Письма Звёздному императору (СИ)
— А в вашем университете — не связана?
— Нет. Межгалактические учреждения автономны. Они не зависят от правительства данной страны или данной планеты. Конечно, местные власти участвуют в субсидировании университетов и колледжей, а также обеспечивают их необходимой инфраструктурой. Однако никакое правительство не имеет возможности что-либо предписывать преподавателям. Они сами решают, какие курсы читать, как их строить, какие источники рекомендовать студентам.
— Мой курс истории цивилизаций тоже отдан на мое собственное усмотрение, господин Варданассир!
— Это сделано в порядке эксперимента. Вы участвуете в программе, которую курирует и Межгалактический совет по научным связям, и Императорское правительство, и ректорат. От успеха программы зависит размер финансирования Императорского университета и его репутация на межгалактическом уровне среди аналогичных учреждений. Поэтому вам предоставили определенную меру свободы, быстро присвоили должный статус и заметно повысили жалованье. Но вы ведь сами видите, что некоторые идеи не встречают полного одобрения ваших коллег и вашей аудитории.
— Просто им они непривычны.
— Либо выглядят неприемлемыми. Вам приходится выражаться как можно более осторожно, обставлять свои тезисы оговорками, постоянно подчеркивать превосходство Лиеннской империи…
— Я в нем искренне убежден, господин Варданассир!
— Мне ни в коем случае не хотелось бы оспаривать ваше мнение о том, что вам дорого, господин профессор. Я лишь призываю вас подумать о будущем. И, возможно, выбрать тему для диссертации, которая не соприкасалась бы с проблематикой прежних работ.
— То есть, начать всё с начала?
— Вам решать.
— Допустим, я рискну и представлю некий труд к защите в Виссеванском университете. Что дальше?
— В случае одобрения текста анонимными оппонентами вам оплатят дорогу туда и обратно. Но, поскольку вы — редкий специалист по культуре Уйлоа, ректорат, вероятно, предложит вам должность приглашенного профессора с трехлетним контрактом, который при обоюдном согласии может быть продлен.
— Нет. Без дочери я лететь никуда не хочу. И оставить ее здесь одну не могу. Нам обоим будет друг без друга так плохо, что лучше я откажусь от межзвездной карьеры.
— Господин профессор, я тоже думал о вашей необычайно талантливой дочери. Пока она учится в школе, вы можете, не торопясь, писать диссертацию. А потом… Почему бы ей не попытаться поступить в Виссеванский межгалактический университет?
— Но у вас до сих пор не бывало студентов с Лиенны?
— Кому-то нужно стать первым.
— Это так неожиданно, господин профессор Варданассир…
— Поэтому я завел такой разговор с вами сильно заранее. Ни просто, ни быстро подобные планы не осуществляются. Вам придется много работать. Обоим. Если только ваша дочь отнесется к моей идее с должной серьезностью.
— А экзамены ей придется держать тоже очно или дистанционно?
— Связь между нашими планетами происходит с задержками из-за огромного расстояния и различий во времени. Ей пришлют набор письменных тестов, которые она выполнит здесь и переправит на Виссевану по каналам Межгалактического совета по научным связям. Как только придет ответ о ее зачислении, вы сможете вместе ехать на космодром и дожидаться там звездолета.
— Но путь отнимет… несколько лет?…
— Столь медлительно перемещаются только грузовые суда, господин профессор. И то, если грузы не помечены знаком «срочно». Впрочем, некоторые путешественники сами предпочитают этот способ преодоления межзвездных пространств, особенно астрономы и астрофизики. Часть рейса они проводят в биокамерах, а часть — бодрствуя и следя за космосом по мониторам.
— А бывает иначе?
— В Межгалактическом альянсе немалую роль играют выходцы с планеты Аис. Они умеют покорять пространство и время за очень сжатые сроки, почти мгновенно. Но не всем белковым существам, вроде нас, по нраву их устройства, называемые транскамерами. Вас туда погружают, отключают — и вы фактически умираете. А потом воскрешают в месте прибытия.
— Это не телепортация?
— Нет. Раздвоения организма и личности не происходит. Скорее, разборка и сборка с полным сохранением самосознания, памяти и физической идентичности.
— Чудеса.
— Мы не знаем, как они это делают. Аисяне не раскрывают секретов своей технологии. Однако я сам сюда прибыл на их корабле. Как видите, ничего со мной не случилось.
— Почему мы здесь на Лиенне никогда не встречали жителей Аис?..
— Они редко сюда прилетают. И стараются избегать контактов с непосвященными. Если уж моя внешность кажется вашим согражданам странной, то облик аисянина может их испугать не на шутку.
— В видеоматериалах, которыми вы снабдили меня, я не нашел ни одного изображения представителей этой цивилизации.
— Я храню их в особых файлах. Желаете посмотреть?
— Да, если вы позволите, господин Варданассир!
Виссеванец включил монитор.
Поначалу Лаону показалось, что он аппаратура испортилась. Сквозь туман едва проступали смутно искрящиеся очертания непонятно чего. Затем эти сполохи искр превратились в свечение фиолетовой, синей и радужной плазмы, нестерпимо слепившей глаза.
«Это их настоящий облик», — произнес Хранитель. — «Но встречаются и варианты».
Картина сменилась. Серые тени сгустились в фигуры кромешного мрака, напоминающего снимки космических войдов — огромных прогалин в пространстве, где зарождаются новые, пока еще не светоносные, звезды. Казалось, тьма не просто концентрируется в размытой абстрактной фигуре, а вылезает за рамки экрана, давит на мозг и на психику…
«Чтобы избежать интуитивного отторжения, они придают себе облик, похожий на прямоходящих существ вроде нас. Но некоторых это лишь сильнее пугает».
Третий файл содержал изображения неких фигур в скафандрах, балахонах с капюшонами и сплошных комбинезонах с отверстиями для глаз. Издали их в самом деле можно было принять за уйлоанцев, виссеванцев или жителей Теллус. Однако почти сразу же становилось ясно: это лишь видимость. Оболочка. Внутри которой — неведомо что. Совершенно непостижимое, чужеродное, жуткое как аберрация разума, когда сам понимаешь, что сходишь с ума, но удержаться в пределах здравого взгляда на вещи не можешь.
— На первый раз, вероятно, достаточно, — сказал Варданассир.
— Благодарю вас, — пробормотал Лаон, не узнавая свой собственный голос.
— Представляете себе, господин профессор, что будет, если наши друзья и коллеги с Аис начнут свободно перемещаться по этой планете?
— А они точно не творят в других мирах никакого зла?
— Ни малейшего, господин профессор. Аисяне всегда соблюдают законы и в точности выполняют все договоренности. Они не нуждаются в наших материальных ресурсах, не едят нашу пищу, не пленяются никакими соблазнами. Живут почти бесконечно долго, не подвержены радиации и другим губительным излучениям. Поэтому Межгалактический альянс часто назначает их кураторами и координаторами.
— А зачем им чужие миры?
— А зачем они вам или мне? Из научного интереса. Познание, как мы с вами знаем, куда более мощный двигатель наших поступков, нежели любой из первичных инстинктов.
— Они тоже пишут труды и защищают диссертации?
— Да, конечно. Один из них — наш коллега, весьма уважаемый. Вы читали его монографии. Профессор Уиссхаиньщщ.
— Я удивился столь странному имени, но не думал, что он аисянин. Тексты его книг — обычные, строго академические, на ясной выверенной космолингве. Он тоже работает в Виссеванском университете?
— Работал, но очень давно. Еще до моего рождения. Сейчас он преподает историю цивилизаций в Межгалактическом Колледже космолингвистики на Тиатаре.
— Даже не представляю себе, где это.
— Заведение знаменитое. Колледж не имеет статуса университета лишь потому, что готовит специалистов в одной сфере, хотя и по многим специальностям. Переводчики, лингвисты, программисты, эксперты по лингвистической гносеологии, семиотике, психолингвистике и другим подобным вещам.