Бояръ-Аниме. Романов. Том 5 (СИ)

— Спасибо, — кивнул я.
Мы вышли наружу, и гвардеец дождался, пока я не открою дверь самостоятельно. Удивляться тому, что царские служащие получили доступ к моему отпечатку ладони, было глупо.
Покинув меня, боец скрылся на лестнице, а я вошел на свое рабочее место и, заперев за собой дверь, еще раз огляделся. Государь распорядился посмотреть, что творится у японцев, но прежде всего следовало ознакомиться с возможностями предоставленной системы.
Так что, сев за терминал, я включил аппаратуру и, когда камера сверила мое лицо с эталоном, компьютер загрузил систему. На мгновение я позволил себе улыбку. У меня появился законный доступ ко всем внутренним базам государства. Вот они, кликни на нужную иконку — и окажешься где пожелаешь.
И даже тот факт, что мои логи наверняка отслеживаются, нисколько не портит удовольствия от происходящего. Именно к этому моменту я стремился. Теперь осталось только подтвердить свою квалификацию, и можно будет считать, что я наконец достиг успеха.
Хрустнув суставами пальцев, я размял шею и приступил к изучению возможностей. Как бы там ни было, а прежде чем доверять царским специалистам, нужно удостовериться, что они сделали все как положено. Иначе вместо тайного проникновения в Японский сегунат может получиться попытка школьника взломать сервер военного ведомства. А мне не нужно, чтобы самураи вообще поняли, что к ним кто-то проникал.
Быстро проверив параметры собранной системы, я удостоверился, что все программное обеспечение «Оракула» работает исправно, и только после этого подошел к работе с «пауком». Это здесь у меня доступ есть к базам Русского царства, в сегунате его не будет. Значит, для теста мне придется одновременно ломать собственные сервера и отслеживать самого себя.
Процедура не заняла много времени — сказались гораздо более серьезные мощности. «Паук» легко подбирал ключи к системам, входил, не оставляя следов. Проверки ради, я открыл карту великого княжества Хабаровского и легко вошел в систему управления городским освещением. Дальше пробрался в местное отделение Азиатского банка, просмотрел случайные счета, получив их пароли, затем остановился и вышел из вражеских систем.
Немного посидев перед работающим терминалом, я взял трубку телефона и, когда мне ответили гвардеец с дежурного поста, спросил:
— У меня есть срочная информация для государя. Вы можете это устроить?
— Секунду, княжич, — ответил мне собеседник. — Ждите, вас соединят.
И действительно, не прошло и пары минут, как я услышал голос Михаила II.
— Слушаю. Что-то не так с моим заданием?
— Буду краток, — ответил я, — я могу отключить всю систему обороны Толстого.
  
Глава 7
 
Существует народная поговорка, что генералы не имеют права бегать. В мирное время это вызывает смех, а в военное — панику. Но именно это я сейчас наблюдал, сидя в одном из кабинетов Кремля с кружкой кофе в руке.
Кресло государя было все еще свободно, но входящие в помещение военные начальники как один были встревожены, взбудоражены и крайне возбуждены. Кто-то приходил с пустыми руками, другие приносили сводки на листах, третьи пользовались планшетами. Понятное дело, что не все сведения можно было доверить компьютерам, тогда и пригождались ручка с бумагой. И надо признать, что перестраховка отнюдь не лишняя — и мой «Оракул» это подтверждает.
Из двадцати восьми кресел, наконец, не осталось ни одного свободного. От обилия регалий собравшихся рябило в глазах. И хотя я почти никого из руководителей царской армии не знал в лицо, но по одним только наградам было видно, что люди собрались действительно профессиональные. И ни одного благородного среди них не имелось.
— Государь, — объявил слуга Кремля, заглянув в кабинет из боковой двери.
Он тут же отступил в сторону, пропуская Михаила II, а генералы как один вытянулись по струнке, приветствуя монарха. Я тоже не остался в кресле и чашку, естественно, вернул на свой стол.
Царь вошел стремительным шагом. На его лице не было ни намека на улыбку. Однако стоило слуге выйти, а государю занять свое кресло во главе стола, он взглянул на присутствующих и мягко махнул им ладонью, дозволяя рассаживаться.
 
— Итак, вы все уже знаете, почему я вас созвал в срочном порядке, — заговорил Михаил II. — И это не шутка. Мы действительно можем в любой момент полностью отключить большую часть обороны Хабаровска. Останутся только механические и неподключенные к сети объекты. И нам с вами нужно решить, как правильно распорядиться открывшимся преимуществом. Но для начала представлю вам княжича Романова Дмитрия Алексеевича, нашего специалиста по взлому, — поведя в мою сторону рукой, произнес царь. — Если у вас есть вопросы, вы можете их задавать, Дмитрий Алексеевич с радостью на них ответит.
Михаил II замолчал, давая своим подданным время подумать, а потом начался форменный допрос:
— Княжич, можем ли мы не отключать системы, а перехватить управление?
— Можем, — кивнул я. — Но нужно учитывать, что систему могут по-прежнему использовать с помощью смены ключей. Я могу их вытащить вместе с основными, но в любом случае, если нас заметят, потребуется время на новое подключение, а кроме того, враг узнает, что система скомпрометирована.
— Дмитрий Алексеевич, какова вероятность, что в Хабаровске есть подобная вашей программа, и они смогут через вас взломать уже наши системы? — спросил другой.
— Исключено, — ответил я и тут же пояснил: — Существует только два способных на это экземпляра, один принадлежит мне лично, второй у государя.
— Княжич, сколько времени у нас будет, прежде чем ваше вмешательство обнаружат? — задал вопрос контрразведчик.
— Если я буду только наблюдать — сколько угодно.
— Можете ли вы взломать систему управления авиацией? — это уже генерал военно-воздушного флота.
— Могу.
— Возможно ли перехватывать управление уже выпущенными ракетами? — прозвучал следующий вопрос.
— Только тех, которые используют блок связи, по которому идет наводка и корректировка, — уточнил я. — Если это обычный снаряд, посылаемый по голой траектории, например, устаревшие, но не снятые с использования «Молоты», я не смогу на них повлиять. Любая техника, которая полагается исключительно на оператора, не прибегая к контролю через сеть, мне недоступна.
Несколько секунд передышки, и новая партия вопросов, практически один за другим.
— Можно ли посылать искаженные сведения по каналам связи? — вновь подал голос генерал контрразведки.
— Можно, если заранее знать, что конкретно нужно передать, — кивнул я. — Кто отправитель и кто получатель.
— Можно ли отследить командование в самом Хабаровске для нанесения точечных ударов?
— Можно с точностью до десяти-пятнадцати метров на открытом пространстве, — ответил я, после чего внес уточнение: — И нужно заранее найти искомого человека, чтобы не перепутать его с помощником, который несет своему командиру средство связи.
Вопросы продолжались, из меня вытаскивали каждую мелочь, и когда я уже потерял счет времени, все неожиданно закончилось.
— Государь, — обратился к царю сидящий ближе остальных генерал контрразведки. — Полагаю, со мной все согласятся, что использование такой системы взлома нашей армии противопоказаны.
Я такому выводу не особо удивился.
Слишком мощное превосходство над противником, на стороне которого к тому же есть резидентура как минимум одной враждебной страны — мощный сигнал о том, что у нас есть некое ультимативное оружие против сетевых устройств. И противники откажутся от них, чтобы не допустить «Оракула», используя древние, но все еще лежащие на складах средства обеспечения своей армии.
— Поясни почему, — предложил Михаил II, слегка поведя рукой.
— Если мы покажем, что у нас есть подобное оружие, наши противники по всему миру решат превентивно развязать войну, — произнес тот. — Из того, что мы знаем, для наблюдателей со стороны отключение систем будет выглядеть так, будто большая часть технического обеспечения Хабаровска превратилась в мусор. Но человечество по всему земному шару использует одни и те же технологии, пусть и отличающиеся в частностях, но они основаны на одинаковых принципах. А значит, как мы можем отключить великое княжество Хабаровское, так же способны отключить и Японский сегунат, и Римскую империю.