Иллюзии (СИ)
— Подожди, — едва слышно отозвалась я и поменяла позу. Чтобы быть к нему ближе. Видя возбужденный член, с блестящим от влаги кончиком, облизнулась в предвкушении. Такая реакция вызвала стон у ледяного. И я отпустила себя. Не было ничего запретного, ничего пошлого, только чувства, ощущения. Потянулась ближе, лизнув головку и чуть улыбнулась солоноватому вкусу, вырывая новый стон у Александра. Осмелев, обхватила губами головку и начала продвигаться глубже, обводя языком горячий и мощный ствол. Пальчиками чуть сжала яички, заставляя их подняться выше к основанию члена. Долго сдерживаемые эмоции ледяного, как и мои ранее, вырвались наружу, заполняя горло, перехватывая дыханье. Спустя несколько секунд, когда все закончилось, облизнула головку, забирая остатки семени, поднялась и потянулась к губам мужчины. Но не поцеловала, нет, вдохнула его пережитые эмоции и потерялась в них сама. Хотелось пить их и пить нескончаемо. Но продолжить начатое мы так и не смогли. Александр внезапно разжал объятия, посмотрел на меня замутненным взглядом и банально потерял сознание. Ожидать подобного от взрослого демона не приходилось. Уставившись в ужасе на бледного Александра, кое-как оделась в остатки вещей, и кинулась к телефону. Набрала номер и принялась ждать. Один гудок, второй, третий…
— Даша, что случилось? — раздался взволнованный голос отца после пятого гудка.
— Саша, Саша, — всхлипнула я.
— Что с Александром? — неожиданно резко спросил отец, выйдя из портала рядом со мной.
— Я, кажется, выпила его, — снова всхлипнула я.
Отец ничего не ответил, приподнял бровь, рассматривая растрепанную меня, потом перевел взгляд на Александра и нахмурился. Подошел к нему поближе, присел и приложил пальцы к шее.
— Жив, — пробормотал он, поднимаясь, потом быстро достал свой телефон и набрал номер. А когда ему ответили, рявкнул: — Быстро в квартиру своего брата.
Тут и думать было нечего, кого отец вызвал. Старшего брата Александра, Николая.
— Что случилось? — Николай удивленно уставился на отца, потом перевел взгляд на меня и следом на брата.
— О чем я предупреждал, то и случилось, — почему-то рассвирепел отец.
— Да этого просто не может быть, — воскликнул Николай и подошел к брату ближе.
— Ха-ха, — саркастически произнес отец. — Не я ли тебе говорил, когда ты просил разрешения брату быть рядом с Дарьей, что он не справится? И что ты мне ответил? Что?
— Что он сильный демон и сможет справиться с эмоциями, чтобы не провоцировать Дашу, — тихо отозвался Николай.
— Справился, — вздохнул отец, открыл портал и повернулся ко мне: — Тебе особое приглашение нужно? Быстро домой.
— Уже, — пискнула я и рыбкой нырнула в портал, в последний раз посмотрев на Александра. Действительно в последний. После этого я больше никогда его не видела.
Бросать Сашу одного совершенно не хотелось, особенно в таком состоянии, пусть даже и с родным братом. Но отца ослушаться не смела. Не то чтобы он потащил меня в этот портал, но все-таки. Поэтому я покорно вышла из портала в собственном доме. Если бы еще и в своей комнате, но нет, отец открыл портал в кабинет. Видимо, меня ждал очень серьезный разговор. Так и оказалось. Отец уселся за стол и кивнул мне на стул, стоящий напротив. Вздохнув, присела и сложила руки на коленях, словно школьница.
— И что мне с тобой делать? — устало спросил папа, пристально меня разглядывая.
— Ничего, — слегка пожала плечами.
— Да конечно, — усмехнулся он. — Если ледяные выкатят неустойку, будешь платить?
— Что? — удивленно хлопнула ресницами. — Какую еще неустойку? Что за бред.
— Ты, Даша, вывела из строя лучшего менеджера их корпорации, — покачал головой отец. — А это, моя дорогая, минус огромные прибыли, которых они теперь лишились.
— Можно подумать, у них никого другого нет, — фыркнула я и задумалась. Вот уж не знала, что Саша такой прям незаменимый. Я знала, что у него какая-то должность в семейной корпорации, но совершенно не интересовалась. Как-то не до этого мне было. Да и не интересовал меня весь этот бизнес.
— Никого другого нет, — снова усмехнулся отец. — А ведь я предупреждал ледяных, предупреждал. Вот только не думал, что Александр настолько увлечется, что пойдет на поводу маленькой девочки.
— Я не маленькая девочка, — обиделась я. — И люблю Сашу. Он тоже меня любит.
— Да блажь все это, — вздохнул отец и поднялся. — Ледяной получил то, что ему никогда не было доступно и после тебя, вряд ли будет. А ты… — тут отец задумался.
— А что я? — сразу встрепенулась я.
— А ты, маленькая, кроме его эмоций ничего не получила.
— Э… — не поняла я.
— Тебе нужно тренироваться, раз так внезапно твои силы проснулись, — попытался объяснить отец.
— И как ты себе это представляешь? — всплеснула я руками. — Тренажер мне купишь?
— Придумаю, — папа внезапно поднял меня со стула и, прижав к своей мощной груди, вздохнул, упираясь подбородком в мою макушку. — Выросла, девочка моя. Надо же, даже не заметил.
— Э… — снова потеряла дар речи. Я, конечно, знала, что была любимицей, но не думала, что папа пропустит этот момент.
— Хотел позже но, видимо, придется представлять тебя совету. Уже через неделю.
— Может не надо? — попросила я. Ведь представление совету означало одно, началось первое взросление. Почему-то совершенно не хотелось взрослеть. И пусть после совета будет самый шикарный бал, не хотелось мне этого, совершенно не хотелось.
— Надо, маленькая, надо, — вздохнул папа. — Иначе все решат, что я стал слишком мягкотелым, что прячу свою дочь.
— Ничего ты не мягкотелый, — в ответ вздохнула я и крепче прижалась к нему. — Я тебя люблю, папочка. Прости, что так вышло. Я не хотела.
— Знаю, — в его голосе я услышала улыбку. И папа выпустил меня из своих объятий. — А теперь иди, отдыхай. У меня еще много дел.
— Люблю тебя, — прошептала я, приподнялась на носочки и, поцеловав папу в щеку, быстро выскользнула из кабинета. Буря прошла мимо. Но не полностью. Уже на входе в комнату, меня поймал брат и спросил:
— Что натворила?
— Отвали, — зарычала я. Его отповедей от него мне не хватало. С силой оттолкнула его и юркнула в свою комнату, громко захлопнув дверь. А потом бросилась на кровать и разрыдалась, словно маленькая девочка, от жалости к самой себе. Выплескивая собственные чувства подушке, поняла, что папа был прав. И не любила я Сашу. Да, он меня возбуждал, и я переволновалась, когда выпила его силы. Но очень быстро забыла про все чувства, как только встал вопрос про финансовую неустойку. Неужели я и, правда, настолько эгоистична, что постоянно думаю только о себе? Ничего другого в голову больше не приходило. Разве что будущее представление совету. На совет представляли всех нелюдей, которые вступали в свое первое взросление. У демонов оно начиналось после двадцати пяти. А мне едва исполнилось двадцать два. И я думала, что до официального представления еще далеко. Силы спали. И вот теперь. Почему меня так пугало это самое представление, объяснить даже самое себе не могла. Словно предчувствия мучили меня. С такими нехорошими мыслями, я не заметила, как уснула.
Утром все плохие мысли исчезли, словно сон и я, потянувшись, порадовалась новому дню. Всего лишь через неделю будет представление и к нему следовало подготовиться. Да, желание представляться за ночь не появилось, но деваться было некуда. Силы проявились, значит будь добра. Вот уж дернул меня кто-то так воспылать страстью к Александру. Если бы не это, силы бы спали себе и спали.
— Дашка, хватит спать, у нас еще куча дел, — в комнату, как всегда без разрешения ворвался Ден.
— А чего это ты такой радостный? — нахмурилась я, привставая с подушки.
— Ну почему бы мне не радоваться, — брат был весел, как никогда. Стремительно подошел к кровати и резко подхватил на руки. А потом закружил по комнате.
— Ааааа, — завопила я. — Отпусти, ненормальный!
— У малышечки моей силы проснулись, — не обращал на мои вопли никакого внимания Ден и продолжал кружить.