Коварные игры судьбы (СИ)
— Это здесь, — сообщил Шон. — Виктория, ты сама сможешь пройти. Мистический город примет тебя. А вот Мэри надо провести.
С этими словами он взял её за руку и потянул внутрь пролома. Они тут же скрылись в чёрной бездне. Я боязливо шагнула следом. Кромешная мгла поглотила моё тело и сознание. Меня закрутило под жуткие завывания ветра и понесло навстречу свободе. Стало страшно, но я сильнее прижала к себе сыночка, будто вдвоём мы должны были стать смелее и пройти через урчащую, чавкающую воронку тьмы.
Завывания стали походить на слова. Я помимо своей воли напряглась, пытаясь разобрать их. Вдруг в этих словах таятся угрозы, или предупреждения? Но тут я выделила лишь одно слово: «Артур» — завыла воронка голосами невидимых призраков. Мурашки пронеслись по спине. «Артур» — повторялось снова и снова. И тут в моём сознании заискрилось понимание, что мы находимся не просто в заброшенном доме-портале, а во чреве дереве первобытных магов, мощь которых живёт здесь на протяжении веков.
Артур! Вот какое имя выбрали моему сыну сильнейшие из магов! Я обомлела от понимания, насколько важное событие вершиться здесь и сейчас. Духи величайших и могущественных создателей мира лично дали имя моему малышу, благословив его.
Глава 24
Неожиданно мрачная круговерть вышвырнула нас в сумрак грота. Всё сопровождалось таким звуком, будто нас выплюнули. Но мы не упали, не ушиблись, а попали в мягкие сети встречного портала. Будто множество шёлковых нитей опутали нас и удержали. Опустив на землю, нити распались, оставив нас у входа в пещеру.
Сама пещера меня интересовала меньше всего, поэтому я ринулась к выходу и замерла. Пещера находилась на возвышении, оттого кроны высоких деревьев, растущих снаружи, маячили вровень с дном пещеры. Глядя на раскинувшийся предо мной пейзаж, ощутила немыслимое волнение. Он был таким же, как и тот, что открывался из окна нашего с Ником дома. Из-за этой мысли на душе заскребли кошки, но я подавила в себе приступ набежавшей скорби и улыбнулась: я знала, что среди раскидистых тропических деревьев спрятался мистический город.
— Мы дома, — с облегчением выдохнула я, протянув руку Мэри.
Она подошла ко мне и встала рядом, обозревая окрестности.
— Джунгли — наш дом? — удивилась она с тревогой в голосе.
— Там, внизу город! — я ощутила тепло, обволакивающее душу.
Впервые за последний десяток месяцев я ощутила свободу. С огромным наслаждением втянула чистый воздух с ароматом счастья. Вот оно, то самое место, где мне не страшны нападки всесильной королевы и где я смогу спокойно растить сына.
Сзади к нам подошёл Шон и обнял обеих, положив одну руку на плечо Мэри, а другую — на моё. Я ощутила спиной тепло его тела и возблагодарила небеса за то, что подарили мне надёжного друга и защитника.
— Знатный получился портал, — похвастался своим детищем Шон.
— Ты — великий маг, — отметила я, не скрывая восхищения. — Только самым могущественным под силу сделать из дерева предков переход в мистический город.
— Не такой уж и великий, — его голос выдал смущение.
— А ты не боишься, что теперь все желающие будут сновать туда-сюда через портал? — задалась я вопросом, памятуя, что у многих в прежней жизни остались друзья и родственники, и, наверняка, кто-то из жителей мистического города захотел бы навестить их.
— Это невозможно! — заверил меня Шон. — Портал подвластен только мне, как создателю. Кого захочу, того проведу.
— Тогда хорошо, — я кивнула, подумав о том, что её змеейшество, если и надумает разыскать меня, то не сможет воспользоваться проходом. Но опасаться этого не стоило: королева никогда не бывала в мистическом городе и портал ей не откроется.
Хоть я была не робкого десятка и всегда могла постоять за себя, но злобная женщина с клубком змей на голове вселяла в меня страх. Я чувствовала её безграничную магическую мощь, направленную не на созидание, а на разрушение. Чернота её души выплескивалась за грани её существа, приводя в ужас всех, кто был рядом. Жаль, что Нику довелось жениться на её дочери, ведь яблочко от яблоньки не далеко падает. Станет, как и его правящий родитель, пешкой в руках злобной жены. Впрочем, не стоит думать о Нике! Прочь все мысли о нём! Отныне он для меня посторонний человек и будущий правитель мира. Пусть живёт своей жизнью!
Из задумчивости меня вывел Шон. Он убрал руки с наших плеч и подошёл к краю пещеры.
— Пойдёмте, леди, — он поманил нас рукой. — Здесь спуск.
Выйдя из-под свода пещеры, мы увидели ступени, вырубленные в скале. Они убегали куда-то вниз, теряясь в зелени деревьев и кустов.
Мы начали спуск и окунулись в изумрудный мир живописных растений.
— Красиво-то как, — ахнула Мэри.
Её можно было понять: более укромного и красивого места было не сыскать. Но тут опять нахлынули воспоминания о том, как мы с Ником после медового месяца спускались из нашего дома в город. Та лестница была схожа с этой. И мне показалось, что тот миг счастливого прошлого вновь ворвался в мою жизнь. Но холодный разум напомнил, что Ника нет.
Мы долго петляли по замысловатым виражам каменной лестницы, покрытой мхом и плющом, и наконец-то оказались у подножия скалы. Я запрокинула голову, чтобы увидеть пещеру, но вход в неё скрыли деревья.
Шон пошёл вперёд, и вскоре мы оказались на улицах знакомого мне города. Всё здесь дышало беззаботностью и размеренным бытиём. Это спокойствие обволокло мою душу. Люди жили так, как им хочется. Носили то, что вздумается, делали порой нелепые причёски и получали удовольствие от своей свободы. Их быт остался прежним: кто-то надевал яркую одежду хиппи, плёл сотню косичек, ничего не делал и только развлекался. Но были и те, кому было в радость создавать уют вокруг себя, носить обычную одежду, объединяться в семьи, строить дома и рожать детей. Каждый жил своей неповторимой жизнью.
После моего свадебного желания город преобразился, сменив свою шалашную архитектуру на белокаменные дома. Большинство жителей осталось довольным таким перевоплощением. А те, кто решил хипповать дальше, снова построили себе шалаши, продолжили носить яркую несуразную одежду с кучей амулетов и бусин на шее. Им нравилось вести беззаботный образ жизни, спать с разными партнёрами и рожать от кого-то из них, даже не зная, чей ребёнок.
Завидев меня, все радостно бежали на встречу, махали руками и выкрикивали приветствия. Мне было приятно, что мне здесь рады.
— Хочу видеть родных, — шепнула Шону.
— К ним и веду, — усмехнулся он.
Жители, встречающиеся на нашем пути, радостно приветствовали нас и с нескрываемым любопытством глазели на меня и копошащийся свёрток в моих руках.
— Они знают о том, что произошло между мной и Ником? — спросила я Шона, почти зная его ответ.
— Да, — он коротко кивнул и с виноватым видом добавил: — Видишь ли, в своё время мне удалось завладеть зеркалом обозрения, и я поставил его у себя в доме. Через него я частенько заглядывал в обычный мир и знал обо всех значимых событиях, происходящих там. Но после того как мне, тебе и Нику пришлось покинуть эти места, горожане, не дождавшись нас, вошли в моё жилище и обнаружили зеркало. Через него они знали обо всех наших похождениях. Хоть они не видели тебя во время заточения в темнице и в невидимой комнате, но остальные события не укрылись от них. Это и ваши пререкания с Ником и переживания, а потом свадьба. Так что они знают почти всё. Вся ваша размолвка с Ником стала достоянием общественности.
Я обречённо вздохнула. Зная наших девушек, они рады перемыть мои косточки. Впрочем, не хочу думать о сплетницах. Надеюсь, что мне не часто придётся общаться с ними. Ведь я поселюсь в доме родителей.
— Значит, мы сможем посмотреть какой переполох случился во дворце после нашего бегства? — любопытно спросила Мэри.