Клубника в декабре (СИ)

И вот Гарри здесь.
Драко ударил сильнее по струнам, сменяя перебор аккордной партией, и впервые в жизни позволил себе запеть громче.
***
Похоже Гарри давно за ним следил. По крайней мере, ещё три следующие субботы Драко своей кожей ощущал присутствие Поттера. Конечно, в какой-то момент, когда он встретился с безучастным взглядом Гарри в Большом Зале, Малфой даже подумал, что ошибся, и всё это не более, чем игра его тоскующего подсознания, но уже тем же вечером он поймал на себе совершенно другой взгляд Поттера: короткий, отрывный, но несомненно что-то выражающий. Драко не знал, что именно.
Почему Поттер приходил послушать, как Драко играет? Вряд ли он находился там в ожидании, когда Малфой снова станет творить бесчинства и обернётся новым вселенским злом. Возможно, Гарри стал его слушателем, потому что ему нравилось то, что делает Драко — то, как еле слышно он протягивает строчки любимых песен и путает пальцы между струн. Это чертовски льстило, порождая невероятный ком теплоты прямо в основании горла.
На четвертую субботу Малфою надоело. Он вряд ли бы смог долго держать оборону и делать вид, что не знает, что происходит в метре от него, несмотря на данное месяц назад обещание самому себе позволить ситуации течь в своем русле. Но Гарри просто приходил и слушал, а Драко продолжал играть — и это совершенно никуда не вело. И это просто невозможно терпеть. В конце концов, Драко — слизеринец, а значит, стоило бы обернуть преследования Поттера в свою пользу.
Драко отложил шестиструнную гитару в сторону на огрубевшую под осенним холодом землю и достал блокнот с самопишущим пером. Обычно он не пользовался подобными вещами и уж тем более никогда не писал письма, проговаривая свои мысли вслух. Но подобная уловка казалась единственной возможностью поговорить с Поттером. Малфой переживал: чертовски, и ему даже пришлось сжать ладони, скрещивая их между собой, чтобы скрыть внезапную дрожь. Ему бы сейчас не помешало хваленое гриффиндорское достоинство: удача любит безрассудных?
— Дорогая мама, — тихо протянул Малфой, слегка приподнимая кончики своих губ, наблюдая, как забегало перо. — Ты спрашивала, как мои дела. С учёбой все в порядке, я исправно готовлюсь к экзаменам и всё так же планирую выбрать специализацию Зельевара, как и было оговорено ранее. Не буду лгать, в Хогвартсе мне сейчас одиноко, как никогда. В этом году ты попросила меня о невозможном — разве могу я теперь завести хотя бы одного друга? — Драко покачал головой. — Все отвернулись от меня, и, может, оно и к лучшему. Это не отвлекает от учебы. Но на самом деле я хотел бы с кем-нибудь общаться. Спасибо, что написала мне. Как вы? Как отец? С любовью и безграничной тоской, Драко.
Перо соскользнуло с листа и опало Малфою на колени.
***
К среде Драко решил, что это не сработало: на самом деле он до конца не понимал, какого эффекта ожидал. Гарри всё так же крутился в компании своих друзей и не позволял себе ни одного — даже малейшего — взгляда в сторону Малфоя. И в голове снова закрутились предательские мысли, что Поттер ему только казался.
Но в четверг Гарри вдруг сел с ним на сдвоенной Истории магии.
— Что ты делаешь? — непроизвольно зашипел Драко, замечая, что все студенты тут же обратили внимание на абсолютно нетипичное поведение Поттера. Гарри приподнял бровь, почти равнодушно покосившись в сторону Малфоя.
— Собираюсь писать лекцию. А ты?
— Ты сел со мной, — глупость изо рта Драко вырвалась самостоятельно, и он просто не успел сунуть её обратно.
— Всё верно, — подтвердил Гарри.
— Зачем?
— Захотел.
***
— Дорогая мама, — Драко прикусил губу, борясь с внутренними сомнениями: он не отставал от гитары целый час, пока не заболели мышцы пальцев, так и не решив до конца, что произнесёт сегодня. — Спасибо за твой скорый ответ. Я рад, что вы с отцом в порядке, — Гарри определенно был здесь: Малфой ощущал его на физическом уровне, и, кроме того, ветер сегодня дул в его сторону. Драко просто не мог не уловить легкий аромат сладкого одеколона. — Я начал общаться с Поттером, — буквально выдавил из себя Драко. — Наверное, отец сойдет с ума от этой новости, пожалуйста, не говори ему, — спешно добавил он. — Но Поттер первый начал, клянусь. Сначала он сел со мной на уроке, а потом как-то так вышло, что мы за разговором дошли до Подземелий. А на следующий день столкнулись вечером в коридоре и случайно заговорили о магических существах. Вряд ли это приведет к дружбе, о которой ты так меня просила, но, возможно, это начало чего-то большего. Я бы хотел, чтобы это было так. С любовью, Драко.
 
Гарри должно быть стыдно, что он подслушивает столь интимные вещи.
***
— Дорогая мама, у Поттера прекрасное чувство юмора. На самом деле, я думаю, большую часть времени он не шутит, но все ещё выглядит довольно забавным. Мы часто пересекаемся на уроках и иногда встречаемся случайно в окрестностях замка. Вчера я столкнулся с ним у квиддичного поля и сильно замёрз, пока мы обсуждали олимпийские команды. Оказывается, у нас много общего. Я бы хотел однажды полетать с ним, только вдвоём. С любовью, Драко.
***
— Дорогая мама, Поттер и правда неплох в полётах. Конечно, я постоянно соревновался с ним на матчах за Кубок школы. Но тренироваться отдельно весьма увлекательно. Уверен, он несколько раз поддался мне, но он бы ни за что в этом не признался. Как и я. На этой неделе мы летали дважды. И получилось бы в третий раз, но Поттеру необходимо было закончить его эссе. Возможно, иногда я мог бы помогать ему с учёбой. Мы все ещё довольно часто встречаемся, но я бы хотел общаться с ним ещё чаще. С любовью, Драко.
***
— Дорогая мама, теперь Поттер садится со мной на каждом общем занятии и за завтраками в Большом зале. Это немного забавно, особенно, когда я вижу взгляды его друзей: наверняка, они остро завидуют, — Драко честно попытался скрыть самодовольство в своём тоне, но вышло просто ужасно. — Не то чтобы я жутко этому рад, Поттер меня немного отвлекает от учёбы своими глупыми шутками, — мягко сказал Малфой, пряча за оскорблением улыбку, — но тем не менее, это вроде как по-дружески. Сегодня он отправился в Хогсмид, и, ты знаешь, я обычно туда не хожу, потому что избегаю встреч с оскорблёнными, но мне жаль, что мы не пошли туда вместе — я бы мог показать Поттеру, что такое «настоящее веселье». С любовью, Драко.
***
— Эй, Малфой, — Гарри уселся за слизеринский стол в Большом зале. Драко попытался изобразить недовольство из-за того, что тот отвлёк его от книги, но с недавних пор притворяться, будучи в компании Поттера, стало ужасно тяжело. Гарри очаровательно улыбнулся. — Идешь завтра в Хогсмид? — как бы между прочим спросил он. Драко прикусил щеку изнутри: Мерлин, Поттер действительно постоянно ведётся на его уловки.
— Нет.
— Пошли со мной.
— Я занят.
— И чем же ты занимаешься? — Гарри не выглядел растерянным. А Драко очень нравилось, что Поттер его уговаривает.
— Делами.
Гарри немного наклонил голову вправо, всматриваясь в лицо Малфоя, и тот почувствовал, как на шею налипают красные пятна.
— Пойдём.
— Ладно, — только бы Гарри на него так не смотрел.
***
— Дорогая мама, прости, что не смог написать тебе в прошлую субботу. Я был в Хогсмиде, — Драко опустил глаза, борясь с вылезающей на его лицо улыбкой: Поттер — придурок, ввязался из-за него в перепалку в «Трёх метлах», а потом ещё час возмущался о несправедливости мира, пока Малфой сидел на скамье у Визжащей хижины и ел клубничное мороженое. Гарри очаровательный, исключительный и в близком общении именно такой, каким Драко себе его представлял. — Я ходил туда с Поттером, — Драко взглянул на Чёрное озеро: почему-то он был уверен, что Гарри сейчас стоит там, спиной к нему, и тоже смотрит на прозрачную воду, покрывшуюся тонкой корочкой льда. — Он невообразимый, — выдохнул Малфой, позволяя себе быть немного сентиментальным. Во всяком случае, Поттер почти наверняка на него не смотрел. — И теперь мы каждый день встречаемся. Кажется, мы нашли общий язык.