Настоящий американец - 2 (СИ)

– Ну и формулировки у тебя, – поморщился я. – Или на Севере так принято называть деловые отношения? Какой-то местный сленг?
– Ты отдал им свои патенты! – упрекнула она меня. – Но почему им, а не мне?!
– Ты, если забыла, в нашу последнюю встречу изволила бутылкой в меня запустить и велела держаться от тебя подальше.
– О, Дева Мария, – закатила она глаза, показывая несущественность моей отмазки. – Я тебе одолжение сделала – излечила от алкоголизма! И вот она благодарность – ты помогаешь нашим конкурентам! Или это ты так мне мстишь за разрыв? Хочешь, чтобы Фиат разорился?! – нашла она для себя причину моего сотрудничества с Ромео. Женская логика – она по-настоящему пугает.
– Ой, ладно, не прибедняйся. Твоему Фиату моя страна по плану Маршалла кредитов надавала, так что не обеднеет. Наоборот, ваши дела в гору идут, что нельзя было сказать об Альфа-Ромео, из-за чего цена их акций была более привлекательнее ваших, – сделал я упор на финансовую составляющую.
– Какой же ты все-таки американец! – скривилась от брезгливости Вайлетт. – Выгода для тебя превыше всего!
– А вы итальянцы – святые бессребреники, – усмехнулся я.
– Мы живем сердцем!
– Ага, столько сердечный твоих соотечественников вчера по пути сюда встретил, чуть багажа и всех денег не лишился, особенно запомнились душевные итальянские подростки, с которыми я познакомился на трассе.
– Ты что снимал девок на трассе? – поморщилась Вайлетт, по-своему интерпретировав мои слова.
– Парней.
Девушка вытаращила на меня глаза.
– Значит правду говорят, что англосаксы те еще извращенцы.
– Еще какие, – подтвердил я.
– Да ты надо мной издеваешься! – Вайлетт прищурилась и этот ее боевой прищур ничего сердечного мне не обещал.
– Ты сама всякие глупости придумываешь.
– Я тебе сейчас тарелку с макаронами на голову надену, – пообещала она.
– Тогда я тебя на приеме при всех за задницу ущипну, – пожалел я свои макароны с мясным соусом.
– Что?! – девушка часто заморгала. – Ты решил разрушить мою репутацию? – Вайлетт резко встала, чуть не опрокинув стол. – Держись от меня подальше, чертов янки! – обкатив меня на прощание ледяным презрением, она гордо удалилась. Заплатить за себя в голову ей, конечно, не пришло. В мелодраматичный сюжет скучная проза жизни не вписывалась.
Вернувшись в отель, я, пока не забыл, отдал горничной свой фрак, чтобы та приготовила его на вечер, а сам завалился досыпать. Проснулся уже в три часа и спустился на первый этаж в ресторан при отеле.
Официант настойчиво уговаривал попробовать только что выловленные в море анчоусы, пожаренные в оливковом масле, но я не особо люблю рыбу, поэтому выбрал тушенный говяжий язык и почки, а также заказал запеченные сыром и помидорами баклажаны. И все это мне предстояло запивать Moscato di Saracena. Как меня заверили, это эксклюзивное местное вино, аналогу которому нет нигде в мире, подают к столу Папы Римского.
– Сеньор Уилсон? – пока я вкушал принесенные мне блюда, ко мне незаметно подобрался один из посетителей ресторана. Он был в хорошем костюме, имел приличные часы среднего ценового диапазона, с чисто выбритым лицом, на котором все казалось жило своей жизнью: губы радостно улыбались, лоб морщился, словно его обладатель пребывал в глубокой задумчивости, а темного цвета глаза из-за опущенных век казались печальными.
– Тонино Морияди, – представился человек с неординарной внешностью и отличным английским произношением. – Я, как и вы, приглашен на сегодняшний прием в Национальный музей Великой Греции, – сообщил он мне, обозначив существующую между нами двоими связь. После чего, как предполагалось, отказать в его просьбе я уже не смогу. – Вы не могли бы уделить мне пятнадцать минут для приватного разговора? В отеле есть специальная комната для переговоров.
– Нет, не могу, – он же не знал, что я сегодня зол и совершенно не расположен к незапланированным переговорам. – Говорите, что у вас ко мне прямо здесь или я вас более не задерживаю.
– Американцы такие прямолинейные, – ничуть не обидевшись, сеньор Морияди вновь улыбнулся одними губами. – Хорошо, вот только если нас кто-нибудь случайно подслушает, это может помешать нашим дальнейшим планам.
 
О как, у нас с этим типом уже совместные планы наметились.
Я вновь плеснул себе вина, с интересом рассматривая усевшегося на свободный стул за моим столом итальянца.
– Сеньор Уилсон, вы слышали об Энее?
– Кто это? – пожал я плечами.
– Предок основателей Рима – Ромула и Рема.
– По-моему они от волчицы произошли. Так это он ее, того? – включился я в исторический диспут.
– Волчица не была матерью близнецов! – опешил от моих познаний итальянец. – Она была их кормилицей!
– Ладно, с этим разобрались, – согласился я с его версией. – Что дальше?
– Эней – легендарная личность и в тоже время личность историческая. Он действительно жил в двенадцатом веке до нашей эры, принадлежал роду дарданов, как и царь Трои Приам. А когда Троя была разрушена он с остатками дружины ушел на Апеннинский полуостров. И здесь находится его гробница, – в этом месте сеньор Морияди приглушил голос. – Я нашел упоминание о месте захоронения Энея!
– Да вы что?! – не менее восторженно прошептал я.
– Информацию о местонахождении гробницы я ни за что не продам, – неожиданно заявил он. – Я сам хочу участвовать в раскопках и получить толику славы от находки. Как археолог, вы должны меня понять.
– Понимаю. Но зачем тогда вы мне об этом рассказали?
– Дело в том, что для раскопок нужны деньги, – смущенно сообщил итальянец. – И мне не остается ничего другого как взять в дело партнера. И я выбрал вас! – обрадовал он меня. – Я навел о вас справки и выяснил, что вы богаты и, главное, увлекаетесь археологией.
– У меня для вас есть предложение получше! – пришла моя очередь радовать сеньора Морияди. – В этом отеле остановилась представительница семьи Аньелли, которая будучи из патрициев как раз ведет свой род от Энея. Уверен, она как никто загорится желанием найти останки своего легендарного предка. А вот, кстати, и она! – я словно фокусник взмахнул рукой в сторону входа в ресторан, где как раз показалась Вайлетт.
Она была в строгом брючном костюме, словно знала, что ей предстоят деловые переговоры.
Не обращая внимание на кислое выражение лица девушки, которое она состроила при виде меня, я представил ей сеньора Морияди, и убедившись, что контакт между ними наладился, то есть они оба приняли тот факт, что поговорить им друг с другом все же придется, удалился.
  
Глава 6
 
– Сеньорита Аньелли, карета подана, – я распахнул перед Вайлетт дверцу своего Альфа-Ромео.
Девушка была восхитительна: платье в пол, меха, драгоценности и затмевающее все вокруг сияние сапфировых глаз.
Увидев ее выходящую из отеля, я позабыл обо всем на свете, даже о том, что мне уже дважды за сегодняшний день было велено держаться от этой Богини как можно дальше, и поспешил навязаться в сопровождающие.
– На этом своем корыте горничных катай, – елейно процедила моя прелесть.
Тот шлепок по заднице, свидетельницей которого случайно стала Вайлетт, вот приспичило ей именно в тот момент проходить мимо моего номера и заглядывать в него, был всего лишь вариацией чаевых за приготовленный фрак. Но ей ведь не объяснишь.
– Если желаешь, могу отвезти тебя в Палаццо-Пьячентини на твоем зеленом недоразумении, – я любезно кивнул на ее припаркованный Фиат.
– Я уже наняла на этот вечер извозчика, – отшила меня моя стервочка.
К крыльцу подкатил черный Fiat 2800 и из него вышел разодетый в костюм и белоснежную сорочку водитель-негр с европейскими чертами лица. Он распахнул перед Вайлетт дверцу, и девушка изящно впорхнула в салон.
– Извозчик, значит, – давно меня так не макали. Я в прищур проводив отъезжающую машину, после чего запрыгнул в свою Джульетту и покатил следом.
Площадь De Nava, возле Палаццо-Пьячентини, в котором размещался национальный музей Великой Греции и был организован банкет, была заставлена автотранспортом гостей, но я смог, благо габариты малолитражки позволяли, протиснуться в небольшой просвет, тем самым опередив черный Фиат. Так что возле ступеней я оказался первым.