Сферы влияния (СИ)

Не нужно было быть легиллиментом, чтобы прочесть невысказанное: «Тогда я вовсе не обязан делиться с вами информацией». И это было плохо. — Вопрос информированности, — мягко сказала Гермиона.
Он тоже прочитал непроизнесённое: «Если бы вы с самого начала рассказали, что Габи-Ирэн натворила, я бы сразу дала вам информацию, ваша скрытность привела к тому, что я защищала её и помогла ей скрыться».
Глаза немного посветлели — стал заметен тонкий голубой ободок. Давление тоже ослабло, но не исчезло. — Вопрос доверия, — заметил Майкрофт.
— Обоюдного, — согласилась Гермиона и первой протянула руку. Им нельзя враждовать, если они хотят взять Брука.
Рукопожатие в этот раз не было ледяным — у Майкрофта оказалась тёплая ладонь. Как будто он нагрел её перед камином. Или — догадка была безумной, но, похоже, верной, — ледяную кровь Холмса сегодня согревал алкоголь.
Майкрофт задержал руку Гермионы в своей дольше, чем следовало — и во время рукопожатия смотрел ей в глаза очень пристально, выискивая мельчайшие отголоски мыслей, препарируя каждый с педантичностью молодого лаборанта. Но проникнуть в её сознание не пытался. Чем бы ни была его легиллименция, она, очевидно, не поддавалась контролю — что-то вроде стихийного волшебства, только у маггла, — и, как любое стихийное волшебство, требовала очень сильной эмоциональной подпитки.
Когда рукопожатие распалось, Гермионе вдруг стало холодно. Она чуть сжала зубы и уточнила деловым тоном: — Какова судьба Ирэн Адлер? — Полагаю, о ней не стоит беспокоиться, — Майкрофт отвернулся, подошел к камину и щипцами поворошил угли. — Она не представляет для нас интереса, однако, вероятно, её скоро потянет на восток.
Гермиона опустила голову. Глупая Габи, бездумная вейла — мало ей было американского гетто. Террористы, пусть и магглы, будут, пожалуй, опасней МАКУСА. Она говорила, что волшебство плохо её слушается. Без него она обречена. — Однако есть предположение, что некое частное лицо будет заинтересовано в её благополучии, — продолжил Майкрофт.
Гермиона нахмурилась — это был намек, уловить который она не сумела. Частное лицо — Брук? Едва ли. Волшебников Майкрофт не знает, остаются магглы — но их слишком много. Стоило сузить круг. «Частное лицо» — кого так назвал бы Майкрофт на своем эзоповом языке? «Очень старым другом» он именовал королеву Елизавету, например. «Частное лицо» — кто-то, о ком может догадаться Гермиона.
Загадка оказалось простой. Вспомнилось письмо Габи с просьбой присмотреть за магглом с Бейкер-стрит. Шерлок Холмс — вот кто заинтересован в благополучии сумасшедшей вейлы. — Очевидно, частному лицу потребуется страховка, — как бы невзначай намекнула Гермиона. — Единственное, что может вызвать у него затруднение, это транспортные расходы, — Майкрофт улыбнулся одними губами. — Но полагаю, что эта проблема может быть решена без привлечения дополнительных средств.
Что ж, с этим просто приходилось смириться: Габи Холмсы вытащат, но Гермиона останется в долгу, пусть и в очень небольшом. Ей поучаствовать в спасении не дадут — потому что Майкрофт не станет отдавать такую карту ей в руки. — Надеюсь, у частного лица не возникнет проблем, — кивнула Гермиона, а потом безо всякого перехода быстро спросила: — что с Бруком?
Майкрофт помрачнел: — Мы можем вычислить его местоположение и ликвидировать.
Сердце Гермионы пропустило удар. — Что вам мешает… — Телефон, — прервал её Майкрофт. — Информация в телефоне. — Я не понимаю…
Холмс коснулся пальцем подбородка и сказал так тихо, что Гермиона едва разобрала его слова: — Есть информация, что Брук создал компьютерный код — идеальную отмычку к любой системе безопасности. — Мерлин… — пробормотала Гермиона, — это возможно? Блеф… — Блеф или нет — мы не можем рисковать. Если ключ существует…
Майкрофт не договорил, Гермиона поняла: он хотел этот ключ себе. Если у британского правительства появится идеальный ключ, способный взломать любую систему, вопрос мирового господства решится в течение нескольких дней. Даже не интересуясь политикой, тем более маггловской, можно было сказать, что такой инструмент поставит на колени не только восточную Европу во главе с Россией, но и союзников из НАТО.
 
Одна короткая демонстрация того, что Британия способна подключиться к любому оборонному комплексу любой страны — и переделы сфер влияния закончатся навсегда. Блеф или нет — Майкрофт сделает всё, чтобы вытрясти из Брука этот код.
Гермионе показалось, что у неё закончилось дыхание. Она снова барахталась в политическом океане, и течения сносили её прочь от берега. Она хотела поймать Брука, чтобы расквитаться с ним за Рона и — в конечном счёте — чтобы обезопасить от него других.
До сих пор Майкрофт поддерживал эту цель. Но теперь… — И что вы будете делать, Майкрофт?
Он молчал очень долго, прежде чем ответить: — Мы изолируем его. Для общей безопасности. После этого с ним поработают наши специалисты.
Майкрофт снова встретился с Гермионой взглядом, и она, едва понимая, что говорит, произнесла: — После чего попросите меня вскрыть его память и извлечь оттуда код?
Он чуть усмехнулся: — Вы всегда были прямолинейны. — Да, — согласилась Гермиона, — поэтому мне и не место в политике. — И именно поэтому… — Майкрофт сделал паузу, — я поделился с вами информацией о коде. А также потому что надеюсь на ваше… благоразумие. — Волшебников это не заинтересует, — покачала Гермиона головой. — Техника ломается от воздействия магии, так что код будет для нас бесполезен. К тому же, мы не вмешиваемся…
Она не договорила, неожиданно подумав, что Кингсли, пожалуй, не отказался бы от такой отмычки. С её помощью он сумел бы органично вписать волшебников в маггловский мир, уничтожив Статут о Секретности. — Держите меня в курсе дела, — проговорила Гермиона и, едва сумев выдавить вежливое прощание, вернулась домой.
Кингсли, заполучив код Брука, уничтожит Статут. Майкрофт с его помощью уничтожит терроризм и все угрозы Британии. Британское правительство уничтожит финансовое давление остальных стран ЕС, страны НАТО — военную мощь России… Эту цепочку можно продолжать бесконечно.
Гермиона прижалась лбом к стеклу, почти не видя того, что происходит за окном, только краем сознания замечая косые росчерки мелкого дождя. Код Брука приведёт к уничтожению мира.
Но сам Майкрофт его не достанет — едва ли Джим решит поделиться своим оружием. Майкрофту будет нужна её, Гермионы, помощь.
И когда придёт время, она просто сотрёт Бруку память — так, чтобы ни один легиллимент мира не сумел её восстановить.
  
Глава четырнадцатая
 
Нарцисса Малфой озиралась вокруг, пытаясь осознать, где она находится и что происходит. Гермиона осторожно покинула её сознание, позволяя женщине полностью обрести контроль над своим телом и умом. — Где мой сын? — спросила Нарцисса хрипло, неуверенно коснулась тонкими пальцами почти прозрачной кожи на горле, кашлянула. — Сейчас подойдёт, — ответила Гермиона. — Он ждёт за дверью.
Нарцисса откинулась на подушки и прикрыла глаза. Гермиона осторожно вытерла со лба выступившие капельки пота: она сделала почти невозможное, вернув Нарциссе большую часть воспоминаний в очень короткий срок.
Помогло принятое решение: не восстанавливать события беременности и выкидыша. Это были очень травмирующие воспоминания, которые Нарцисса отторгала не только на ментальном, но и даже на физическом уровне. Возможно, в последствии, полностью оправившись от пережитого, Нарцисса вспомнит о потерянном ребёнке сама, но Гермиона заранее порекомендовала Драко делать всё, чтобы этого не произошло: миссис Малфой была уже не так молода, её психика давно утратила гибкость и пластичность, присущие юности. Боль утраты будет червём подтачивать её силы и рано или поздно уничтожит. Забвение в этом случае было предпочтительней. — Как вы себя чувствуете?
 
Нарцисса открыла глаза, несколько раз моргнула, прислушиваясь к себе, и произнесла: — Неплохо, только слабость. Но я не помню, как вы здесь оказались, Гермиона. — Вы потеряли память, — мягко сказала Гермиона. — Ваш сын вызвал меня, и после нескольких месяцев лечения мне удалось вас исцелить. Позвольте… — она палочкой коснулась запястья Нарциссы, проверила основные показатели и удовлетворенно наклонила голову. Все было хорошо. Теперь оставалось только ждать — время и восстанавливающие зелья, а также прогулки на свежем воздухе и отсутствие стрессов сделают своё дело. — К сожалению, я ничего не могу об этом вспомнить, — сказала Нарцисса после паузы, — и мне тяжело долго говорить. Но когда я полностью оправлюсь, позвольте мне навестить вас, Гермиона, или же примите приглашение поужинать у нас.