Невеста света для стража тьмы

— Не думай без конца обо мне, молодой человек, — хмыкнул Алан. — У тебя есть другие заботы. Строки, написанные твоим отцом, и еще молодая невеста, уже жена, ждущая в своих покоях.
— Да. И я должен ее защитить, потому что втянул в это сам…
— Защитить… — хитро улыбнулся Магистр. — Держу пари, что в первую очередь — от самого себя, Великий Первый страж.
— Что ты имеешь…
Магистр молчал, Эйнор тоже не договорил.
— Я бы хотел, чтобы она стала настоящей невестой света, и чтобы могла стать моей женой, Алан. Но не я устанавливаю порядки в Ордене и едва ли смогу их нарушить в этом случае.
— Ситуация сложная, — признал Алан. — Но не безнадежная. Однако далеко на каждая решится связать свою жизнь с твоей. Нужно быть поистине отважной.
— Ты нагнетаешь, — усмехнулся он. — Я не так ужасен.
— Ты — нет, а вот то, что творится вокруг тебя теперь…
— Можно подумать, это не ты меня втянул в заговор, когда назначил своим преемником.
— Дело не только в этом, Эйнор. Всё вышло далеко за пределы ордена стражей тьмы, и боюсь, может закончиться настоящей магической катастрофой. Тебе потребуется вся помощь, которая возможно.
— Я тебя не понимаю! Что ты предлагаешь, что хочешь от меня?
— Добровольное согласие Роксаны стать твоей женой подарит тебе особые силы. Ты отличаешься от других стражей, но не настолько. И тебе нужно то, что удержит тебя в этой борьбе.
Алан смотрел так, будто знал, о чем говорит. Конечно, он сам был счастливо женат на той, с кем провел больше тридцати лет вместе. Его жена была уважаемым членом Ордена Света, но в последние годы предпочитала уединение и на публике почти не появлялась. Видимо, смертельный недуг мужа потребовал от нее всех сил, что были, и остальное стало неважным.
— Вот уж да. Никогда не думал, что на старости лет ты, Великий Магистр Ордена Света, превратишься в обыкновенного сводника.
— Случайности не случайны, Эйнор. Она здесь. Рядом с тобой. Это уже что-то значит.
— Значит лишь то, что она считает свое присутствие здесь — следствием моего шантажа и вымогательства. Пришлось… уговаривать Роксану на этот риск. И, положа руку на сердце, скажу, что это слишком большая ответственность. Для тех, кто не готов.
— Тебе решать, — пожал плечами Магистр. — Утро вечера мудренее.
— Я передам, когда Коула придут в чувства.
— Хорошо. А мы пока побеседуем с еще более старым человеком, чем я, — кивнул Магистр куда-то наверх и ухмыльнулся. — Он уже сообщил, что вы немного повздорили, но думаю, мы с ним найдем общий язык.
— Не сомневаюсь, — поджал губы Эйнор.
Наскоро перекусив, он вернулся в свою комнату, с сомнением постояв перед покоями Роксаны, но решил дать ей прийти в себя. А сам принялся за чтения дневника — с той первой записи, когда отец решил его вести, вскоре после принятия звания стража тьмы и женитьбы на матери.
  
Глава двадцать девятая. Схожу по тебе с ума 
 
Я с удивлением обнаружила себя спящей. Когда только успела? Слуги приносили днем поднос с едой, я поела без особого аппетита в этот раз, принялась ждать новостей от Эйнора и нечаянно закрыла глаза. А когда открыла — за окном уже была темнота.
Сказали бы мне раньше, что просплю большую половину своего свадебного дня — я бы только посмеялась. Но это случилось! А моего “мужа” как не было рядом, так и нет! Но не успела я как следует подосадовать, как в дверь постучали.
Небось Мэл хочет напомнить о каких-то очередных обязанностях жены стража? Искупаться в крови зарезанного быка, доказывая свою отвагу? Повисеть над пропастью? Раздеться догола перед стражами — чтобы те сообща убедились, что жена годная и Великому Первому вполне подходит?
— Войдите!
Однако на пороге неожиданно оказался сам Эйнор.
— Ты в порядке?
— О, муж! А я и не ждала тебя сегодня. Вроде самое важное уже совершили.
Эйнор неторопливо прошел внутрь, положил ту кожаную папку от Магистра на стол и взглянул в окно, за которым стремительно разливались сумерки.
— Да, — рассеянно отозвался он и обернулся ко мне. — Осталось разделить постель и провести ночь вместе.
 
Я, глядя на него внимательно, подвинулась на постели и расправила смятое покрывало. В его голосе ничего не намекало на то, о чем думалось в первую очередь. Даже немного обидно, честное слово.
— Будет тесновато, — пожала я плечами.
— Могу поспать на полу.
Эйнор присел на самый край кровати и взглянул на меня.
— Холодно. Если ты простудишься в свою первую брачную ночь, обо мне плохо подумают. Не жена, а ледышка какая-то. Нет, мне, конечно, и так не важна репутация — хуже стать просто не может. Но все-таки не хотелось бы видеть завтра десяток косых взглядов.
— Благодарю тебя за заботу, — улыбнулся страж. — Это очень трогательно.
— Есть новости про Коула? — спросила я, обхватывая колени.
— Ему лучше, но пока по-прежнему с трудом говорит. У меня нет идей, кто мог это сделать. Разве что он пришел сюда в таком состоянии, и ему стало хуже.
— Поэтому сам себя запер в подвале? — уточнила я. — Какой предусмотрительный ученик стража тьмы, между прочим, Великого и Первого.
— С этим кто-то помог… — Эйнор устало растянулся на кровати, чувствуя себя в полном праве. Несколько мгновений он смотрел в потолок и потом спросил будто сам себя: — Кто еще был в замке и не был опрошен?
— Слуги, — поразмыслила я. — На кухне и тут. Но кто именно? Сколько их здесь?
— Четверо мужчин и две женщины. Работают посменно…
— Сегодня утром здесь была Мэл. И тот паренек в подвале. Вы опросили его?
— Еще нет, — нахмурился Эйнор.
Я посмотрела на стража тьмы, так фривольно лежащего на моей постели.
— Кстати, Мэл в тебя влюблена, — выпалила я зачем-то.
Вот ведь совершенно не “кстати”! И кто меня за язык тянул?
— Вот как? — Эйнор повернулся ко мне набок, подперев голову ладонью, и взглянул так невинно, словно подобная мысль ему никогда не могла прийти в голову.
— Говорит о тебе с придыханием вечно… Вот уж кто мечтал бы оказаться на моем месте. Вернее, на месте Эйды Нордис. Впрочем, неважно.
Я пожалела, что зачем-то начала об этом говорить. В наших с Эйнором отношениях и так много запутанного, чтобы еще вмешивать в это совершенно ненужную служанку. Словно я ревную! Или завидую ей, что она влюблена, а я — нет.
Или далеко уже не нет? Вот почему когда Эйнор так смотрит, все мысли окончательно путаются в голове. Во всем виноват лишний дневной сон: никак не смахнуть эту рассеянность.
— Хотел бы видеть сейчас тебя, — произнес Эйнор. — Но это опасно.
— Взрывоопасно, — уточнила я.
— Можем устроить тут небольшой пожар, — улыбнулся он.
— Стоит пожалеть несчастный замок, он и так еле дышит. Лоуренса хватит удар.
— Зато, может, найдет свое упокоение.
— В руинах? Едва ли, он слишком тут всё любит. Поэтому и мечтал прогнать меня: я сюда совершенно не вписываюсь.
— По-моему, не так уж и плохо вписалась, — возразил страж.
— У вас тут все должны быть чистые, невинные и непорочные.
— Невинность сама по себе не достижение, но она важна для связи стража с невестой. Поэтому проводят такой ритуал. Разве это плохо?
— Ты сейчас всерьез? — усмехнулась я. — Это ведь очередная традиция со стародавних времен, небось Лоуренс и придумал — месть за свою сбежавшую невесту Лору. Теперь каждая невеста света расплачивается за это предательство.
Эйнор смотрел на меня молча своими темными завораживающими глазами, и я вдруг на какое-то время растерялась.
— Да мне Эйда сама так сказала. Уж ей-то лучше знать, она столько лет провела в монастыре Ордена, и там ей говорили, что это лишь очередное испытание, но ничего не значит на самом деле! Дурацкая формальность, — фыркнула я уверенно.
Страж тьмы продолжал смотреть на меня и молчать так многозначительно, что я окончательно сбилась с мысли.
— Нет, тут что-то не то. Ты прямо уверен, что стражам нужны невинные девы? Прямо совсем точно? И это действительно что-то значит? Что-то вроде того, что связь возникает не просто так и как-то там влияет на всё это?