Неподчиненная (СИ)

— Не плачь, пожалуйста, — проговорил я через закрытую дверь. — Я сам не знаю, как это произошло…Вчера, после разговора с тобой, я напился. До такой степени, что мало что помню. Но я точно не трахался с Людкой, можешь быть уверена.
— Если ты не помнишь, это не значит, что этого не было, — послышался резонный ответ.
Голос у Жени был обиженный, слегка гнусавый из-за слез. Мне так хотелось прижать ее к себе, заставить поверить в то, что я говорю правду. Заставить снова улыбаться и с восхитительным трепетом отвечать на мои ласки.
Но даже я сам не был уверен в том, что говорю. В такой ситуации не пожелал бы оказаться даже врагу. Если бы я увидел Женю в постели с другим мужиком, я бы сначала отрезал ему член. А уж после разбирался. Женя, как порядочная девушка, просто ушла, без сцен и скандалов. И я был благодарен ей за это.
— Открой дверь, давай поговорим, — попросил еще раз.
— Нет! — выкрикнула она. — Нам не о чем говорить, просто уходи, все и так понятно. И больше, больше никогда…
Она всхлипнула, а я снова захотел придушить «младшего братца». Знать бы еще наверняка, что было с нами после бара.
Из соседнего номера вышла пожилая пара. Мужчина смотрел осуждающе, женщина этим не ограничилась. Глянув на меня поверх круглых очков в роговой оправе, она произнесла командным тоном:
— Молодой человек, если вы сейчас же не уйдёте, нам придется вызвать полицию.
— Оставьте уже девочку в покое, — посоветовал мужчина и, когда его дама вернулась в номер, тихо добавил: — Дайте ей время успокоиться. Это работает, поверьте, я сто раз так делал.
Пришлось согласиться.
Женя была слишком упрямой, чтобы простить меня прямо сейчас. Но я все же надеялся, что все у нас еще наладится. И глупая случайность не станет концом наших отношений.
Женя, похоже, считала иначе.
Она уехала на день раньше, не дождавшись меня. Не отвечала на звонки. Пару раз я приезжал к ней домой, но Жени там не оказывалось. По крайней мере, Ядвига Захаровна говорила именно это. А Макс к тому же облаял, как последнего вора. 
Но сдаваться так просто не в моих привычках. Зимние каникулы подходили к концу, и я с нетерпением ждал возвращения на работу. Там, в офисе, у Жени не получится скрыться от меня. И в первый же рабочий день я вызвал ее с отчетом, предупредив, что мне нужен именно главный бухгалтер, а не кто-то из ее помощниц. Строгий тон и четкий приказ не оставляли путей к отступлению.
Глава 20. Евгения
Казалось, земля разверзлась под ногами, и я летела в бездонную пропасть, в свой персональный ад. Меня затягивало все глубже и глубже, густая тьма застилала глаза, горло, не давая свободно дышать. Я медленно умирала, теряя контроль над сознанием.
Сошла с ума…
Отвратительная сцена стояла перед мысленным взглядом. Стоило прикрыть глаза, как предо мной возникала широкая кровать, а на ней раскинулись двое — Демон и его секретарша. Чудилось, как они занимаются любовью, сливаясь в самых невообразимых позах. Почти наяву слышалось, как он шепчет ей наивные глупости — все те же, что говорил мне.
И я верила.
Готова была бежать за ним без оглядки. Отдать все, что у меня есть, саму себя и даже больше. Подарить душу за один его взгляд и прикосновение. Я поверила ему. Отдалась вся без остатка, забыв об осторожности и предрассудках.
Напрасно…
Сбылось самое ужасное проклятие, то, чего я опасалась больше всего. Знаю, у такого мужчины наверняка много женщин. Я была всего лишь одной из них, песчинкой в огромном бархане побед этого развратного Демона. Но была счастлива. Чертовски счастлива один прекрасный, самый лучший день в моей жизни.
А после наступило похмелье.
Только не с ней! Почему он выбрал эту Люду? Может быть, у них и прежде были отношения? Потому она и считала его своим, взяла в командировку этот долбанный костюм для соблазнения. Вызвала меня на откровенный разговор. А я, полная идиотка, все еще верила. Наивно полагала, будто Демон может быть положительным героем.
Видимо, не моего романа.
Я не могла не думать о нем. Все падало из рук, слезы то и дело прорывались наружу, хотя меня сложно назвать плаксой. Иногда я смеялась над собой, говорила, что так мне и надо. Стоило оставаться неприступной и трахаться с Дмитрием только в мечтах, тогда бы сейчас не было так больно.
 
Как жить дальше, я не знала…
Из командировки вернулась раньше, потратив существенную сумму на обратный билет. Но лучше так, чем лететь обратно с Демоном и его подружкой. Такого испытания моя психика точно не выдержала бы. Я скорее выпрыгнула бы из самолета без парашюта, чем смогла находиться в слишком тесном для нас троих пространстве.
Бабушка сначала испугалась столь раннего возвращения, потом обрадовалась, а после расстроилась. Несмотря на слепоту, она не могла не заметить моего подавленного состояния.  Хоть я и всячески пыталась скрыть его. Бабуля слишком хорошо меня знала, чтобы поверить в ложь.
— Поругались, да? — спросила она, задумчиво поглаживая лохматую голову Макса.
Пес смотрел на меня с сочувствием, и от этого хотелось разрыдаться в голос. Если даже Макс видит, что я не в себе, то как выйти на работу? Ведь волей-неволей, но мне придется сталкиваться с Демоном. И с его секретаршей. Видеть их вместе и медленно умирать от боли…
— О чем ты? — я все еще пыталась сделать вид, будто не понимаю.
— С Демоном твоим! — бабуля запомнила прозвище Дмитрия. — Он что, обидел тебя? Если так, то я сама задам ему жару.
Бабушка потрясла в воздухе сухоньким кулачком, и это вызвало у меня невольную улыбку.
— Дело не в этом… Просто контракт, который мы собирались подписать… он все же прогорел, — вранье — не моя сильная сторона. Хорошо, что бабушка не видела, как  я мучительно краснею и комкаю подол платья. — В общем, это касается работы. Ничего личного.
— Угу, — недоверчиво кивнула бабушка. — Считаешь, это ты виновата в проколе?
Я всхлипнула.
— Виновата, еще как. Потому что, несмотря на твое прекрасное воспитание, выросла полной дурой.
— Ну-ну, милая, не кори себя… — бабушка отпустила Макса и встала со стула, чтобы меня обнять. От нее пахло «Красной Москвой», моим подарком. Этот до боли знакомый запах, спокойный старушечий голос слегка отрезвили и успокоили меня. — Не думаю, что ваша конторка сильно пострадает от одного неподписанного контракта. Да и Демон не обеднеет.
Я кивнула, стараясь не думать о нем. Он не обеднеет, это точно. Только я думала сейчас не о деньгах, а о наслаждении. Он ничего не потерял, променяв меня на Люду. И ее бросит с тем же холодным равнодушием. У него была и будет еще не одна женщина. А я…
Наверное, сдохну от одиночества, но больше не подпущу к себе ни одного мужика. На пушечный выстрел.
— Хочешь, приготовлю чего-нибудь вкусненькое или прогуляемся с Максом по улице? — продолжила увещевать бабуля. — Или, знаешь что, а давай купим новые обои? Я тут щупала одни в магазине — гладенькие, с выбитыми цветочками, такие приятные. Плотные. Нам давно пора делать ремонт, и дверь входную поменять — эта на соплях висит. У нас ведь теперь есть деньги.
— Откуда? — вздохнула я.
— Как?! — спохватилась бабушка и часто-часто заморгала. — Дмитрий… Демон твой отдал.
— Не думаю, что нам стоит их тратить.
Ведь я их не отработала. Наверное, стоило бы отдать их ему, но я не представляла, как встречусь с ним. Как смогу разговаривать и не сорваться, не показать, насколько мне больно и обидно.
Он звонил несколько раз, но я занесла его номер в черный список. Глупо, по-детски, но иное мне в голову не пришло.  Демон несколько раз приезжал, но я просила бабушку сказать, что меня нет дома. Тоже глупо и совершенно наивно.
 
Нам все равно пришлось бы встретиться, но я оттягивала этот момент, как только могла.
Каникулы кончились слишком быстро. Я вернулась на работу и вздрагивала от каждого телефонного звонка. Когда открывалась дверь кабинета, вся напрягалась, точно натянутая струна.
И все же день икс настал.