Если верить лисам II

Йормэ оборвал себя на середине фразы, подавившись возмущением и неверяще глядя на человека рядом со мной.
– Виконт Герс, – наконец произнес он, – надеюсь, моя спутница не доставила вам неудобств.
Я покосилась на стоявшего рядом юношу и поймала его быстрый напряженный взгляд.
Справившись с собой, он слабо улыбнулся.
– Ничуть. Мне приятно ее присутствие. Но я должен просить прощения за то, что не представился сразу.
Причина, по которой виконт не сделал этого, была настолько очевидна, что мне даже стало его немного жаль. Что бы ни случилось в его семье, он вынужден был жить с не самой приятной репутацией, которая, должно быть, отпугивала людей.
Какой бы ни была причина, превратившая его в изгоя, на Мясника столь изящный и хрупкий юноша совсем не походил. Он вызывал во мне лишь симпатию и, наверное, почувствовал это, потому что настороженность ушла из его взгляда и улыбка вновь стала искренней.
Знакомство наше прошло бы проще, не стой рядом мрачный лис. Несчастный, чуть смущенный виконт Маэль Герс не мог прекратить неуверенно на него коситься.
Чтобы хоть как-то отвлечь Йормэ, я произнесла:
– Милорд рассказал мне о художнике. – И кивнула на кровавый закат: – Очень занимательная история. Я как раз думала, насколько сильно его судьба повлияла на творчество…
– Если желаете, я мог бы показать вам остальные его картины, – тут же воодушевился виконт.
– Это ни к чему, – среагировал лис. Он не дрогнул под моим недовольным взглядом, лишь нахмурился.
– А я бы с удовольствием посмотрела.
Несколько мгновений мы с Йормэ играли в очень раздраженные гляделки. Лис злился, и я не понимала почему. Подозреваемый сам ко мне подошел, наше знакомство прошло настолько просто, что стоило бы зайти в храм и оставить на алтаре несколько монеток в благодарность. А Йормэ, вместо того чтобы радоваться, был недоволен.
И пусть я уже мало верила в то, что передо мной Мясник, но так бездарно отказываться от удачного знакомства не желала. Виконт был братом одной из преступниц, он был ценен уже этим. К тому же казался хорошим человеком и даже вызывал симпатию, чем-то неуловимо напоминая мне Иветт или Иту… Наверное, мне стоило об этом подумать и что-то сделать со своей тягой к трогательно-беспомощным личностям, но пока она мне не мешала.
– Если позволите, я пришлю приглашение.
Я радостно позволила и поспешно распрощалась с виконтом, утащив за собой насупившегося лиса. Чтобы он все не испортил.
– Вейя…
– Что Вейя? – огрызнулась я шепотом, лавируя между людьми. То важное дело, ради которого мы явились на выставку, было завершено, и оставаться дольше в этом удушающем месте не было никакой нужды. И я целеустремленно спешила на выход, крепко держа лиса за руку. – Ты его видел? Да я больше на Мясника похожа, чем этот парень. Он совсем не выглядит угрожающе, наоборот… его самого защищать надо.
– И ты решила, что защищать его нужно тебе?
– Нет, – отчеканила я, но потом все же добавила: – Не совсем. Просто я подумала, что он может быть полезен в расследовании. И потом, когда преступники будут схвачены, ему не придется отвечать за дела своей сестры. Ну… потому что его можно будет провести как осведомителя.
– Точно решила его защищать, – безнадежно вздохнул лис. – Но тебе ничего странным не показалось?
Я замедлилась, обернулась на Йормэ через плечо.
– Что?
– Ты же притягиваешь к себе всяких психов. Мари или Киллианы – назвать их нормальными нельзя.
– К чему ты ведешь?
– Подумай сама. Ты приманка для ненормальных. И этот аристократик на тебя клюнул.
Меня это разозлило.
– Хочу напомнить, что ты тоже клюнул. – Я была достаточно возмущена, чтобы даже не покраснеть. – И в любви мне признавался.
– А я и не утверждал, что нормальный, – вызверился лис. Сбившись с шага, он проворчал: – Вспомнишь солнце…
От выставленных в витринах безделушек нам наперерез шли драконы.
Ита была чем-то расстроена. Она терзала платочек в руках и едва ли что-то видела перед собой. Ияр хоть и был зол, но полностью своим эмоциям не поддался. Он же первый нас и увидел.
 
Йормэ неразборчиво ругнулся и враждебно спросил, стоило только драконам подойти:
– Вы за Вейей следите, что ли?
– Мы здесь по делу. – Настроение Ияра было таким же скверным, как и у лиса.
Ита потерянно кивнула и подняла на меня несчастный взгляд.
Йормэ было неинтересно, что привело Киллианов на выставку, он хотел поскорее покинуть это место. Но его желания сейчас имели мало значения.
– Все так плохо? – спросила я у Иты.
Мы отступили к статуе, изображавшей всадницу на грифоне.
И через несколько минут я уже знала, что у графа Инрэйга была одна вещица, которую драконы хотели заполучить. Перед исчезновением Рахиль заприметила одну шкатулку, что выставлялась на аукционе, куда Киллианы опоздали. Шкатулка досталась Инрэйгу.
– Сколько раз мы хотели ее выкупить, но граф всегда отказывал. – Ита судорожно вздохнула и под треск рвущейся ткани добавила: – А сегодня мы узнали, что полгода назад он подарил ее послу из Скальди.
Она замолчала, растерянно глядя на растерзанный платок. Ита готова была вот-вот разрыдаться, потому, когда Ияр предложил довезти меня до общежития, я согласилась не раздумывая, нанеся этим Йормэ очередную обиду.
– Я тоже могу тебя проводить, – с намеком сообщил он. Где-то там, на улице, нас ждала нанятая им карета.
Только я видела, как зол лис, и понимала, что, если поеду с ним, мы снова вернемся к разговору о виконте Герсе и, скорее всего, поругаемся. И, выбирая между возможной ссорой и утешением подавленной Иты, я выбрала второе.
Разговор с Йормэ можно было отложить на завтра. Когда он успокоится, а я вооружусь чем-нибудь сладким.
В карете Ита крепилась и только шмыгала носом, рассеянно тиская мою руку, словно находила в этом какое-то утешение. Но когда мы подъехали к общежитию, она не стала упрямиться, отпустила меня и скомканно распрощалась. Голос ее дрожал.
Я не видела шкатулки, которую она так желала, и не могла в полной мере понять ее чувств, но догадывалась, что для Иты было очень важно заполучить последнюю вещь, что понравилась ее сестре. И осознавать, что этого уже никогда не случится, должно быть, было мучительно.
Открыв дверцу кареты, я замялась. Бросать ее в таком состоянии казалось неправильным.
– Я… могу что-нибудь для тебя сделать?
Ита вымученно улыбнулась.
– Приедешь в гости на чай? Завтра?
Просьба была настолько необременительной и милой, что я без раздумий согласилась.
И, выбравшись из кареты, к общежитию шла бодрым шагом, высоко задирая юбку, чтобы не испачкать ее случайно грязью.
Ияр догнал меня уже в холле. Окликнул, а когда я обернулась, протянул яркий шелковый мешочек.
– Это что? – От подарка пахло шоколадом. Ослабив завязки, я увидела россыпь конфет в разноцветной обертке.
– Отец вернулся из поездки и привез это. Ита хотела угостить тебя завтра, но раз уж мы встретились раньше…
Он не договорил. Я уточнила:
– Любимые конфеты Рахиль?
Ияр кивнул.
– После ее исчезновения Ита решила, что теперь тоже любит их, и хотела, чтобы ты попробовала.
– А почему сама не передала? – удивилась я. Понимание пришло почти сразу. – Все же заплакала?
Подарок я приняла с благодарностью и попрощалась с Ияром, но, подходя к лестнице, почему-то обернулась.
У входных дверей дракона перехватила дежурная и быстро что-то ему втолковывала. С каждым сказанным ею словом лицо Ияра темнело все больше. В конце концов он, не дослушав, произнес что-то резкое и стремительно удалился, оставив женщину потерянно стоять на месте.
Я не могла поверить, что она решилась последовать моему совету и правда попыталась отговорить драконов от общения со мной, и радовалась, что ее не стали слушать. Было приятно знать, что Ияр не собирался верить злым словам обо мне.
 
ГЛАВА 4
 
Йормэ не желал менять гнев на милость. На столе в его кухне лежал нераспакованный сверток с пирожными, и мы замерли по обеим сторонам от него.