Дитя любви
Она строго посмотрела на Фердинанда, дав ему понять, что как будущая хозяйка требует к себе уважительного отношения.
— Сеньорита Ксавьер, — серьезно и вежливо поздоровался Фердинанд и слегка поклонился. Потом повернулся к Рафаэлю и затараторил по-испански со скоростью, недоступной для понимания Алессандры.
Она уловила только отдельные слова, из которых следовало, что на винодельне возникла какая-то проблема. Алессандра тихонько вздохнула, шепнула Рафаэлю несколько слов и отправилась на конюшню.
Она разбирала Титусу гриву и одновременно продумывала новый план тренировок по повышению высоты его прыжка, когда в денник влетел Фердинанд. Он казался еще более взволнованным, чем раньше, и пытался что-то объяснить по-английски.
— Лучше говори по-испански, но только медленно, — сказала Алессандра, сопровождая свои слова красноречивым жестом.
— Нет-нет. Вы понимать испанский быстро-быстро! — не унимался Фердинанд.
— Не все. — Она улыбнулась, убрала щетку, которой чистила Титуса, и вышла из денника. — Я слушаю.
С трудом овладев эмоциями, Фердинанд рассказал, что неожиданно прибыл очень важный заказчик, представляющий сеть английских супермаркетов, и хочет обсудить вопрос о крупных поставках вина.
— Неожиданно? — повторила Алессандра. — Разве такие люди не договариваются о встрече заранее?
— Да-да, — нетерпеливо ответил Фердинанд. — Эта леди должна была приехать на следующей неделе, но все перепутала. Сеньор Савентос был очень любезен и не отослал ее, хотя очень занят другими делами. — Тут он умолк и хитро посмотрел на нее. — Конечно, такой бизнесмен, как сеньор Савентос, не настолько глуп, чтобы отправить даму назад. Ведь она может не вернуться!
— Ясное дело, — согласилась Алессандра.
Она тоже начала волноваться.
— Да. И она очень соблазнительная леди. — Фердинанд закатил глаза и изобразил ладонями контуры женской фигуры.
— Угу…
— Мы могли бы получить большой-большой заказ. Все бы заработали много денег. Сеньор Савентос дает хорошие премии. Если он много продает, мы много получаем. — Фердинанд остановился и слегка нахмурился. — О, я слишком много болтаю. Женщины не любят слушать о делах.
— Эта женщина любит, — успокоила его Алессандра. — Продолжай.
— Понимаете, сеньорита Ксавьер, сеньор Савентос соблюдает старые испанские традиции, но он современный человек. Он знает о профсоюзах и понимает рабочих. Он никогда не станет платить людям меньше того, что положено. Он хороший хозяин, потому что уважает нас.
— Да, понимаю, — отозвалась Алессандра.
При мысли о том, как глубоко чувствует Рафаэль, как велико его стремление к социальной справедливости, ее сердце наполнилось теплом и гордостью.
— Сеньор Эмилио не такой, — добавил Фердинанд. Его глаза сузились, лицо стало неприязненным. — Он бы с удовольствием раздавил нас колесами своей шикарной машины. Я слышал, что до революции французские вельможи любили давить своих крестьян каретами.
— Неужели? — Внешне Алессандра проявила всего лишь вежливый интерес, но запомнила эту своеобразную характеристику.
Заговорив об Эмилио, Фердинанд напомнил ей, что в семейном шкафу Савентосов есть потайное отделение, в котором наверняка завалялся еще один скелет.
— Зато сеньор Савентос — замечательный человек! — восторженно заявил Фердинанд.
— Я тоже так думаю, — улыбнулась Алессандра.
Она понимала, как должна была озадачить Фердинанда страстная сцена на террасе. Конечно, ему хотелось узнать побольше, но она не собиралась ничего говорить без предварительного обсуждения с Рафаэлем.
Мысль о том, сколько им предстоит сделать рука об руку, заставила ее затрепетать. Они разделят не только постель, но и всю жизнь, день за днем, и этот замечательный бизнес, который, как убеждал Рафаэль, будет принадлежать им обоим. Мысленным взором Алессандра увидела всю их будущую жизнь, поделенную поровну на двоих, открытую, без тайн друг от друга…
— А сейчас, — тем временем продолжил Фердинанд, — мне надо пойти предупредить о гостье сеньору Савентос. — Он подмигнул Алессандре с видом заговорщика. — У меня будут большие неприятности, если сеньора не узнает обо всем вовремя!
Алессандра смотрела ему вслед и думала, что у нее самой могут быть большие неприятности с Изабеллой. В том числе и из-за того, что новость о гостье она получила первой. Внезапно слова Рафаэля о сошествии матери с пьедестала перестали казаться ей старомодными.
Она ушла из конюшни и направилась на любимую террасу. Рассеянно обдумывая ситуацию, Алессандра оглядела виноградник и впервые за все время пребывания в Испании заметила над ним облака. Они заходили с востока, собирались и двигались с захватывающей дух скоростью. Тяжелые свинцовые тучи опускались на дом и окрестности. На ее щеку упала первая тяжелая и теплая капля дождя. Затем без предупреждения разразился ливень. Огромные капли величиной с яйцо с шумом разбивались о землю. По террасе побежали ручьи. В отдалении загрохотали раскаты грома.
Алессандра побежала в дом и сразу же столкнулась с Изабеллой. Та явно поджидала ее и выглядела просто ослепительно.
— Пойдемте со мной, — резко сказала Изабелла и, не оборачиваясь, двинулась в сторону своей студии.
При других обстоятельствах, с другими людьми Алессандра просто высмеяла бы этот приказной тон, однако решила, что лучше всего будет относиться к выпадам пожилой дамы совершенно спокойно. Она неторопливо пошла за размашисто шагавшей будущей свекровью.
Войдя в студию через несколько секунд после Изабеллы, Алессандра остановилась и молча, но твердо посмотрела в глаза матери Рафаэля.
Комната была наполнена молчаливой яростью. За окнами с такой же яростью бушевала гроза. Ливень хлестал по крыше винодельни и ревущими потоками скатывался по ее стенам.
— Будем говорить на моем языке, — сказала Изабелла по-испански. — Я стану говорить медленно, чтобы вы поняли.
— Очень хорошо, — спокойно ответила Алессандра по-английски. — Я тоже буду говорить не торопясь.
— Вы суетесь в дела, в которых ничего не смыслите, — заявила Изабелла.
— Прошу прощения? — вспылила Алессандра.
— Вы являетесь сюда из Англии, ничего не зная ни о моем сыне, ни об Испании, всего через несколько недель ловите его в капкан и заставляете жениться!
— Сеньора Савентос, — ласково, но с угрозой начала Алессандра тоном отца, мягким как шелк и грозным как шпага. — Если бы вы не были матерью моего будущего мужа и в этом качестве не могли рассчитывать на мою сдержанность и почтительность, я бы ушла из этой комнаты, отказавшись разговаривать с вами. — Поняла ли Изабелла эту сложную английскую фразу? Ладно, если не поняла, может, оно и к лучшему… — Рафаэль сам попросил меня стать его женой. Я вовсе не ловила его.
— Вы не знаете нашу семью! — закричала Изабелла. — Мы пережили страшную трагедию! Вы и представить себе не можете…
— Отчего же? Я все знаю. Я слышала о трагической гибели вашего мужа и сына. И очень вам сочувствую, — прервала ее Алессандра. — Но это не может заставить меня отказаться от Рафаэля. — Для страховки она быстро перевела свои слова на испанский.
— Ах, — воскликнула Изабелла, — вы не знаете самого главного!
— Так расскажите.
Изабелла подняла глаза, удивленная ее спокойствием и явным нежеланием идти на столкновение.
— Вам следует знать, — сказала она, — что о вашей свадьбе с Рафаэлем не может быть и речи.
— Это почему же? — Алессандра выпрямилась и оперлась о спинку кресла. У нее дрожали ноги.
— Потому что в Испании живут очень гордые и решительные люди. Мы ничего не знаем об английских обычаях и не хотим знать. Кстати, скажите, как вы собираетесь стать хорошей женой моему сыну, если ничего не знаете об испанском образе жизни?
— Я буду хорошей женой вашему сыну хотя бы потому, что люблю его. — Алессандра произнесла эти слова медленно и отчетливо. — Я согласна с вами, Испания довольно старомодна и здешние порядки отличаются от наших. Но если я выйду за Рафаэля, она станет и моей страной. Наши дети будут наполовину испанцами, наполовину англичанами.