят твоими шмотками! — он обвел рукой стихийное бедствие из чемоданов. — Напомнил про долг, ничего особенного.
— Тай сказал, что дело движется, но медленно. Может случиться так, что они не успеют к сроку получить все разрешения.
— Какие еще разрешения? — Нанико закатила глаза. — Мужик катается по округе, трясет из людей деньги и избивает их, а полиция занята бумажками.
— Так работает система. — Рён пожал плечами. — Мне бы переодеться и поесть.
— Ищи, где тут твоя одежда. — снова указал на чемоданы.
— А я ничего не готовила. — сообщила Нанико. — Могу сварить дамплинги8*
— Совсем как дома. — Рён рассмеялся. — Буду благодарен.
Поражает, с какой легкостью он отреагировал на то, что его выгнали из дома. Он вообще не выглядит подавленным или хотя бы грустным, улыбается и, вроде, вполне искренне.
Когда Рён вышел из душа в белой футболке и домашних штанах, показалось, что он всегда был здесь. Таким домашним он его еще не видел, но отметил, что это зрелище ему нравится, даже очень.
— С чем? — Рён понюхал пар, поднимающийся над тарелкой. — Морепродукты?
— В точку. — кивнула Нанико.
— Чего пялишься? — Рён насадил дамплинг на вилку.
— Не пялюсь. — он отвернулся.
— Мальчики, я просто хочу напомнить, что теперь вам все можно. — промурлыкала Нанико.
— Боже, ты не могла бы…
Рён рассмеялся и положил руку ему на колено. Видимо, действительно забыл, что покровы сняты и они, вроде как, вместе.
— Если ночью начнете что-то делать — я сплю очень чутко. — предупредила она. — Потерпите до переезда.
— Нанико! — он так взмахнул рукой, что дамплинг сполз с вилки и упал на пол, превратившись в месиво из креветок и теста.
— Убирать сам будешь. — деловито сказала она.
— Лучше бы тебе прекратить шарахаться от меня. — сказал Рён. — А то я решу, что ты не рад мне.
Рад он, рад! Только не знает, как сказать, как подступиться. Обнять его? Целовать, когда он возвращается с работы? Так это работает? Он же ничего, совершенно ничего не знает об отношениях вообще и о таких отношениях в частности. «Таких» — это, понятное дело, однополых, прости, Господи.
После неловкого ужина Нанико ушла в душ, а Рён, залез на диван с ногами и положил голову ему на плечо. Тепло, но волнительно.
— Не волнуйся, — тихо сказал он ему на ухо, — всему свое время.
— О чем ты?
— Я понимаю, что все летит вперед слишком быстро.
— Вперед? У меня ощущение, что я лечу не вперед, а с моста. — неловкая шутка, как раз в тему вечера.
 
— Просто хотел сказать, что не нужно делать вид, что мы семейная пара, не надо собирать мне обеды на работу и все такое. — Рён, кажется, тоже смущен.
Вот такая жизнь — целоваться возле клуба, это мы можем, а вот жить вместе — это тяжело, слишком личное, понимаете ли.
— Что сказал Тай? — спросил он.
— Ничего, как ни странно. — Рён пожал плечами. — Сказал, что разочарован, но принимает мое решение. Не смотри на меня так, я сам в шоке.
— Это тот Тай, которого я знаю?
— Именно он, злющий такой, со змеиной рожей. — Рён рассмеялся. — А про квартиру Нанико все же права. Давай снимем пополам? Как соседи. Я же говорю, я не настаиваю ни на чем, к чему ты не готов.
— Я не готов? А ты сам что, только этого и ждал? — возмутился он.
— Думаю, я тоже не слишком представляю, как это. Так что мы в одной лодке.
«Как соседи» звучит хорошо, просто замечательно. Он тут же успокоился, потому что все встало на свои места, собственный образ в материнском переднике исчез из мыслей.
— Полегчало, да? — Рён опять засмеялся. — Давай, доставай телефон, посмотрим квартиры.
— Он заряжается. Давай твой.
Рён достал смартфон и Зисс увидел, что у него больше двадцати пропущенных звонков.
— Почему ты не берешь трубку? — выглядит не очень здорово. — Кто это?
— Из больницы. — нехотя ответил Рён. — Мне нужно на осмотр, а я не хочу ехать к черту на рога.
— С их точки зрения, это ты у черта на рогах.
— Вот им надо — пусть сами и катятся. Я отлично себя чувствую, лучше, чем когда-либо, таблетки принимаю, так что, спасибо за заботу, но дальше я сам.
Он и сам не большой фанат больниц и докторов, но после такой аварии лучше все-таки следить за собой.
— Это из-за денег? — спросил он.
— Возможно. — Рён пожал плечами. — Смотри, две комнаты в…
— Какой у тебя рейтинг?
— Почти сорок, а что?
— Рён, ты можешь жить в Девятом. — пораженно сказал он. — В Девятом!
— Сорок — это нижняя граница, как только свалюсь вниз на деление, меня выселят. Зачем мне это?
— Давай попробуем не скатываться больше?
На самом деле, для себя решил это несколько дней назад, когда увидел кварталы выше Шестого. В Двенадцатом, конечно, душевные жители, но иногда хочется, чтобы на тебя смотрели не как на мусор. И у него есть все шансы подняться, как и у Рёна, он вообще полицейский! У них двойной тариф по рейтингу, это все знают.
— Сколько у тебя? — спросил Рён.
— Тридцать семь. Если…
— Если посидеть в комнате у Отто, можно снять квартиру в Девятом. — закончил за него Рён. — Черт, а ведь это выглядит, как план. Только денег нам нужно несколько больше, чем мы зарабатываем.
— Я сейчас вообще безработный. — он вздохнул. — А тебе еще счета оплачивать.
— Если так будем думать, то так и сдохнем тут. — решительно сказал Рён. — Нет уж, давай, просто попытаемся. Сюда вернуться всегда успеем, что нам терять? Если и правда переберемся, возьму кредит, с таким рейтингом это реально, тем более, работая в полиции. Частично закрою долг за лечение, пусть вычитают из зарплаты потом. Так, — он задумался, — выглядит все неплохо, что скажешь?
Выглядит все более чем замечательно, вот, что он скажет. Сидит, смотрит на него, как дурак, и не знает, как сказать, что он единственный, кто смог заставить его задуматься о будущем.
— Спасибо, что веришь в меня. — тихо сказал он.
— Ты все еще мой друг. — ответил Рён. — Единственный друг.
Спать ложился чертовски довольный и тем, что нарисовались перспективы на будущее, и тем, что Рён лег рядом. Долго лежал на спине, боялся пошевелиться, чтобы не мешать ему, когда услышал, как он засопел, выдохнул и, наконец, расслабился. Перевернулся на бок, устроился поудобнее, а когда начал засыпать почувствовал, как Рён обнял его сзади.