Клетка (СИ)

— Нет, вы ошиблись, — но сейчас я совершенно не готова разговаривать с этим человеком.
— Вася, это же ты, неужели не узнаешь своего папу?
— Я вас не знаю и не хочу знать, а сейчас отойдите в сторону, или я закричу, — поднимаю голову и смотрю ему прямо в лицо, не моргая. Удивительно, как его ещё не посадили за мошенничество или за работорговлю. Мужчина, вероятно, видит по моему лицу, что я не шучу, потому что отступает в сторону, позволяя мне пройти на выход.
“Что он здесь делал? Не мог же преследовать меня? Я давно уже расплатилась с долгом, точнее, с долгом тем ублюдкам расплатилась Татьяна, но его же это не касается.”
Мысли, мысли, мысли, словно рой потревоженных пчел гудят в моей голове. Эта встреча совершенно выбивает почву у меня из-под ног. Столько лет я пытаюсь строить свою жизнь вдали от отчима, и мне это почти удается. Долг Татьяне уменьшается с каждым днем, а мои личные доходы растут. Скоро я смогу позволить себе даже купить квартиру. Правда, достаются они чаще всего кровавой ценой.
По возвращении домой продолжаю думать, как получилось так, что я сегодня встретила Николая. Почему именно сейчас, а не за неделю до этого или неделю после? Я не сижу затворницей в квартире, если только не отхожу от посещений Андрея. Этот мужик жесток, но он хотя бы платит за свои садистские наклонности — то, что со мной делали десять лет назад, ни идет ни в какое сравнение с моими нынешними проблемами. Неделька отлежаться, пачка викодина, грамм пятнадцать кокса — и я снова готова к работе.
С того раза, как я видела здесь черноокого, минуло уже полтора месяца, и за это время мне удавалось избегать серьёзных травм, даже Андрей стал вести себя более сдержанно, не пихая в меня не предназначенные для секса предметы. Со временем мне стало казаться, что тот вечер был лишь плодом моей фантазии, что мне очень хотелось, чтобы секс не напоминал средневековые пытки, а просто дарил наслаждение, так как описывают в бульварных романчиках. Наивная. Такая жизнь уж точно не для меня. Да и не стоит мечтать о романтике, когда жизнь бьет фейсом об тейбл. Уже мечтала однажды, в прошлой жизни, ничего хорошего это мне не принесло. Поэтому и теперь следует выкинуть из головы мужчину, виденного всего два раза в жизни, и заняться работой: долги сами себя не отдадут.
Сегодня вечером Таня обещает полный зал, потому что приедут какие-то иностранные гости, которые хотят посмотреть на русскую экзотику, а значит, можно выгулять новое платье, купленное тогда в Афимоле. Достаю из чехла расшитое спереди платье в пол и облачаюсь в это чудо, украшенное пайетками так, что кажется рисунком на голом теле. Волосы оставляю распущенными — мужчинам так нравится больше всего, но при этом накручиваю немного концы, чтобы не висели паклей, а лежали плавными волнами. Последние штрихи в виде стойкой помады, взгляд на себя в зеркало — и, довольная достигнутым результатом, я подмигиваю своему отражению. Сегодня есть возможность хорошо заработать, гостей ожидается много, и все приглашенные Таней не жмоты на чаевые. Окуплю свои расходы сразу. Ещё раз бросаю взгляд в зеркало и покидаю гримерку.
Музыка пока ещё играет негромко, до открытия клуба минут десять, поэтому подхожу к барной стойке, где сидит Татьяна.
— Прекрасно выглядишь сегодня, Ева, — произносит наш арт-директор. — Вижу, ты во всеоружии сегодня.
— Ну так, особенный вечер требует особенного наряда, — улыбаюсь, принимая бокал шампанского. Хорошее начало для разгона этим вечером.
— Да, но в последнее время ты особенно стараешься.
— Правда? — делаю глоток шампанского, но оно застревает у меня в горле.
— Всё началось с того вечера, когда здесь побывал Косарь со своими парнями, — вроде бы рассуждает вслух Таня, но мне уже не хочется пить. Поэтому отставляю бокал.
— Я не заметила, вроде одеваюсь, как обычно, да и веду себя, как раньше.
— Может быть, мне и показалось, — на этот раз взгляд серых глаз прожигает меня насквозь, заставив нервничать. — В любом случае, тебе пошло на пользу это улучшение.
 
— Спасибо, — что ещё я могу сказать на такой сомнительный комплимент. Поэтому отхожу, занимая самое дальнее кресло в зале, скрывая себя в тени, чтобы до определенного момента никто и не видел меня.
Зал постепенно заполняется гостями, и когда уже веселье в самом разгаре, я покидаю своё убежище, чтобы нос к носу столкнуться с Андреем.
— Ева, радость моя, ты меня встречать вышла? — его голос чуть приглушается громкой музыкой, или это у меня кровь шумит так, что я с трудом разбираю его слова.
— Ну конечно, — растягиваю губы в улыбке, а сама лихорадочно соображаю, где мне найти кокаина на сегодня. — Такого гостя должны приветствовать лично.
Вижу, что мои слова ему по душе, но он быстро отвлекается, оборачиваясь в поисках кого-то. Я же использую этот момент, чтобы ускользнуть. Но, видимо, самомнение моё слишком подогрелось разговором с Татьяной, потому как Андрей даже не обращает внимания на моё отсутствие, направляясь к Тане, а после в самый большой вип. Наверное, дела важнее развлечений, но мне от этого только лучше. Обхожу гостей с бокалом шампанского, пока не началась программа, идут контакты и выбор, мы выбираем мужчин, они выбирают нас, а после — уже работа. Главное, не переборщить с выпивкой, а то можно, как Аля, с пилона грохнуться и сломать ногу или шею свернуть.
— Дорогая моя, когда ты уже нам станцуешь, — слышу откуда-то голос.
— И нам, — тут же подхватывают со смехом с другого конца.
— Давай, Ева, покажи класс, — шепчет мимо проходящая Настя, поставив на один из столиков бокалы с виски.
Улыбаюсь слегка и, подхватив подол своего вечернего платья, начинаю подниматься по ступеням на круглую сцену. Свет концентрируется на моем теле, скрывая лицо в полутени. Начинаю медленно раскачивать бедрами, диджей тут же меняет мелодию, включая одну из моих излюбленных песен. Странные птицы со сломанными крыльями. Да, эта песенка одна из любимых. С каждым аккордом движения становятся активнее и, как мелодия набирает темп, так и я раскачиваюсь, всё сильнее и сильнее, поднимая подол платья. И когда скидываю его к ногам и опускаюсь на колени, обхватив бедрами пилон, песня заканчивается. Но следом за ней начинается другая.
Следующий танец более активный, но все знают, что больше двух подряд я не танцую.
Мужчины собираются у сцены, начиная кидать купюры, устраивая мне дождь из банкнот. Поворачиваюсь спиной и, медленно двигая плечами, стаскиваю лямки бюстгальтера, раз, второй, третий, завожу руки за спину, снимая окончательно предмет белья. Оборачиваюсь и под общие возгласы запускаю его в толпу мужиков. И ловит его тот, кого я и не жду вовсе уже две недели точно.
Саша, не спуская глаз, подносит бюстик к лицу и будто целует, отчего я едва не спотыкаюсь.
— Ева, дорогая, — рядом появляется Татьяна, как раз вовремя, чтобы разогнать эту жадную до удовольствий толпу. — Идем, я тебя кое-кому представлю. Только платье надень, можно и без лифчика, думаю. Наверное, так будет даже пикантнее.
И пока я на ходу натягиваю обратно свой наряд, Таня ведет меня по залу к столику в вип-секции.
— Познакомься, Ева, это Михаил Костин, ему очень понравилось, как ты танцевала сегодня.
— Правда? — улыбаюсь, как кукла, несмотря на то, что мужчина внешне привлекательный, кто знает, какие демоны могут скрываться за этой внешностью.
— Очень, — голос у него тоже приятный, такой хрипловатый баритон, что словно ласкает слух. Интересно, не поет ли он, уверена, имел бы успех. — Присаживайся, — и мужчина двигается, уступая место рядом с собой. Опускаюсь, стараясь не помять платье, он замечает мои попытки разгладить одежду, но ничего не говорит, только наливает мне в бокал шампанского и протягивает его.
 
— А есть что-то покрепче? — хватит с меня шампанского, лучше что-то более серьёзное.
— Например, это? — Михаил кивает на бутылку Чиваса, стоящую на соседнем столике. — Или это? — раскрывает ладонь, на которой лежат две маленькие таблеточки.