Девиантное царство (ЛП)

***
— О Боже мой, я чертовски люблю тебя, — визжу я, мое лицо болит от улыбки, как у законченного маньяка всю дорогу сюда.
Прими это твердо, он этого не сделал, и я наслаждалась каждой секундой этого, от которой волосы встают дыбом.
— Не позволяй кому-то еще слышать, как ты это говоришь, — бормочет он, снимая шлем и взъерошивая волосы, приводя их в беспорядочный вид, в котором они обычно находятся.
— Чирилло может поцеловать меня в задницу, — радостно объявляю я, подпрыгивая на пятках, поскольку адреналин от поездки продолжает наполнять мои вены.
— Держу пари, он бы чертовски хотел, Коротышка.
Я бросаю ему средний палец через плечо и направляюсь к стадиону, что чертовски безумно для школьного здания. Если я думала, что Найтс-Ридж был на высоте, то, очевидно, я ничего не видела, потому что школа Всех Святых — это за пределами нелепости.
У меня такое чувство, что я собираюсь зайти на матч премьер-лиги — если я вообще увлекаюсь футболом, конечно, — а не на школьный футбольный матч.
— Это было не совсем то, что я ожидал.
— О, так ты не ходил в такую школу, как эта? — Я спрашиваю, в моем тоне чувствуется притворный шок.
— Не, я больше чувствую себя как дома в центре Ловелла, Коротышка.
— Ты и я оба. Я в любой день соглашусь на бедность и разврат, а не на это шоу привилегий и богатства.
— Давайте пойдем и окружим себя придурками, ведь так? — Он обнимает меня за плечи, и мы вместе идем к входу.
Несмотря на то, что у нас здесь голова идет кругом, игра уже началась. На самом деле, она подходит к концу. Я настаивала, что если я делаю это, то я не трачу целых девяносто минут или сколько бы ни длился перерыв, стоя, отмораживая свои сиськи и наблюдая, как некоторые — пусть и горячие — парни бегают за мячом. Ну, это была история, которой я всех кормила. В основном, я просто не хотела, чтобы Тео слишком много думал о том, что я здесь, потому что я все еще не убедила себя, что поступаю правильно.
Нас направляют к сторонникам Найтс-Ридж, и мы занимаем места в конце ряда.
Я замечаю Стеллу и Калли прямо в первых рядах толпы и смеюсь про себя, когда Стелла кричит, словно о кровавом убийстве, несмотря на то, что открыто признает, что она ничего не знает о футболе — ее слова, не мои, — поскольку игра разворачивается перед нами.
Не в силах больше оторвать глаз от поля, я осматриваю бегающие по нему тела, перебирая медно-черную форму наших игроков, пока не нахожу ту, которую ищу.
Я замираю в ту же секунду, как нахожу его, мои глаза пробегают по всей длине его тела. Его волосы насквозь промокли от пота, рубашка прилипла к мускулистому торсу, и он практически везде измазан грязью.
Он выглядит полной противоположностью тому образцовому принцу, к которому я привыкла, и, черт возьми, если эта его сторона не заставляет что-то трепетать от возбуждения внутри меня.
Фантазия о том, как он берет меня точно так же в раздевалке, возникает у меня из ниоткуда, интенсивность вожделения настолько сильна, что у меня кружится голова.
Образ того, как он прижимает меня к кафелю, как его грязные руки бегают по мне и пачкают меня вместе с ним, воспроизводится в моем сознании так ярко, как будто я смотрю это на чертовом плазменном экране.
— Эмми, — раздается резкий голос, вырывающий меня из моих порочных мыслей.
Моргая, чтобы прояснить изображение, я поднимаю глаза и обнаруживаю, что Ксандер наблюдает за мной с ухмылкой.
— Я не хочу знать, куда только что делись твои мысли, не так ли?
Тряхнув головой, в основном для того, чтобы прогнать навязчивые образы, но также и для того, чтобы ответить на его вопрос, я беру руку, которую он протягивает мне, и позволяю ему усадить меня на мое место.
— У тебя плохо получается, коротышка.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — шиплю я, следя глазами за Тео через поле.
Минуты тянутся, адреналин от путешествия и первой встречи с ним начинает спадать, и холод, о котором предупреждал меня Ксандер, начинает подкрадываться.
Дрожь пробирает меня в тот самый момент, когда Тео окликает один из игроков Всех Святых. Я не обращала на них — или, честно говоря, даже на остальную часть нашей команды — никакого внимания с тех пор, как приехала, и только когда Тео подошел к этому парню, меня осенило узнавание.
 
— Срань господня, — выдыхаю я, заставляя Ксандера оторвать взгляд от телефона — он явно тоже не футбольный фанат.
— Что?
— Тот парень. Тот, которого Тео собирается уложить на пол. Это Бен, он был тем парнем, который, по мнению Тео, напоил меня на вечеринке.
— О черт.
— Да, черт. Но это был не он. Это была его ревнивая сучка-кузина. Бен был таким милым в тот вечер.
Тео хватает Бена за рубашку и предупреждающе смотрит ему в глаза. Даже с такого расстояния я чувствую напряжение и ненависть между ними.
Я стою, не осознавая, что делаю это, и молча умоляю Тео не делать того, о чем он потом пожалеет.
Меня снова пробирает дрожь, и мои зубы стучат.
— Я же говорил тебе, что здесь чертовски холодно, малыш, — бормочет Ксандер, невинно обнимая меня за плечи и притягивая к себе, но он делает это в самый неподходящий момент, потому что не успевает он поднять руку, как глаза Тео встречаются с моими.
На мгновение все, что я вижу, — это облегчение и счастье от того, что он нашел меня, и это заставляет мое сердце петь оттого, что он действительно хочет, чтобы я была здесь. Но затем я прижимаюсь ближе к Ксандеру, и оба этих выражения уступают место неприкрытой ненависти.
Он отталкивает Бена от себя, полностью сосредоточившись на мне.
Я пытаюсь оттолкнуть Ксандра, но этот раздражающий ублюдок не обращает на это внимания и прижимает меня крепче.
Прижимаясь губами к моему уху, он бормочет. — Мы не делаем ничего плохого, малыш. Если он хочет быть придурком, то это его дело.
— Н-но…
— Но ничего. Ему нужно самому разобраться со своим дерьмом. А пока ты, блядь, отмораживаешь свои сиськи. И я почти уверен, что он предпочел бы, чтобы они остались на твоем теле.
Сама того не осознавая, на моих губах появляется улыбка, и я дразняще шлепаю его по животу.
Я не осознаю, насколько это серьезная ошибка, пока не оглядываюсь назад, и вижу убийственные глаза Тео.
Он что-то говорит, но я слишком погружена в свою панику, что он собирается взбежать на гребаные трибуны и убить Ксандера голыми руками.
К счастью, Себ и Алекс замечают, что происходит, и оба подходят, оттаскивая Тео назад и разворачивая его, чтобы разорвать нашу связь.
— Ну, я думаю, можно с уверенностью сказать, что он тебя заметил, — язвит Ксандер.
— Это была плохая идея.
Он качает головой, продолжая обнимать меня. Хотя я, возможно, и хотела бы вырваться на свободу ради Тео, я остаюсь там, где я есть, потому что Ксандер похож на долбаный радиатор, и мне нужно тепло.
— Попробуй сказать мне это позже, когда вы двое будете трахаться так сильно, что не сможете вспомнить свои собственные имена.
— Ксан, — выдыхаю я в шоке, но все, что он делает, это хихикает.
— О, перестань, Эм. Напряжение между вами двумя чертовски невыносимо даже для меня. Ты ни за что не выйдешь из этого путешествия без пригоршни кричащих оргазмов от его рук, и ты это знаешь. — Он снова наклоняется как раз в тот момент, когда судья по какой-то причине дает свисток, и Тео поворачивается в нашу сторону. Чертовски типично. — Вот почему мы здесь, коротышка.
Вспышка страха и желания пронзает меня на долю секунды, когда наши взгляды встречаются.
— Ты поехал со мной сюда, чтобы переспать? — Недоверчиво спрашиваю я, разговаривая с Ксандером, но глядя на Тео.
— Я точно приехал сюда не ради игры, — усмехается он. — И кто знает, может быть, я даже найду себе маленькую богатую девочку, с которой смогу поиграть сегодня вечером.
Когда Тео снова вынужден отвести от меня взгляд, я выдыхаю, не осознавая, что задерживала дыхание.
— Нам нужно идти, — бормочу я.