Цикл Реставраторов (СИ)
Если с печатными и рукописными книгами Дэн еще мог справиться, то чтобы перерыть электронную библиотеку с многотысячными томами и документами, нужен был помощник. А значит ему не обойтись без сетевого гения и коварного взломщика чужих устройств Тани. На звонок с дворцового аппарата связи Тани ответил не сразу ― проверял, кто звонил.
― Ты спишь что ли? ― поинтересовался Дэн.
― Ну наконец-то! Объявился! Где пропадаешь? ― тонкий голос Тани вернул его на секунду в прошлое, где не было головокружительных поворотов судьбы, странных смертей и неясного будущего, ― кстати, ты в курсе, что твой номер определяется как дворцовый номер три? Я чуть со стула не упал ― решил, меня замели с последним взломом службы безопасности. Еще Негорий спрашивал, где ты и почему не выходишь на работу.
― Не тарахти, ― отмахнулся Дэн. Никуда я не пропадал, был занят кое-какими делами, и если все получится, никакой Негорий мне больше не понадобится. Давай встретимся, я все расскажу.
Под словом «все» юноша подразумевал именно все, в его возрасте друзьям доверяют полностью. Поэтому, сидя в кафе у главной площади Хьюманда, он вывалил новости на невозмутимо ужинающего друга. Тани всегда сначала думал, а уже потом говорил, и сейчас, выслушав друга детства, он не менее минуты сосредоточенно жевал омлет из настоящих куриных яиц и молчал. Дэн, который пренебрежительно относился к полезным продуктам, принялся уничтожать огромный бутерброд с искусственным мясом, запивая его янтарного цвета газировкой из высокого стакана.
― Всегда хотел спросить, ― наконец прервал молчание Тани, ― какое оно на вкус, фальшивое мясо?
― Вкусное. Хорошо прожаренное, с отличным соусом и свежей зеленью. Колбаски из него ― пальчики оближешь. Ты же знаешь про исследования ― имитация доведена до совершенства. Мог бы и сам попробовать.
― Ну нет, я старой закалки. А ты теперь можешь позволить себе настоящую котлету или кусок жареной баранины. Как там во дворце, не очень стремно? Мне всегда казалось, что в нем живут одни шаркающие старики, на окнах висят пыльные портьеры и по углам ― ржавые доспехи.
Дэн привык к подобного рода лирическим отступлениям друга и лишь пожал плечами:
― Дворец как дворец, полно всяких современных штук для связи и обслуживания, прислуга в униформе, разговаривают все тихо, даже собаки не лают.
― Лучше бы они лаяли, глядишь, Правитель бы выжил, а ты ходил бы сейчас на лекции и лопал столовского фальшивого кролика.
― Так что, поможешь? Сочиним мне настоящую родословную?
― Можно подумать, я тебе когда-нибудь отказывал. Давай свой доступ к библиотеке. Встретится что-то интересное, позвоню или скину в наш приватный канал. И это… я, конечно, далек от дворцовых интриг… но думаю… короче, будь осторожен. Я на твоем месте, бежал бы оттуда до самой Музанды, зарылся в песок и не выползал из него годик другой. Но ты не я.
Во дворец Дэн возвращался уже в поздних сумерках. Дантрийцев на широких столичных улицах было много, они расслабленно прогуливались по набережной Шантары, разделяющей Хьюманд на правый и левый берега, собирались у беседок послушать уличных музыкантов, танцевали, и пели вместе с ними. Фонари мягко освещали вечерний город, увеличивая яркость при приближении человека. Столица Дантора была красива ― с многочисленными тенистыми садами и парками, продуманной архитектурой и планировкой улиц. Здесь с удовольствием селились художники и писатели, знаменитые ораторы, на сценах столичного театра выступали труппы самых известных артистических сообществ. Дэн никогда не задумывался, в каком уникальном городе он живет. На окраине, где стоял их дом, было попроще, народ жил победнее и выбирался в центр многомиллионной столицы редко, а потому жил по своим понятиям и местечковым правилам. Но теперь, попав в стремительный круговорот настоящей столичной жизни, Дэн стал ощущать себя полноправным жителем Хьюманда, и отношение к городу сменилось с безразличия на принятие и созерцательность.
Оставалось пройти всего пару кварталов, чтобы наконец рухнуть в кровать и как следует выспаться. Воображение услужливо рисовало мягкие подушки и удобный матрас с гладкими прохладными простынями, когда его прервал чей-то голос из соседнего переулка:
― Господин! Помогите! Мне нужна помощь! Пожалуйста!
Голос был приглушенный, то ли ребенка, то ли женщины, не разобрать. В проулке было темно, видно было лишь очертание сидящего у стены человека, накидка с капюшоном скрывала фигуру и лицо. Это показалось странным, вечер был душным, и было жарко даже в легкой рубашке с закатанными рукавами. Фигура издала то ли всхлип, то ли стон, и юноша поспешил на помощь.
― Что случилось? ― Дэн склонился над прислонившимся к стене телом и внезапно почувствовал железную хватку у себя на горле. По мере того как человек в накидке поднимался, Дэн опускался на землю, чувствуя, как подгибаются колени и темнеет в глазах. Через пару секунд эффект неожиданности прошел, тело сгруппировалось и механически отреагировало ― короткий удар в область шеи ― противник выпустил его горло, захрипел. Подсечка ― он отскочил, нанес ответный удар ногой в живот. Дэн успел увернуться и бросился на темную фигуру, метя в кулаком в голову. Удар прошел вскользь, в боку засаднило.
― Эй! Что происходит? ― громкий окрик раздался неожиданно, и темноту прорезал яркий луч фонаря.
Нападавший оттолкнул Дэна так, что тот отлетел к стене и ударился затылком о каменную кладку, и бросился бежать.
― Дэн, ты в порядке? Посмотри на меня, посмотри. Голову подними. Все в порядке? ― яркий свет мешал разглядеть того, кто говорил, но голос был знакомый.
― Тарн? ― слова застревали на уровне гортани, приходилось их выталкивать с силой, ― у тебя нет воды? Пить очень хочется. А еще я, кажется, сижу в луже, мокро.
Тарн, а это был он, направил фонарь ниже ― рубаха в области живота и штаны парня были мокрыми от крови.
― Так, так, дружок, ― забормотал Тарн, ― давай-ка посмотрим, что с тобой, ― погоди, не падай… ― он задрал рубашку и увидел на боку, чуть ниже ребер длинный косой порез, из которого быстро вытекала кровь. Дэн попытался встать, голова закружилась, он поморщился от боли:
― Наверное у меня сотрясение, все плывет.
― Сиди, не вставай, ― Тарн оторвал от своей рубашки рукав и приложил к ране, ― зажми. Я сейчас вызову подмогу. ― в засветившийся стальной браслет на руке продиктовал адрес, где они находились, сообщил о ранении. Через две минуты над переулком завис дворцовый воздухолет с вооруженной охраной и медиком на борту. Дэна осмотрели, перевязали, дали выпить какое-то снадобье, от которого он впал в полусон, в полуявь, погрузили на носилки и по воздуху отправили во дворец. Квартал оцепили и стали методично прочесывать метр за метром.
Глава 10
― Хорошо, что ты оказался рядом, спасибо, ― Ларс Реенактор от души пожал протянутую Тарном руку. В его жизни, и жизни Дэна, было слишком мало людей, готовых прийти на помощь.
Тарн видел, слова благодарности непривычны для этого немногословного человека. Вырастив в одиночку сына сестры, без посторонней физической и материальной помощи, он привык полагаться только на себя, и поэтому любое добро ценил, не забывал и старался отплатить тем же.
Пустынник посмотрел на Ларса ― темные без намека на седину волосы спускались до основания шеи, высокий, конечно не такой высокий как Дэн, плотный. Под смуглой кожей ― ни грамма жира, такое впечатление, что регулярно тренируется. Рукопожатие крепкое, взгляд внимательный, движения тела очень точные. Надо приглядеться к этому парню получше, кажется он не так прост, как хочет казаться.
― У тебя крепкая рука, ― не удержался Тарн.