Босс моего мужа (СИ)

– Иди ко мне.
Я тут же оказываюсь рядом, утыкаюсь ему носом в шею и вдыхаю его запах – привычный, родной, который всегда меня успокаивает. Его пальцы соскальзывают со спинки дивана на мою шею, поглаживают, а потом слегка сжимаются, заставляя взглянуть на него.
– Я знаю, что ты слышала… – он не уточняет, и не нужно, я моментально понимаю, что он про разговор с моим новым боссом в его кабинете. – Но хочу, чтобы ты знала еще кое-что. Даже если бы я собирался бегать по свету вместо того, чтобы все выяснить, я бы никогда не сбежал без тебя.
– Знаю.
Его поцелуй легкий, как прикосновение луча, который незаслуженно затапливает меня своим светом. И долго я не выдерживаю.
– Пойдем, – тяну его за руку, – я что-нибудь нам приготовлю.
Он соглашается. Ужин быстрый и легкий: ни один из нас на самом деле не хочет есть, но пытается накормить другого.
Я не поднимаю тему расследования: если бы ему было что сказать, он бы уже это сделал. Всматриваюсь в его лицо, с улыбкой встречаю его взгляды, чтобы рассеять тревогу, которая в них мелькает. И в сотый раз мысленно отвечаю на вопрос Тимура: да, я уверена, что мой муж ни при чем.
После ужина Макс принимает душ, переодевается в домашнюю одежду и уходит в свой кабинет. А я располагаюсь в нашей кровати с ноутбуком у себя на коленях и, выбросив из головы мысли, которые только мешают, сосредотачиваюсь на том, что должна изучить до завтрашнего утра.
Информации много, очень много, но странное дело: многое воспринимается легко, как будто с моей памяти соскальзывает шелуха. Откладываю ноутбук, когда начинает неудержимо клонить в сон. Несмотря на позднее (а скорее, уже раннее) время, Макс в комнату еще не заходит.
А мне только стоит закрыть глаза, и…
Падаю…
Падаю куда-то на бешеной скорости, слышу визг тормозов, чей-то крик, пытаюсь оглянуться – и не могу.
Мне страшно.
Так страшно, что я сжимаюсь в клубок в этом падении, закрываюсь ладонями, чтобы защитить хотя бы голову и лицо.
Визг тормозов усиливается, как и крик, а я продолжаю падать… падать… не за что зацепиться… падать, беззвучно открыв рот от ужаса, который не вижу, но чувствую. Откуда-то снизу меня хватает когтистая лапа, тянет сильнее, чтобы ускорить падение…
Вырываюсь, бьюсь, царапаю эту лапу, прошу меня опустить, бормоча бессвязно:
– Пожалуйста… пожалуйста, нет…
Но лапа неумолимо поднимается, сжимает меня в крепкие тиски и дергает вверх, заставляя задохнуться от резкого потока воздуха, который жжет легкие, вырывая из груди стон – длинный, протяжный, со всхлипом.
– Все, уже все, – доносится до меня знакомый голос, и я перестаю вырываться, успокаиваюсь мгновенно и открываю глаза.
Наша комната, лунный свет, крепкие объятия мужа. Я все еще дышу тяжело и немного дрожу от липкого страха. Макс чуть подтягивает меня к себе, заставляя положить голову ему на грудь.
– Это просто кошмар, – говорит он тихо. – Тот же самый?
– В другой вариации.
– Спи. Сегодня уже не вернется.
Он прижимает меня сильнее, и я спокойно закрываю глаза. Да, сегодня уже не вернется.
Несмотря на то, что мне все-таки удается выспаться, чувствую себя утром вяло, из рук буквально все валится. Завтрак пригорает, и я быстро готовлю другой. Мне везет, в еде Макс неприхотлив.
Но он заходит на кухню уже одетым и собранным. Заметив, что я накрываю на стол, качает головой.
– Извини. Мне уже нужно ехать. – Муж бросает взгляд на часы и после паузы добавляет: – Но если ты поторопишься, я могу тебя подвезти.
Несмотря на то, что я попыталась смягчить ситуацию со своим внезапным трудоустройством, ему это очень не нравится. Я поспешно отказываюсь, убеждая, что прекрасно доберусь на такси.
На самом деле я не люблю ездить с чужими людьми за рулем, но моя машина на парковке у «Гаранта». А я не хочу заставлять Макса проходить еще и через это – доставлять меня в офис к Тимуру. По сути – передавать ему в руки.
– Хорошо, – соглашается он. – Заеду за тобой вечером.
– Не стоит. Если помнишь, босс грозился продлить мой рабочий день на два часа, – стараюсь я отшутиться. – Как знать, вдруг придется задержаться подольше.
 
От мыслей о том, чем, возможно, мы будем там заниматься, голос немного дрожит. Но Макс, к счастью, действительно спешит и не обращает на это внимания.
После его отъезда я с трудом заставляю себя не только выпить кофе, но и съесть бутерброд.
Вчера Тимур сказал, что мы долго раскачивались. Значит ли это, что сегодня, едва я переступлю порог его кабинета, он захочет…
А если сделать так, чтобы не захотел?
Окрыленная этой мыслью, я долго перебираю свой шкаф и наконец нахожу то, что более-менее подойдет. Длинная юбка синего цвета – по какому-то поводу подарила свекровь, не думала, что когда-нибудь сниму бирку с этой вещицы. Но сейчас она мне идеально подходит. Белая блуза с пуговицами под горло, сверху приталенный пиджак. Из обуви выбираю лодочки на низком ходу – я их ни разу не обувала, но они непримечательные, к тому же в них должно быть удобно. Ноль косметики. Дополняю образ тем, что собираю волосы в строгий пучок.
Взглянув на свое отражение, остаюсь довольной. Ничего примечательного нет, ничего, за что бы мог зацепиться мужской взгляд.
Через полчаса я уже подъезжаю к главному офису. Бросаю взгляд на здание и тщетно пытаюсь унять волнение.
Чего я боюсь? Черта уже пройдена. А я не могу успокоиться. Заметив взгляд таксиста, который ожидает, когда я покину салон, достаю деньги, прибавив щедрые чаевые.
– Еще несколько минут, – прошу его, улыбнувшись. – Мне нужно настроиться.
– Да не переживайте так, девушка, – усмехается он, принимая оплату. – Примут вас на работу. Тут стоит принять, только чтобы смотреть на вас целый день. А за эти деньги, что вы заплатили, можете еще хоть час просидеть, я не против.
Когда до начала моего рабочего дня остается пять минут, я выхожу из машины. Не думая ни о чем, стараясь не думать, показав карточку, миную охранника, захожу в лифт вместе с другими сотрудниками. Правда, на последний этаж поднимаюсь в одиночестве.
Здороваюсь с секретаршей, которая отвечает не особо охотно, даже не зная, что тем самым помогает мне задушить сгусток эмоций, который вновь просыпается, стоит увидеть дверь генерального.
Постучав, захожу в кабинет.
– Доброе утро, – произношу вежливо, отстраненно, так, как принято здороваться с руководством.
Тимур отрывает взгляд от своего ноутбука. Смотрит на часы и вновь на меня. Что не так? Я успела. Даже пришла раньше на пару минут!
– Уверена, что не ошиблась адресом? Церковь через два квартала отсюда, а монастырь через три. Если не ошиблась, у тебя три минуты, чтобы привести в порядок свой внешний вид.
– Или что?
Он молчит, лишь бросает еще один взгляд на часы.
Да, он прав, согласно нашей сделке «или» не существует.
Подойдя к своему столу, открываю сумочку, достаю помаду и пудреницу и подкрашиваю губы. Слегка припудриваю лицо. Все возвращаю в сумочку и оборачиваюсь к своему боссу.
– Две минуты ты потратила на бестолковые действия, – взглянув на меня, выносит он приговор. – Осталась минута.
Медлю, потом достаю из сумочки тушь для ресниц, но слышу тяжелый вздох.
– Если идеи получше нет, подойди ко мне – я тебе подскажу.
Отличная иллюзия выбора, тем более когда он добавляет еще суше, чем раньше:
– Тридцать секунд, Аня.
Бросив тушь в сумочку, позволяю себе лишь секунду на то, чтобы сделать вдох. И приближаюсь.
– Это мой стол. Если ты его обойдешь, увидишь черное кресло – в нем обычно я и сижу.
Обогнув стол, останавливаюсь напротив массивного кресла. Он хочет этого? Почувствовать себя полным хозяином положения? Так незачем утруждаться, я прекрасно помню о наших ролях.
Сжав губы, я, конечно, не произношу этого. Просто смотрю на него, стараясь не выдать эмоций.
Он говорил, что у меня тридцать секунд, а сам тратит время на то, чтобы вновь меня осмотреть. Как будто теперь, когда я в шаге от него, он видит что-то другое.