Титановая поступь десятиклассницы 2 (СИ)
И что там говорить о средневековых менах, которые нихрена раньше не видели подобных взрывов и от страха тупо попадали на сырую, от растаявшего снега землю, когда я сама была в невероятном офиге…
И это ещё мягко сказано.
Меня просто пробрало на восторженный писк, визг и я не скрывала своих эмоций.
Хотя Кнавт с Торкеном уже привыкли к моей неадекватности.
Конечно, по расчётам «Разума» моё орудие, которое должно было наводить страх и ужас на соседских отважных рыцарей, получилось небольших размеров — толстостенный тестовый варик, чем-то отдалённо напоминавший удлинённый стакан… или запаянную с одного конца трубу, который воздействием «ИИ» удерживался в фиксированном положении. К «стакану» прилагалось парочка мини зарядиков… Небольших — около двух сантиметров в диаметре.
Кстати, эти мелкие шарики, были достаточно тяжёлые. А если учесть, что сотворённая конструкция умела придавать ускорение… то демка вышла зачётной. 10 из 10!
Я сама собой возгордилась.
— Леди Яна, — первым поднял голову кузнец Диннаг Лагес, — Как вам это удалось? — его искринка в глазах обнадёживала, — То оружие… п-п… — он забыл название, — оно так громко… и это…
— Мы также сможем? — Кнавт, поднимаясь и отряхивая с себя налипшую землю, был в своём заносчивом репертуаре, намекая на мои сверхспособности от Тёмного.
— Сможете! — я подозвала их всех поближе, — Вот этот порошок, беречь от огня… иначе будет то, что видели и даже круче. Поотрывает руки, ноги… костей не соберёте!
Дядьки сглотнули.
Я вручила Лиужеродскому в небольшом пакете (он уже не удивлялся моим необычным для их мира вещицам) «весёлую хлопушку» и в нагрузку недоделанную пушку, схематично рисуя палкой на земле, как сделать что-то типа лафета и противовес.
— В руках такую дуру, как свой бывший пулемёт ты не удержишь, к тому же будет очень горячо и отдача — офигительная. Сдохнешь, не успев понять, что произошло. Да, вот ещё что… — я извлекла из кармашка второй шарик и подарила на память мажорику, —…твоя задача научить своих подданных в королевстве создавать «секретный порошок» самим, — я по девчачьи кокетливо заморгала… улыбнулась, выдержала паузу… и тут… начался мой красочный и увлекательный рассказ, о том как из говна копытных и пепла соорудить конфетку…
Сколько было кривых физий по-началу… Ха-ха!
Торкен даже подумал, что я издеваюсь. Он так недоверчиво на меня смотрел.
— Семена свёклы для сахара будут позже. А пока «селитру»… Ясно?
Баронишко со своей мини-свитой кивнули головами.
Зная, насколько допотопно была развита в моём чудесном личном мирке физика и химия… я решила вообще не париться с обозначениями элементов, а также их соединений, и не выдумывать своё, если такого здесь ещё не было. Как привыкла на родной земле, так и называла. Селитра… значит — селитра. Сахар… значит — сахар.
А мои творческие воплотители идей, будто голодные псы, проглатывали любой интеллектуальный хавчик и им было пофиг на определения.
* * *— Вот же ж! — похохотала я от души, когда случайно узнала через пару дней от своего бесценного осведомителя «ИИ», что Лиужеродский, помимо заданного мной списка относительно переписи населения, решил взять под контроль все отхожие места в королевстве.
Зашкварненько! Но заносчивый типчик заморочился конкретно.
Описывать «коровьи туалеты» — то ещё занятие.
— Походу, чел реально проникся… Зацепило. В каких-то точках истории наших миров начали соприкасаться, — я вспомнила про недавно прочтённую «собственность Короны Швеции».
* * *Москва. Лубянка. Рабочий кабинет директора ФСБ.
Несмотря на то, что дальнейшее расследование столь секретной информации поручили чекистам, докладывать президенту о том, что юная бестактная особа каким-то образом появилась на заднем сиденье авто опытнейших агентов, было как-то неловко.
Всё же не в бирюльки игрались.
— Что значит она знает имя отчество сотрудников и в теме их междусобойного разговора в машине? Как она вообще их вычислила? Понаберут хм… — едва слышно буркнул Бортников, — Я в ясновидящих и прочих шарлатанов не верю.
— Лучшие из… — прикусил язык ответственный.
— Я вижу! — директор явно был недоволен.
Показывать свои эмоции… да ещё и в присутствии подчинённых было не в его правилах.
— Продолжить наблюдение! — Александр Васильевич ещё раз перемотал предоставленную с отчётами запись с регистратора в кабине авто.
«Ну-ну… я так и подумала. Удачки вам… „мальчики“!»
— Хамло! Дерзкая и наглая девица.
«…И да — это не вы за мной наблюдаете, Колпаков Георгий Николаевич, а я за вами! Усёк? Кстати… окно вчера определил верно»…
Странные движения подчинённых… — проскользнула мысль, — И в докладах обоих — «…меня как-будто сдерживали».
Эта вертихвостка каким-то невероятным образом проникает через стены, легко обездвиживает вооруженных спецов… и никакого страха. Абсолютно. Другая бы девчонка зашорилась, а эта… Её бы умения, да в наших целях… Это ж гарантированная головная боль… нет… удар молотом по голове для… — помял губами Бортников, рождая где-то там в закоулках своего сознания недоступные все ведающему «Разуму» Яны, дальнейшие планы и свой личный отчёт с предложениями первому, — Выгодное сотрудничество? Для нас, выгодное. Хм…
* * *Нижний Новгород. Школа.
— Восьмое марта! Международный женский день и всё такое… бла-бла-бла, — распинался у доски Никита, чуть ли не зачитывая нам стихи по бумажечке.
Как в детском садике на утреннике.
Классухе вручили цветочки и сертификат от наших предков на «СПА», а девочкам… м-м-м-дя… вот никак не ожидала, что когда-нибудь получу от пацанов подобное.
Вот совсем… ни капельки…
И «Разум» помалкивал, будто был с ними заодно.
За окошком пели пташки… а нам дарили подарки.
Сонька ни на минуту не хотела оставлять Новикова, слащаво выпендриваясь, вилась вокруг него и даже зараза, в пакет, где что-то было припасено для всех нас… хрен знает что, закрыв глаза, сунула руку самая первая.
— Бу! — в шутку резко цапнул пакет Крюков.
Волегова вылупив зенки от неожиданности и с визгом подскочив, вытащила первый попавшийся маленький беленький свёрточек.
— Дурак что-ли? — она демонстративно фыркнув и выразив идиоту скорченной рожей своё недовольство, села за парту, — А ты чё стоишь и пялишься? — рявкнула она своему парню.
В итоге, Никита отвесил Олежке заслуженный подзатыльник, а тот вообще удалился нахрен. Праздник задался!
Звонарёва, не обращая внимания на почти подравшуюся тусу, противно цокая ноготь о ноготь, с кем-то громко болтала по телефону, договариваясь о встрече.
Буду только в восемь, мой зайчонок… — передразнила я её про себя, — Ути, занятая, крольчиха какая… — чуть не блеванула, — Предки видать опять задонатили.
— Иди сюда, Катька! — Стасик подмигнул Неволиной, которая гоняя румянец по щекам, отправилась за выдачей презента.
М-дя-я-я… Не нужно было быть психолохом, чтобы понять их переглядки, начавшиеся примерно пару недель назад.
И чё она только в нём нашла? — меня почему-то это так задело и понесло, — Рыжий… весь в прыщах… Бе-е-е… А если вспомнить, как он пялился на мои ноги в театре, то ещё и… бр-р-р… маньячина.
Завидовала Катьке? Нет, нет и ещё раз — нет! Прочь гнала мысли. Нафиг мне сдались отношеньки с моими-то способностями. У меня целый король в подчинении… только пальчиком помани… и целая королевская гвардия… не то что эти… идиоты. В общем, не до любви мне сейчас было, да и кандидатов на рассмотрение поблизости не маячило.
— Янка! — выкрикнул кто-то, вытянув меня из размышлений, когда вокруг пакета с подарочками было уже очень шумно, — Иди! Только твой остался!
Девки пищали от восторга, обмениваясь впечатлениями, обнимая мальчиков и предлагая отправиться всем вместе в суши-бар. Суматоха была, как на базаре, блин… и главное, из-за чего!