Письма Звёздному императору (СИ)
Илассиа аккуратно написала текст в двух идентичных копиях. Изящным каллиграфическим почерком, на старинный уйлоанский манер. Одну копию отдала учителю, дождавшись, пока все остальные ученики вручат ему свои вымученные послания, написанные по установленной форме. Другую унесла с собой и опустила потом в особый ящик при Императорском архиве. Она знала, что почту из этого ящика вынимают служащие и читают очень внимательно. Стало быть, господин дворцовый иерофант текст увидит. А там… пусть сбудется воля Звездного императора.
Повзрослев, она, конечно, не верила, что до Его величества, даже если он где-нибудь существует, доходят письма от десятков тысяч его подданных с далекой Лиенны. И всё же эффект от них, несомненно, порою был, а значит, обращаться за помощью к Звездному императору вовсе не бесполезно. Пусть даже нужные меры принимают исключительно местные власти, однако — от имени Императора, и ради сохранения всеобщей веры в его небесное покровительство.
Меры вскоре последовали.
Лаон с удивлением рассказал Ласси о внезапном визите к ректору Уймару господина дворцового иерофанта, Ниона Ойоная, и госпожи Баллайны Кассай. Что там произошло, никто не знает — они говорили при закрытых дверях и полностью отключенных камерах безопасности. Но через час на сайте Императорского университета появилось заявление ректора Саллео Уймара о добровольной отставке. Временно исполняющим обязанности ректора назначен профессор Вайянс. Однако и для него всё случившееся оказалось полной неожиданностью. Согласно досужим домыслам, поводом могло послужить недостойное поведение Маллио Уймара, на которого пожаловалась в деканат одна из студенток биологического факультета. Якобы, он обещал обручиться с нею, но не выполнил своего обещания, а она между тем отказала предыдущему жениху, и из-за всех этих переживаний забросила лабораторные опыты и не смогла сдать экзамен.
Случай вполне заурядный. У многих девушек, и старшеклассниц, и студенток, на уме в первую очередь поклонники, женихи и надежды на счастье в браке. Естественно, бывают и обиды, и ссоры, и разрывы помолвки. Но какое отношение к этому могли иметь господин иерофант и Баллайна? Какое им дело до похождений Маллио? И почему ректор счел инцидент настолько серьезным, что предпочел уйти со своего поста? Или… были другие причины?
Илассиа делала вид, будто ее эти перестановки в верхах не касаются. «Какая нам разница, папа? Мы с тобой всё равно улетим в Виссеванский университет». А семейство Уймар не пропадет: господину Саллео уже предложили пост при правительстве — курировать учебные заведения всех городов. Маллио, спешно защитивший магистерскую, получил работу в Императорском Океанариуме Каллисона. Со столичной лабораторией у него ничего не вышло, однако новая должность сулит и хороший доход, и известность, и научные перспективы.
Сплетни стихли так же быстро, как начали некогда распространяться. Словно бы иссяк источник, питавший чью-то неутоленную злобу.
И настала радость: приглашение в Межгалактический Виссеванский университет получили и отец, и дочь. Илассиа успешно сдала тесты для поступающих, а диссертацию Лаона приняли к защите на известных ему условиях.
Оставалось последнее лето на маяке. Прощание с детством, с дедушкой, бабушкой, океаном, птицами, рыбами…
А потом — мгновенная смерть. И совершенно новая жизнь: Виссевана.
Ночь на маяке
Лаону казалось, что время вокруг него сжимается в бешено завертевшуюся воронку. Как успеть завершить все дела до отлета с Лиенны? Уладить формальности в Императорском университете (путешествие на Виссевану считается длительной командировкой без сохранения жалования), сдать квартиру в профессорском доме и временно переместиться к родителям. Разобрать накопившийся электронный архив, уничтожить ненужные файлы и тщательно заархивировать нужные. Встретиться с господином Варданассиром. Взять необходимые документы в министерстве внешних сношений. Съездить в Меннао и Меннавар — попрощаться со старшими сестрой и братом, которых Лаон годами не видел, но неприлично покидать своих родственников насовсем, не сказав даже нескольких вежливых фраз. Наконец, побывать у Вайниров, вдохнуть напоследок соленого океанского ветра, поблагодарить Кайса и Файю за всё, что они сделали для него и для Ласси — и вернуться с дочерью в Уллинофароа. Оттуда — рейс в космопорт, предполетная подготовка и старт в неизвестное будущее.
Он сумел выкроить вечер, чтобы навестить семейство Майвэй. Саинна ждала второго ребенка, Аллуэн любовно ее опекал, Саннуо стал разумным и хорошо воспитанным мальчиком, пожилые родители Аллуэна, господин Баллуэн и госпожа Эллайна, относились теперь к Лаону с уважением, как к знаменитости, хотя совершенно не понимали его желания бросить работу в Императорском университете, где после внезапной отставки ректора перед ним вырисовывалась должность главы факультета.
На семейный обед заглянула и Баллайна Кассай, извинившись за мужа, который очень занят по службе. За столом они говорили на самые общие темы. И Лаон не смог отказаться, когда она предложила его подвезти до дома на личном байсуне.
По дороге она сообщила, что собирается завтра лететь в Меннао — открывать там отделение фонда «Маяк». Уже разработаны программы для способных детей из бедных семей, кандидатов отбирают муниципальные школы, а фонд поможет им поступить в профессиональные колледжи или в Императорский университет, оплатив подготовительные курсы, дорогу и общежитие. Лаон выразил восхищение этим проектом. Ведь, не будь у Илассиа такого отца, она, при всех своих дарованиях, осталась бы «девочкой с маяка», и даже, возможно, никогда не училась бы в школе. Конечно, умных детей нужно выявлять и поддерживать, иначе все высшие должности в Лиеннской империи окажутся в распоряжении очень узкой группы знатных, богатых и хорошо образованных сограждан. Собственно, оно давно уже так, только вряд ли таланты рождаются исключительно в этих семействах.
«Ах, простите, дорогая Баллайна», — опомнился он, прервав свои рассуждения. — «Я забыл, что вы принадлежите к высшей страте»…
— Мы с вами родственники и друзья, — возразила она очень мягко. — Со мною вы можете говорить откровенно. Кстати, вы не хотели бы выступить на открытии фонда в Меннао?
— Боюсь, это никак не впишется в мое расписание. Я еду за дочкой, и почти сразу — назад.
— Вы собираетесь путешествовать поездом?
— Да, Баллайна.
— А если я приглашу вас лететь со мной иссионом? Вы сэкономите время. Я могу задержаться в Меннао, побыть на море. И затем отвезти вас с Илассиа в Уллинофароа.
— Мне неловко обременять вас…
— Иссион уже нанят, а сколько будет внутри пассажиров, неважно.
— Если ваш муж не выразит недовольства…
— Ему всё равно.
Он согласился. Это значило провести на маяке на два дня больше. Теперь он уже дорожил каждым часом, оставшимся в его распоряжении на Лиенне.
Лаон был включен в состав официального представительства фонда «Маяк» как почетный гость и приглашенная знаменитость: «Профессор Саонс, историк цивилизаций». Он действительно выступил с речью перед школьниками Меннао, рассказав им и про свой собственный путь к профессорству, и про Илассиа — «девочку с маяка», а ныне студентку Межгалактического университета. «Никакие пути не закрыты, если вы талантливы, трудолюбивы, упорны, и если вам освещает дорогу к знаниям фонд «Маяк», сотрудничающий с Императорским правительством и Императорским университетом!» — напутствовал Лаон юных слушателей, восхищенно смотревших на него, настоящего профессора, и молодую, изящную, великодушную благотворительницу, высокородную госпожу Баллайну Кассай.
Потом они пообедали в ресторане вместе с Баллайной, ее секретарем и другими официальными лицами. Далее каждый следовал своему расписанию. Баллайна выразила желание погулять по Меннао в сопровождении Лаона, уроженца этого города, и он не мог ей отказать. Секретаря она отпустила, попросив оформить бумаги нынешнего мероприятия, а затем свободно располагать своим временем. Это был молодой человек, модно одетый и явно склонный к светскому образу жизни, так что он нашел бы, чем заняться в городе, где, помимо порта, имелись всякие увеселительные заведения, в том числе и такие, каких не увидишь в Уллинофароа: театр на воде, бассейн-ресторан и танцевальная площадка между подсвеченными фонтанами. Лаон несколько успокоился: если муж Баллайны не ревновал ее к этому юному щеголю, то прогулки почтенной дамы в обществе старшего родственника, и вдобавок профессора, не вызовут никаких нареканий.