Неподчиненная (СИ)

Проснулись мы тоже с мыслью о Жене.
Холодный душ, горячий завтрак, свежие новости по всемирной паутине — вроде отлегло. Что ж, теперь можно было подумать и о делах. Завершить этот год и сделать наметки на следующий.
— Люда, ты будешь нужна мне в офисе, — сухо сказал я по телефону. — За дополнительные часы работы получишь роскошный подарок в виде премии.
Дважды упрашивать секретаршу не пришлось. Как ни странно, она приехала даже раньше, чем я, хотя жила на другом конце города.
— Дмитрий Николаевич!.. — с придыханием сообщила она, чуть не бросаясь в объятия. — А я уж было думала, что вы забыли обо мне. И об открытках.
Обогнув девицу, прошел к рабочему столу и, усевшись в кресло, закинул руки за голову.
— Какие еще открытки, Люда? Ты бредишь.
Обряженная в туго обтягивающий ладную фигурку розовый секси-костюмчик, она покачнулась на высоких каблуках. Надула губки и обиженно проговорила:
— Ну как же, Дмитрий Николаевич… Вы же сами сказали, что отправите всем сотрудникам поздравительные открытки к Рождеству. Еще просили меня найти адреса.
— Ах, это!.. — улыбнулся я. — Нашлась идея получше. Сейчас ты позвонишь Валентину Борисовичу и нежным, полным ласки голосом скажешь, что мы согласны на его условия. В общем, не мне тебя учить, как разговаривать с особыми клиентами.
Люда счастливо улыбнулась и кивнула. Приняла от меня записку с телефонным номером и, склонив голову к плечу, лукаво уточнила:
— Именно за этим вы выдернули меня из отпуска?
— Да, дело не терпит отлагательств. Звони, а после я попрошу тебя еще кое о чем.
Никогда не видел, чтобы так быстро бегали на высоченных каблуках. Люда могла бы стать спринтером, если так не заработала репутацию глупенькой и хорошенькой дурочки. Что ж, все честно: она хочет богатого и влиятельного любовника, она его получит. А я подпишу крупный контракт — все честно.
— Валентин Борисович очень доволен вашим согласием, — проворковала вернувшаяся Люда. — А еще он просил напомнить об особом условии.
— Мы его выполним, — подтвердил я, окинув ее придирчивым взглядом. — Кстати, Людочка, что вы делаете в каникулы? Как насчет непродолжительной командировки в Северную столицу?
— Сейчас?! — охнула она и прижала ладошки к вспыхнувшим щекам. — С вами?
— Отбываем первого числа вечером, — предупредил я. — Так что если вы согласны, то будьте аккуратнее в новогоднюю ночь. Но, если у вас были другие планы…
— Нет-нет! — она не дала мне договорить. — Я поеду! А что с собою взять?
Судя по нетерпеливой дрожи, Людочка была готова на все. То, что доктор прописал.
— А что бы ты хотела?
Кажется, еще немного, и моя секретарша кончит. Судя по тому, как загорелись ее глаза, она уже близка к этому. Подумать только, что с людьми делает жажда наживы. А ведь эта дурочка даже не уточнила, для чего мы едем, что войдет в ее обязанности. Как можно быть такой недальновидной?
Нет, я не собираюсь пользоваться ее доверчивостью. И все же именно Люда станет наживкой, на которую я собираюсь поймать гигантскую рыбину.
— Как насчет костюма обольстительницы? — предложила она, расстегивая верхнюю пуговку на блузке и глубоко дыша.
Я улыбнулся.
— Бери обязательно. А сейчас соедини меня с начальником службы безопасности. Нам нужно поговорить  о важном — наедине. Так что ты, Людмила, можешь быть свободна. До первого января. И вот еще что… — достав из бумажника приличную сумму, я вручил ее секретарше, — это тебе на булавки. И на костюм соблазнительницы.
Такой довольной я еще Люду не видел. Успел себя почувствовать Санта-Клаусом, тем более что не собирался останавливаться на достигнутом.
— Семен, собери мне всю информацию по некой благотворительной организации «Дом надежды», — попросил начальника службы безопасности. — И выдели с пяток крепких и надежных ребят. Поиграем с ними в Робин Гудов.
Глава 9. Евгения
Новый год проходил по обычному сценарию: утренняя суета с уборкой и приготовлением салатов, потом горячего. Накрывание стола и телевизор в огромных количествах. Бабушка с улыбкой на лице слушала «Старые песни о главном», Макс хрустел любимым лакомством под столом. А я?..
 
Сегодня мне было особенно одиноко и тоскливо.
Казалось бы, как вообще могут приходить в голову подобные мысли? Со мной рядом самый дорогой и горячо любимый человек. У нас есть крыша над головой, возможность накрыть скромный, но все же обильный стол. У меня есть хорошая работа…
И все же чего-то не хватало.
«Снег кружится, летает, летает,
И позёмкою клубя
Заметает зима, заметает
Всё, что было до тебя».
От слов этой песни сердце словно остывало. Я глянула в окно: там действительно кружил снег — новогодний, белый и пушистый. Стоило бы радоваться, но нет… Этот снег действительно заметал следы Дмитрия, чей поцелуй все еще горел у меня на губах.
Даже в этот день я не могла не думать о нем.
— Гр-р-р!.. — забеспокоился Макс и бросился к двери.
Следом раздался звонок.
Кто бы это мог быть?
Нехотя я сунула ноги в домашние тапки и поплелась открывать. Наверное, пришла соседка с первого этажа, баба Камаз. Да-да, именно так звали эту женщину почтенного возраста и необъятных размеров. Она никогда сама не накрывала новогодний стол, и каждый год забегала к нам подарить скромный подарок вроде полотенчика или связанного шарфа, а заодно и продегустировать угощения. За вечер баба Камаз обходила всех соседей — тех, кто открывал дверь. Ее настоящего имени не знал никто, да она и не возражала прозвищу. Так и говорила: «Хоть горшком называйте, только угощайте».
На пороге стоял Дмитрий.
— Т-ты?.. — от неожиданности я начала заикаться.
— С наступающим! — провозгласил он. — Вот, проезжал мимо и решил заскочить. Надеюсь, не помешал?
Он просунул голову внутрь и зачем-то осмотрел прихожую. Удовлетворенно кивнул и улыбнулся.
Мне показалось, или он осматривал квартиру на предмет посторонней обуви? Демон ожидал увидеть нестройный ряд ботинок моих любовников? Он вообще нормальный?
— И по пути куда тебя так занесло? — поинтересовалась я. — По пути на Мальдивы, где ты обычно проводишь праздники? Аэропорт совсем в другой стороне…
Демона мое заявление не смутило. Напротив, он услышал только то, что захотел услышать.
— Приятно знать, что ты интересуешься тем, как я провожу свой досуг, — сказал он и схватил за ошейник Макса, примерявшегося к его ноге: — Даже не думай, приятель.
— Макс, фу! — приказала я. — Иди-ка лучше к бабушке, наш случайный гость все равно сейчас уйдет. Правда?
— Что ж, на другой прием я и не рассчитывал, — подозрительно легко согласился Демон. — Ладно, ты меня раскусила: соврал. Я не случайно проезжал мимо, а целенаправленно. Чтобы отдать вот это.
Он передал мне пухлый мешок: почти как тот, с которым ходит Дед Мороз, только серый и с металлической защелкой. Такие я видела у инкассаторов.
— Что это?— уточнила, не слишком понимая, что происходит.
— Деньги, — совершенно спокойным тоном пояснил Демон.
Я сунула мешок обратно ему в руки. Точнее, попыталась.
— С ума сошел? — спросила недовольно. — Или это какая-то шутка?
— Все очень даже серьезно, Женечка.
— Я не возьму у тебя денег. С какой стати? Здесь же…
Там было много, очень много. Даже если в мешке были купюры по десять рублей, сумма набралась бы более чем внушительная.
Я попятилась, словно увидела пришельца.
— Это и не от меня, — признался Дмитрий. — А от фонда «Дом надежды». Все то, что они у тебя выманили обманным путем. Плюс небольшая компенсация за моральный вред. Еще там, на дне, письмо с извинениями.
 
В горле мгновенно пересохло, а голос отказался подчиняться приказам мозга.
— Ты их что, убил? — спросила я сухим шепотом.
Демон рассмеялся, запрокинув голову, отчего тугие мышцы на его шее напряглись, как стальные канаты.
— Ну как бы мошенники писали письмо, если бы я их убил? Они живы, хотя и не совсем здоровы. Скажем так: не все.