Подаренная Луной (СИ)
Поморщился. Всё же сила давления отца было велика, чтобы игнорировать данный факт.
— Даже если я сдохну, это мой выбор, — отозвался как можно более спокойно, чтобы не провоцировать гнев альфы ещё больше, хотя у самого внутри всё вскипело буквально в считанные мгновения. — И что-то я не припомню, чтобы ты о таком задумывался в своё время, когда сам ставил метку своей паре-человеку, — вернул ему шпильку, напомнив тому, как он едва не убил маму, не сдержав волчьи инстинкты.
Чуть подумал и прошёл в сторону кухни. Раз уж мы так сразу никуда не едем, хоть кофе попью с бутербродами. А то я сегодня почти и не ел, безуспешно утоляя свой другой голод. Который, к слову, ни на гран не стал меньше. Наоборот. Но мышке нужен отдых, о чём приходилось себе постоянно напоминать. Так что поездка в город за травами Ириды подвернулась очень кстати.
— То есть всё-таки твёрдо решил, что девчонка — твоя пара, не Криса? — последовал за мной отец. — Прям вот на все сто уверен, что другую уже не встретишь и всё такое… — ухмыльнулся. — Или тебе напомнить, что против природы не попрёшь? — скривился. — Хотя твой брат, надо заметить, всё ещё пытается… — закончил на явной недосказанности.
А остальное прозвучало уже мысленно. О том, что изолирует к чертям нас всех, пока не утихнет ломка, если мы сами с этим не разберёмся. В том числе и Эриду. От греха подальше, так сказать.
— А ломка утихает со временем? — поинтересовался деланно удивлённо я, доставая из холодильника и выкладывая на стол ветчину с сыром и овощами. — Или ты имеешь в виду, что предварительно нужно пройти амбулаторное лечение в человеческих лабораториях в добровольно-принудительном порядке? Ну, всем троим. Чтоб уж наверняка, — съязвил, взявшись за нож.
Заработал хмурый взгляд.
— Если эти ваши травки не сработают, и волчица в девчонке начнёт преобладать, думаю, ты и сам понимаешь, что будет. Тогда уже никакая изоляция действительно не поможет. Сейчас — ещё не поздно.
Понимаю. Знаю. Но я готов рискнуть. О чём, конечно же, умолчал. Просто продолжил сооружать бутерброд.
— Считай, что я сошёл с ума, — пожал плечами в мнимом спокойствии. — В нашей семье это нормальное явление, так что никто особо и не удивится, — отшутился.
Ответом мне стало тихое ворчливое рычание. Оборотень отвернулся, в очередной раз сжал руки в кулаки, оперевшись ими о кухонную стойку. Молчал он долго. Я успел поесть и прибрать за собой.
— Я не собираюсь смотреть на то, как один мой сын будет перегрызать горло другому из-за какой-то там девчонки, будь она хоть миллион раз самой-самой и всё такое, — произнёс он глухо.
Так и не повернулся ко мне лицом. Но это даже хорошо. Потому что в этом случае он не мог видеть, как меня задели его слова. Но от нового вопроса не удержался.
— А если бы на моём месте был ты? А на месте "какой-то там девчонки" мама?
— Но я не на твоём месте. Я — твой отец. Тот, кто отвечает за твою жизнь. И даже если вы оба будете меня ненавидеть — всё лучше, чем наблюдать то, что предугадать совсем несложно.
Я шумно вздохнул. И сам подошёл к нему, положив ладонь на плечо.
— Я не отступлюсь, отец, — сказал, как есть. — Но могу пообещать, что, в случае чего, я не стану мстить Кристоферу, как и не уйду в Грани. Возможно, вы все правы, и эти отношения изначально обречены на провал, и продлятся совсем недолго. Но лучше так, чем никак. До Эриды я вообще не думал, что всё может быть так… ярко. С ней я будто учусь заново жить. Понимаешь? Не просто ходить на работу, и потом запираться где-то, стремясь избежать общения с окружающими, а жить по-настоящему. Рядом с ней я могу быть собой. Она не пытается скрыть свои мысли от меня, казаться другой. Она такая, какая есть, со своими достоинствами и недостатками. И мне это нравится. Она нравится. А Луна… В конце концов, она всегда может переродиться...
— Не может, — донеслось тут же горько-насмешливое от непонятно когда появившегося брата, застывшего на последней ступени лестницы, ведущей на верхние этажи. — Если Эрида будет с тобой, а Луна продолжит спать, то у вас никогда не будет детей. Соответственно, волчьей душе не к кому будет перейти. А для того, чтобы Луна смогла переродиться заново, как ты говоришь, Эриде нужно умереть. Чего ты тоже не намерен допускать. И из всего этого мы делаем вывод, что как ни крути, а ты лишаешь меня моей пары, брат. Осознанно, — подошёл ближе, встав напротив. — Так скажи мне, почему тогда я должен тебе это позволять? Притом, что ты уже вынес мне вердикт, даже не попытавшись что-то исправить, — склонив голову набок. — Ты — тот, кто когда-то давно пообещал, что поможешь найти мне мою пару. Впрочем, ты помог, да. Только речи не шло о том, что ты её у меня отберёшь.
Из груди вырвалось гневное рычание. Моему волку не понравились слова его сородича.
— Я не отбирал у тебя твою пару, — более-менее ровным тоном ответил ему. — Я не знал о том, кто она, как и она сама. Не моя вина, что из нас двоих она предпочла меня.
— Не твоя, верно. Не считая того, что ты не оставил выбора ни ей, ни мне. Просто взял то, что захотел. Как всегда это делал. Эрида, кстати, в курсе, что твой дар влияет на её решения и желания, даже если ты его не применяешь? Как думаешь, что она подумает, когда поймёт это?
Что говорится, удар под дых. Захотелось снова набить морду младшенькому. Жаль, не вышло.
— Считаешь, она всё ещё не поняла? — влез отец, вопросительно выгнув бровь. — После всего того, что выобатут устроили накануне? — уставился требовательно сперва на Кристофера, потом на меня. — И, если уж на то пошло, — сложил руки на груди, перейдя на поучительный тон, — закон о смертной казни в случае причинения вреда человеку никто не отменял. А Эрида — человек. В рамках закона. Что бы и кто бы ни думал по этому поводу, — подчеркнул. — По понятиям Совета, ты — либо оборотень, либо человек. Она — не оборотень. Соответственно, не может идти никакой речи о том, чтобы подставляться в сомнительной попытке вытащить из неё волчицу, — развернулся к своему младшему сыну. — Ты меня услышал? Ты в любом случае не можешь приближаться к девчонке, будь она хоть тысячу раз в теории твоей парой. На данный момент она тебе никакая не пара, и даже желания на нечто подобное не проявляла, — посмотрел уже на меня. — А ты... — тяжело вздохнул. — Уже и так сделал всё, что только нельзя. Теперь остаётся только разгребать, — устало махнул на меня рукой, помолчал немного. — Так что поехали. Разгребать, — криво усмехнулся.
— Сказал тот, кто по тому же закону должен был убить свою истинную пару за преступления против клана и самого Верховного, но не смог, лишив её памяти и услав жить в другую страну, — мрачно оскалился Кайл-Кристофер, отворачиваясь и направляясь обратно к лестнице. — Так что не надо нам тут заливать про законы, которых сам не придерживаешься, — съязвил довольно зло, исчезая на втором этаже, напрочь игнорируя гневно-мрачный многообещающий взгляд отца.
Я же смотрел на младшего с искренним удивлением. Никогда раньше он не позволял себе разговаривать с отцом в подобном тоне.
— Кажется, не одного меня тут ненавидят, — хмыкнул я на слова Криса, направившись на выход. — Кстати, что мама сказала по этому поводу? — бросил уже на ходу. — Или ты снова не рассказал ей всей правды?
— Если бы я всегда всё рассказывал твоей матери, ни один из вас бы не родился, — хмуро отозвался альфа белого клана. — К тому же, мой приоритет — беречь свою пару, что я и делаю, — хмыкнул уже добродушно, немного погодя, поравнявшись со мной. — И тебе советую.
— Если я свою пару буду беречь подобным образом, мне терпения потом не хватит выслушивать, какое я дерьмо, и ощущать на себе откат её эмоций, — откровенно поморщился, направляясь к гаражу.
— Ничего, со временем приспособишься, — усмехнулся оборотень. — А ты как думал? Всё будет легко и просто? — поддел меня. — К тому же… — сделал вид, что задумался, — кто тебя заставляет выслушивать?