Босс моего мужа (СИ)

Вот и задумалась не о том.
Если бы он хоть что-то сказал, чтобы развеять странный морок, который вдруг меня охватил. Или зашел в дом. Или хотя бы открыл дверь, к которой не притронулся ни один из нас…
Смутный стук повторяется, а потом дверь распахивается и на пороге появляется девушка. Незнакомая. Очень красивая. С распущенными светлыми волосами. И в пеньюаре. Ноги босые.
– Тимур, – ее голос чуть хрипловатый, манящий, как и улыбка, которой она одаривает хозяина дома. – Ну наконец-то вернулся, а то я без тебя чуть не уснула. Почему не заходишь?
А потом она переводит взгляд на меня.
Быстрый осмотр, и ее легкое недовольство растворяется, будто и не бывало. Ну да, приговор вынесен: опасности нет, не соперница.
Но взгляда не отводит, как будто чего-то ждет. А я смотрю на ее босые ноги, почему-то только на них, и чувствую себя неловко и лишней.
– Иди в дом, Аня, – раздается голос Тимура.
Кивнув, поднимаюсь по ступенькам, прохожу мимо девушки, которая отстраняется. А в дверях оборачиваюсь и бросаю взгляд на Тимура. Хочу сказать ему, что он ошибся именем.
А потом мелькает мысль: какая ему разница? Он не обязан помнить имя подруги своей сестры.
– Тимур, ну что ты такой хмурый… – Девушка спускается к нему по ступеням, не обращая внимания на то, что она без обуви, гладит его предплечье, что-то воркует.
Отвернувшись, сбрасываю кроссовки и направляюсь в комнату Насти, чтобы не чувствовать себя такой растерянной, бесполезной. Эти ощущения давят, выталкивают из дома, но я понимаю, как глупо будет выглядеть мой отъезд после того, как я согласилась приехать. Да и причин для этого нет.
То, что здесь оказалось на одного человека больше, чем я ожидала? Так дом большой, так хозяин дома сказал. И я вообще до утра не увижу ни его, ни… кстати, он даже имени ее не назвал. Не посчитал нужным знакомить.
И правильно. Все правильно. Понимаю. А все равно почему-то грущу. И возникает ощущение, что я иду не по жилому дому, а тычусь впотьмах по необитаемому острову. Когда вхожу в комнату к Насте, ощущение только усиливается.
Свернувшись клубком, она лежит в кровати и умиротворенно сопит в подушку. Наспех сброшенная одежда лежит небрежно на тумбочке. Ну вот, здесь я точно никому не нужна.
Я уже собираюсь уйти, когда Настя, видимо услышав шаги, открывает глаза и вскидывается.
– Анит, – зовет меня и двигается, чтобы я села к ней на кровать или легла, потому что она двигается еще дальше. – Останься хоть ненадолго, а?
– До утра? – шучу я.
Она тянет меня за руку. И хотя я не хотела ложиться в одежде, опускаюсь рядом с ней на подушки.
– Я бы хотела надольше, – шепчет она уже сонно. – Но тебе у нас в доме не нравится. Ты постоянно пытаешься убежать.
Я молчу, думая, что она уже спит.
– Ты боишься Тимура? – снова раздается ее голос, куда тише, чем раньше. – Зря. Он тебя не обидит. А трахает только таких…
– Каких?
– С пеньюарами в чемодане, – хмыкает Настя. – Которые уверены, что все продумали. А главного не учли: ему не нужны отношения, а их бросить легче других.
– Почему? Если он сам привел ее в дом…
– Вот когда приведет сам… – шепчет Настя.
И засыпает.
Какое-то время остаюсь лежать, чтобы не разбудить ее. А в голове крутится хоровод из вопросов: как же она тогда здесь оказалась, если ее привел не хозяин дома? По меньшей мере он впустил ее и позволил остаться.
Может быть, у нее дома что-то случилось и ей негде было провести эту ночь? Ну да, и первым делом она захватила чемодан пеньюаров. И ждала, когда вернется Тимур. И была недовольна, когда увидела еще и меня.
Да какое мне дело до ее недовольства?! С этой мыслью я поднимаюсь с постели, и, хотя делаю это неуклюже, Настя не просыпается.
Взяв у подруги футболку, открываю дверь – выхожу, когда понимаю, что тихо. Почему-то мне не хочется напороться на кого-то из двоих жителей этого дома. Подумав, решаю зайти на кухню, выпить воды и взять стакан с собой, чтобы, если что, ночью не выходить. Все же после алкоголя горло немного сушит.
Закинув футболку на плечо, чтобы не мешала, прохожу мимо своей комнаты и хмыкаю: своей, как же! Миную две других, а потом…
 
Взгляд цепляется за хрупкую полосу света, которая тянется из очередной приоткрытой двери. Проходя мимо, машинально поворачиваю голову, и…
Это комната Тимура – первая мысль, а уже на ней роем несутся и остальные, наталкиваются, разбиваются друг о друга и вдруг замирают, когда до меня доходит то, что я вижу.
Хозяин комнаты сидит в большом кресле, рубашка расстегнута, а между его ног расположилась безымянная незнакомка. Я вижу лишь то, что она стоит на коленях, а ее голова при этом ритмично двигается. Ее ногти впиваются в бедра мужчины, при каждом движении все сильней и сильнее. А он спокоен.
Лениво, будто нехотя наблюдает за ней сквозь опущенные ресницы. Они такие длинные и черные, что, кажется, отбрасывают тень на его и без того строгое лицо. Или это игра бра, которое освещает то, что там происходит.
Девушка сильнее впивается ногтями в бедра мужчины, но вот поднимает одну ладонь и начинает поглаживать по его прессу, словно что-то вымаливая. Безуспешно. Он даже не двигается, так же сидит вальяжно и… отрешенно.
А потом неожиданно поднимает взгляд.
И замечает меня.
  
Глава 24. Анита, прошлое, 8 лет назад
 
Я пытаюсь уйти, хотя бы отвернуться, и мне кажется, я так и делаю. Но все происходит как будто в замедленной съемке.
Я делаю шаг назад.
Тимур запускает пальцы в длинные светлые волосы девушки.
Я делаю еще один шаг.
Он наматывает ее волосы на кулак.
Я опускаю взгляд в пол.
И все равно успеваю заметить, как он, потянув за волосы, прижимает голову девушки ближе к себе. И еще раз, когда она отстраняется. И еще…
А дальше не вижу, меня будто-то что-то толкает, и, быстро отойдя от двери, я спускаюсь по лестнице. Правда, колени чуть-чуть подгибаются, поэтому, включив подсветку на кухне, я взбираюсь на стул. А холодно здесь, меня даже слегка начинает трусить.
Проверяю догадку, но взгляд натыкается на закрытые окна. Странно. Хотя в частных домах летом всегда прохладней, чем в квартирах. Помню, так было у бабушки.
Растерянно обвожу взглядом кухню, пытаясь вспомнить, что я хотела найти здесь. Ну уж точно я искала не то, что увидела. Так, холодильник. Точно, я ведь хотела пить. Сейчас хочу еще больше.
Достав бутылочку минералки, открываю ее и чувствую, как от легкого шипения уже становится легче. Повернувшись к шкафам, открываю уже знакомый, тянусь за чашкой и…
Не знаю почему и как, но я чувствую, знаю, что на кухне уже не одна.
Тимур будто сужает пространство, поглощает весь воздух, и мне лишь чудом удается сделать рваный вдох. Пытаюсь убедить себя, что ничего особенного не происходит и хозяин дома может зайти в любую комнату и в любой момент.
Нужно обернуться.
Просто обернуться, выпить воды и спокойно уйти.
Ничего ведь не случилось, я им даже не помешала – они успешно продолжили.
И все-таки мне это дается с трудом. Не глядя на него, наливаю воду в стакан и практически считаю по каплям, чтобы не перелить. Боковым зрением я вижу его фигуру в дверях.
Почему он стоит там? Почему стоит и молчит?
Справившись с задачей и не разлив воду, хотя пальцы подрагивают, ставлю бутылку на столешницу. Возможно, он, как и я, просто не может вспомнить, зачем здесь появился. Под этим предлогом я заставляю себя посмотреть на него.
Его взгляд перестает печь огоньками мою щеку и упирается в переносицу. Он смотрит тяжело, и от этого напряжение становится настолько осязаемым и густым, что хочется выйти как можно скорее.
А может, виной тому еще и то, что его рубашка расстегнута, и теперь я отчетливо вижу его кулон на длинной цепочке. Какие-то знаки – это руны, иероглифы? Отсюда не рассмотреть, все же нас разделяет метра два, а долго смотреть на него мне как-то неловко. Тем более что мой взгляд постоянно падает на его пресс, по которому скользили пальцы блондинки, и увиденное вновь выныривает из памяти, в еще более сочных красках, чем было в реальности.