Завод войны

— Что–нибудь? — спросил я.
— Еще сканирую, — раздраженно ответил Флейт, по–прежнему пребывающий в дурном настроении после того, как мы едва не столкнулись с дредноутом Свёрла.
— Но никаких следов Свёрла — я думал, он опередит нас?
— Не забывай о «хамелеонке», — напомнила Рисс.
Я почувствовал себя дураком — я ведь действительно забыл о «хамелеонке» и теперь почти ожидал, что вот–вот рядышком материализуется Свёрл и ринется прямиком в атаку на то, что ищет. Но Свёрл уже не был настоящим прадором, поэтому он наверняка подойдет к ситуации с большей осторожностью. Он наверняка где–то поблизости, решил я.
Глядя на экран, я беспокойно заерзал от нетерпения.
— Проблема в том, — заметил я, — что ты пассивно сканируешь то, что уже час как устарело. Нам нужно подойти ближе.
— Не–е–е советовал… бы. — Флейт говорил так, будто сами слова причиняли ему боль. — Подобные мне могут быть… хитры.
Я взглянул на Рисс, а та одновременно повернулась ко мне и моргнула открытым черным глазом. Но предназначалось это не мне. Я догадался, что сейчас она тщательно изучает действия Флейта.
Я тоже переключил внимание на него, чувствуя, что с корабельным разумом что–то не так. Данные, которые раньше лишь небрежно просмотрел, я теперь изучил более внимательно. И вскоре кое–что обнаружил. Исследуя нейтронные потоки, Флейт наткнулся на некий объект в глубине океана планеты, но, видно, решил не проверять его и только расширил область поиска. Сейчас он сконцентрировался на определенном участке суши, будто пребывал в полной уверенности, что там скрывается что–то смертельно опасное. Я хотел указать на это, но Рисс связалась со мной напрямую через форс.
— Флейт сейчас осуществил У-передачу, — сказала она. — Судя по тому, что мне удалось перехватить, это оперативное обновление.
— И что ты думаешь?
— Отец–капитан. Он форсировал кристалл вторинца. Подозреваю, преданность Флейта не настолько крепка, насколько должна бы.
— Тогда нужно сказать…
— Я только предполагаю. Кого бы еще Флейт мог снабжать свежей информацией?
— Пенни Рояла?
— Возможно, если ИИ добрался до него, но вряд ли. У Пенни Рояла на борту и так есть свой шпион.
Рисс, конечно, намекала на шип и его связи. А я опять–таки получил доказательство, что нельзя доверять ничему, чего касался или мог коснуться Пенни Роял. В смятении я не знал, какого черта мне делать, — и решился на прямое столкновение.
— Флейт, — сказал я, — кажется, ты нашел истребитель Цворна и скрыл от меня информацию.
— Сканирование неточно, — ответил Флейт.
— По мне, тот нейтринный линзовый эффект очень похож на такой, который создает рабочий, но неактивный У-пространственный двигатель.
— Там может быть… что–то… еще, — выдавил Флейт.
— Флейт, кому ты переслал обновленную информацию?
После очень длинной паузы мой корабельный разум ответил:
— Я… не… могу.
— Ты связывался — или связан — с отцом–капитаном Свёрлом?
И снова долгая пауза.
— Не… могу.
— Ты просканировал планету и не обнаружил ничего, кроме объекта на дне океана. И только что завершил сканирование спутников, выяснив, что они — просто камни.
— Я подозреваю…
Прадорский дредноут на дне океана не представлял для нас опасности. Ему потребуется время, чтобы всплыть на поверхность, а единственное имевшееся в его распоряжении оружие, которое он способен применить против нас, — ракеты, но им тоже нужно время. Мы можем уйти отсюда задолго до того, как вероятная атака станет проблемой. Однако я не мог игнорировать болезненный страх Флейта. И еще кое–что… Я повернулся к Рисс.
— Допустим, Цворн собирается захватить Свёрла в плен и представить его своим союзникам в Королевстве в качестве доказательства вероломства Государства. Интересно, как он намеревается осуществить план?
— Да, над этим стоит поразмыслить, — кивнула Рисс.
— Свёрл на борту дредноута, — продолжал я. — У Цворна всего лишь истребитель…
— Я могу только предположить, что Цворн выступает в роли приманки для Свёрла, и в тот момент, когда он узнает, что отец–капитан здесь, он пошлет сигнал своим союзникам. Сейчас позиция его истребителя хороша, если он планирует задержать Свёрла — тому потребуется много дней, чтобы либо безопасно уничтожить его, либо вытащить наружу, — и этого времени должно хватить приспешникам Цворна, чтобы добраться сюда.
 
— Безопасно?
— Он способен проделать все гораздо быстрее, если погрузится в океан, но там, внизу, может скрываться масса ловушек: бездействующие торпеды и мины легко спрятать в соленой воде.
Значит, Цворн действительно здесь, но дело не только в Цворне. Я собирался в первую очередь следить за Свёрлом, который, как я надеялся, может привести меня к Пенни Роялу. Теперь, похоже, наилучший для меня вариант — поговорить с отцом–капитаном. Я поразмыслил над этим немного, и тут мне в голову пришло еще кое–что.
— Флейт, почему ты использовал У-передачу, чтобы связаться со Свёрлом?
Флейт издал звук, напоминающий кряканье утки, которой злые шутники склеили клюв.
— Просто если предположить, что Свёрл прячется тут под «хамелеонкой», то проще было бы воспользоваться другим видом связи.
— Свёрла здесь нет, — сказала Рисс.
— Я, собственно, так и думал, — согласился я. — Наверное, нам стоит уйти и проверить иные источники информации.
А через форс я сказал Рисс:
— А еще я думаю, нам надо отсоединить Флейта и заняться долгой и тщательной проверкой его протоколов.
— Согласна, — ответила Рисс. — Никогда не доверяла мелкому ублюдку.
— При необходимости ты сможешь приспособиться управлять У-пространственным двигателем?
— При необходимости — да.
— Флейт, — сказал я вслух, просматривая данные с форса, — веди нас к Голону. Насколько я понимаю, это ближайшая обитаемая планета.
— Я… — выдавил Флейт и загудел, как рассерженная оса, закрытая в консервной банке.
— Очередная У-пространственная связь, — сообщила Рисс.
Флейту потребовалось куда больше времени, чем обычно, чтобы запустить наш У-пространственный двигатель. Я пристегнулся, просто на всякий случай, поскольку помнил, как кое–кто умер в подобных обстоятельствах. Только вот убил его незваный гость, а объект, к которому осторожно двигался корабль жертвы, был планетоидом Пенни Рояла.
Флейт увел нас в подпространство, экран посерел, потом вспыхнул снова, демонстрируя маячившую впереди планету. Все случилось слишком быстро, и я понял, что вижу не Голон, а планету, океан которой укрыл истребитель Цворна.
— Ублюдок, — рявкнула Рисс.
Она резко развернулась и ураганом метнулась к двери. Но не успела вылететь наружу, как створка захлопнулась, и зловеще щелкнули закрывшиеся замки.
— Ты повинуешься приказам своего отца–капитана, да, Флейт? — спросил я.
— 3-з–з–з-з-т, — последовал ответ.
— Свёрл использовал нас в качестве зонда для сбора информации, верно?
— 3-з–з–т.
Тут возле двери раздался треск. Оглянувшись, я увидел, что Рисс, вогнав яйцеклад в стену, сорвала крышку аварийного пульта и возится внутри, работая маленькими конечностями, обычно сложенными под ее капюшоном. Наверное, в данный момент дрон–змея жалела, что ее телу придали столь неудачную форму.
Как никогда тесно связанный с корабельными системами, я почувствовал: ожили и начали беспорядочно перемещаться наши силовые поля. Флейт мгновенно переключился с пассивного сканирования на активное. Он направил лазер точно на то линзообразное залегание на дне, чтобы считать с поверхности вибрации, щупая глубже рентгеном в поисках отражений от силовых полей или сверхплотного вещества, пробегая по всему спектру излучений, ловя то, что скрывается. Через несколько мгновений в нижнем углу экрана появилось окошко с выстраивавшимся изображением, в котором легко узнавался прадорский истребитель.
 
— Если секунду назад он и не знал о нашем присутствии, то сейчас знает точно, — произнес я.