Разрешаю меня ненавидеть (СИ)

– А мне – замечательно.
Я на это только фыркнула и ничего не сказала.
В столовой оказалось пусто. Идира с тёплой улыбкой выдала мне еду и даже налила ароматный кофе. Дана же наградила строгим взглядом и погрозила ему пальцем, а потом и вовсе оставила нас одних.
– Идира подруга моей тёти Мэг, – сказал Даниэль, проводив её взглядом. – Она меня с детства знает.
– Как поживает твоя тётя? – решила спросить я.
– Хорошо. Всё так же поддерживает меня во всех начинаниях.
– Не удивительно, – я сделала глоток кофе. – Она любит тебя.
Он кивнул.
– Да. И за отца, и за мать, и за всех возможных родственников. Она у меня одна.
Я помнила эту женщину. И пусть мы не были особенно близко знакомы, но впечатления о ней у меня остались самые приятные.
– Скажи… – я замялась. – Как там мой отец?
Дан перестал улыбаться.
– Вчера пытался разукрасить мне лицо. И его не волновало, что идут переговоры.
– Он знает, что я у тебя? – спросила, взволнованно сжав чашку.
– Знает, – подтвердил Даниэль. – Сказал, что убьёт меня, если с тобой что-то случится.
Я вздохнула, но губы сами собой растянулись в улыбке. Других слов от папы можно было не ждать.
– Как я понял, твой отец в семье самый неуравновешенный, – продолжил Дан, подперев голову кулаком. – Остальные поспокойнее. А Его Высочество Александр вообще будто бы излишней эмоциональности не подвержен.
– Да, он само спокойствие и сдержанность, – кивнула я. Разговор о семье отозвался теплом в душе. – Дядю Алекса у нас называют Умником. А его жену ‒ Умницей. Иногда мне кажется, что эти двое вообще знают всё и обо всём.
– Арго говорит, что именно от него стоит ждать непредсказуемых шагов, – зачем-то сообщил Даниэль.
Я задумалась.
– Дядя Алекс настоящий пацифист, так что сделает всё, чтобы избежать военных столкновений, – сообщила Дану. – Знаешь, если у вас и получится договориться, то именно с ним. Он вообще выступает за развитие во всех отраслях жизни. Кстати, если предложите ему совместную работу над каким-нибудь высоконаучным проектом, он точно клюнет. Можно выставить это, как одно из условий мирного разрешения конфликта.
Взгляд Даниэля стал заинтересованным.
– Спасибо, Тори. Это хорошая идея, обязательно вынесу её на Совет. Думаю, у меня найдётся, что ему предложить. Но…
Он нахмурился.
– Что?
– Зная, к чему развитие науки и технологий привело древнюю Иманарию, мне становится страшно. Вдруг, что-то из наших совместных открытий станет для мира началом конца?
– Всех последствий не просчитаешь, – покачала я головой. – Но и без развития нельзя. Когда-то из древних книг подземного города маги узнали о том, как создавать порталы. И это существенно упростило жизнь многих. Новые открытия всё равно необходимы. Просто применять их следует мудро.
Дан чуть склонил голову набок и спросил:
– А скажи, Тори, как думаешь, если бы любой маг имел возможность стать драконом, это было бы хорошо или плохо для мира? Чисто теоретически?
Сначала я хотела сказать, что это было бы замечательно. Но потом вспомнила, какой разрушительной силой обладают драконы и основательно задумалась.
– Не знаю, – проговорила спустя несколько минут. – Вот правда, Дан. Не представляю. Но, мне кажется, такой эксперимент – это слишком большой риск.
– А если бы любой человек смог бы получить магическую силу? – задал он новый сложный вопрос.
– А вот это вряд ли бы повредило. Но я бы давала такую силу, только после пары лет теоретического обучения и подтверждения полной адекватности и психического здоровья.
– За деньги?
– Нет. Такое обучение должно быть бесплатным для всех. И тогда магами бы становились только лучшие из лучших.
Дан чуть улыбнулся.
– А скажи, чего бы лично ты хотела изменить или улучшить в современном мире? – поинтересовался он.
– Это сложный вопрос, так сразу на него и не ответишь, – сказала ему.
– Тогда подумай. И когда найдёшь ответ, пожалуйста, сообщи мне.
На этом мы всё же закончили наш поздний завтрак. Точнее, мой, потому что Дан явно успел позавтракать раньше. Убрав за собой посуду, вышли в коридор. Но направились не к спальне, а в противоположную сторону.
 
Даниэль снова взял меня за руку, а я даже не подумала возмущаться или вырываться. Душу наполняло предвкушение грядущего полёта и было чуточку страшно. А вдруг у меня не получится? Вдруг, взлетев, я растеряюсь и упаду на землю? Вдруг…
Пока терзалась сомнениями, мы вышли на знакомую винтовую лестницу и поднялись на четыре этажа вверх. Здесь обнаружился серый коридор, но дверь в нём имелась только одна ‒ белоснежная металлическая, со светящимся экраном посередине.
– Даниэль Сэш, – сказал он двери. – Санкционированный выход. Квадрат 1.4.7. С точкой возврата.
Экран мигнул белым, и спустя минуту дверь открылась сама собой. А за ней обнаружился… портал. Он сиял голубовато-белым и явно был активен. Дан крепче перехватил мою руку и решительно вошёл в энергетическое марево. Я двинулась следом, но перед решающим шагом всё же зажмурилась. А спустя пару мгновений с удивлением услышала плеск волн и шум деревьев, а лицо обдало приятной свежестью морского бриза.
Открыв глаза, не смогла сдержать широкой улыбки. Вокруг был пустынный скалистый берег с небольшой полоской галечного пляжа. Над головой яркой синевой наливалось ясное небо, и светила ласковая Селима. Спокойные волны будто бы нашёптывали свой собственный таинственный ритм, а сердце в моей груди наливалось чистым сиянием.
– Рад, что тебе здесь нравится, – с мягкой счастливой улыбкой сказал Даниэль. – Попробуем полетать?
– Конечно! – воскликнула я, едва не подпрыгивая на месте.
– Тогда раздевайся и перекидывайся. Я займусь тем же самым.
И он тактично отошёл чуть в сторону и повернулся ко мне спиной. Увы, все деревья и кустарники росли наверху, и чтобы добраться до них следовало бы сначала взять штурмом скалу. Тут было не особо высоко, около пары метров, но лезть никуда не хотелось. Потому, убедившись, что Дан не смотрит, я принялась избавляться от одежды.
Правда, сама всё равно то и дело поглядывала на него ‒ просто не могла не смотреть. И по мере того, как он раздевался, меня всё сильнее бросало в жар. Рубашку Даниэль стянул через голову, обнажив рельефную смуглую спину. От туфель и брюк избавился быстро и сноровисто. Когда же дошла очередь до белья, я и вовсе застыла с наполовину спущенными штанами. Понимала, что глупо пялюсь на обнажённого мужчину, отчаянно краснела, но никак не могла отвести взгляд. А ещё боялась и ждала, что он всё же повернётся ко мне… но, едва заметив его движение, тут же поспешила встать к нему спиной.
– Можешь смотреть на меня сколько угодно, – в голосе Дана слышалось открытое веселье. – И не надо стесняться. Я всё равно твой взгляд кожей чувствую. Вот куда ты смотрела, там всё будто мелкими мурашками покрывалось.
– Прекрати меня смущать! – бросила, чувствуя себя пойманной на месте преступления.
– Тогда раздевайся скорее. Я должен проконтролировать твой оборот, а потом перекинусь сам.
И что странно, смотреть на голого Дана мне было перед собой стыдно. А показаться голой перед ним – нет. Вот ни капельки, даже наоборот. И дело не в том, что он уже видел меня без одежды ‒ в бассейне после первого оборота. Нет, если быть честной с собой, мне даже хотелось показаться перед ним во всей красе. Увидеть в его глазах восхищение. Зачем? Наверное, это просто отголоски нашего прошлого. К тому же, он сам сказал, что наша история закончилась, и черты со мной он переступать не станет, как бы ни хотелось. А значит пусть смотрит… и понимает, что не имеет на меня никаких прав.
Но он не смотрел. Когда я украдкой обернулась, Дан стоял у кромки воды и наблюдал за набегающими на берег волнами. От досады хотелось по-детски топнуть ногой. Но вместо этого я убрала в сторону свои вещи, медленно выдохнула и начала оборот. Кстати, получилось даже быстрее, чем в предыдущие разы, и что странно, почти безболезненно. Прошло всего каких-то десять секунд, а я уже взирала на мир глазами дракона и в нетерпении постукивала хвостом о камни.