Легенды полуночных драконов (СИ)

  
Селена. Легенды полуночных драконов
 
Светлана Шёпот
   
Глава 1
 
Когда я открыла глаза, то еще с минуту меланхолично разглядывала знакомый балдахин на кровати. Мысли медленно ворочались в голове, нехотя выстраиваясь в цепочку.
Вздохнув глубже, прислушалась к себе. Ничего не болит, но что-то точно изменилось. Я ощущала это всем телом. Что-то будто касалось моей кожи, мягко скользя по ней. Чтобы проверить, я провела рукой по телу, но ничего необычного не обнаружила. Показалось?
Оставив проблему на будущее, приподнялась немного. Конечно, я узнала комнату, в которой спала. Судя по всему, мы все еще в королевском замке. Впрочем, неудивительно.
Я помнила свою собственную свадьбу и то, что я, кажется, потеряла сознание. Не думаю, что в таком состоянии мы могли бы куда-то уехать.
– Проснулась?
Я резко обернулась, на секунду зажмуриваясь из-за головокружения.
– Как долго я спала? – спросила, узнавая голос теперь уже мужа. Иллиадар сидел в кресле рядом с кроватью. На его коленях покоилась открытая книга, и весь его вид говорил о том, что он давно уже не спал.
Иллиадар оглянулся в сторону окна, словно в растерянности.
– Больше суток, – сказал он. – Есть хочешь?
Я снова прислушалась к себе, а потом села на кровати, опираясь спиной на подушку. Мельком глянув на себя, убедилась, что я сейчас в ночной рубашке, а не в том балахоне, в котором меня выдавали замуж.
– Не откажусь, – кивнула, непроизвольно облизнув чуть потрескавшиеся губы.
Иллиадар незамедлительно отложил книгу, захлопнув ее и не заложив страницу, будто даже не собирался читать ее дальше. Потом встал, направился в сторону выхода и тихо прикрыл за собой дверь, словно я до сих пор спала. Его не было минуты две.
– Сейчас принесут, – пояснил он, вернувшись и снова садясь на прежнее место.
– Что со мной произошло? – спросила, хмуря брови. Воспоминания заканчивались после поцелуя. Нас вообще успели поженить?
– Монту сказал, что наша связь усилилась из-за брачных уз. Они наложились на уже имеющуюся связь, отчего произошел резкий отток маны от тебя ко мне из-за расширения канала. Я неосознанно потянул магию себе. Её было столь много, что ты могла не выдержать, поэтому потеряла сознание. Монту говорит, что таким способом твой мозг постарался обезопасить себя.
– Все верно, – послышался с другой стороны чуть ленивый и немного раздраженный голос Монту. Я тут же повернулась к нему. Кот лежал на соседней подушке. – Ты соединена с магией широким каналом, и она постепенно накапливается в тебе, пока ее не становится слишком много. Тогда приходит время для слияния  источника и стража. При слиянии избыток магии передается стражу одним импульсом, но при этом магия продолжает понемногу проникать в него по каналу, связывающему вас. Обычно канал расширяется постепенно. Конечно, при бракосочетании источника со стражем канал увеличивается, но не настолько сильно. Все с вами не так и не этак, – Монту раздраженно махнул хвостом, поглядев при этом на него так, словно увидел давнего врага.
– И чем нам это грозит? – спросила осторожно, понимая, что Монту сейчас не в самом хорошем расположении духа. Даже не знаю, что его могло так расстроить. Хотя… Проводники ведь погибают, если умирают источники. Наверное, Монту просто испугался, что я могла погибнуть, перегорев от высокого напряжения магии, как предохранитель, не справившийся со своей задачей из-за большого скачка энергии.
– А вот последствия весьма обнадеживающие, – Монту перевел на меня взгляд, и я могла поклясться, что он улыбнулся! – Из-за расширившегося канала стражу будет уходить больше магии, чем раньше, поэтому периоды, хм, сброса станут реже. Гипотетически.
– То есть не точно? – спросила, стараясь не замечать, что в моем голосе проскользнуло разочарование.
– По крайней мере, так это должно работать, если следовать логике. Но магия может распорядиться иначе. Ничего не изменится, сбросы нужно будет проводить так же часто, зато страж станет однозначно намного сильнее в плане магии. Да и ты тоже. Уверен, что сейчас ты сможешь колдовать более уверенно.
 
Я незаметно выдохнула. А что вы думали? Эти, как их назвал Монту, сбросы доставляют много приятных ощущений. В прошлой жизни с этим всегда были какие-нибудь проблемы. Так что отказываться от такой приятной во всех смыслах процедуры не очень хотелось.
Я опустила голову, только сейчас замечая узор на левой руке.
– Что это? – спросила, рассматривая белоснежный орнамент. Он походил на рисунки, которые делают индийские женщины хной, только у меня он был белоснежным, будто кто-то нарисовал краской. Узор начинался на указательном пальце, образуя кольцо, а потом поднимался по тыльной стороне ладони, расширяясь, и заканчивался красивым браслетом на запястье.
– У меня почти такой же, только рисунок чуть другой.
Я подняла голову и посмотрела на руку Иллиадара. И правда, у него тоже был узор. Но различия имелись. Вроде рисунок очень схожий, только если у меня линии были тонкими и будто бы хрупкими, то у Иллиадара они казались заметно толще, отчего некоторые и вовсе сливались друг с другом.
– Это брачный узор, – снизошел до пояснений Монту. – Он означает, что ваш союз благословила магия. Раньше, когда магии было больше в мире, такие украшения не являлись чем-то удивительным. К тому же считалось, что узор есть у каждого человека, только он невидим и проявляется только тогда, когда человек находит своего идеального партнера.
– То есть, – начала я, поглаживая кончиком пальца одну из веточек на рисунке, – предположим, что в мире полно магии. И вот я в этом мире вышла бы замуж не за Иллиадара, так и не встретив его, а за кого-нибудь другого. Хочешь сказать, что тогда рисунок бы не появился?
– Именно, – фыркнул Монту. – Только ты никак не могла бы выйти замуж за кого-то другого. Ты – источник. Поэтому ты не смогла бы быть ни с кем другим.
В этот момент в дверь постучали, и Иллиадар поспешил за нашим завтраком или обедом. Не знаю точно, сколько сейчас времени. Ели мы молча, быстро и сосредоточенно. Сразу становилось понятно, что не только мне хочется поговорить. Монту в последнее время редко появляется, так что пока есть отличная возможность немного его поспрашивать, нужно поспешить. И что-то подсказывает мне, что он не скажет, куда постоянно смывается и где бродит. Хотя он же вроде как почти кот, а они всегда предпочитают бродить, где пожелают, и делать только то, что им хочется самим.
– Итак, – я вытерла губы небольшим полотенцем, которое лежало на подносе, и приготовилась задавать вопросы. – Давайте поговорим серьезно. Совсем недавно мы подарили этому замку сердце, – я оглянулась по сторонам, только сейчас понимая, что в комнате даже дышать стало свободнее, а еще появилось чувство тепла и уюта.
– Благодаря этому, – Иллиадар тоже закончил завтрак или обед, неважно, и убрал на стол мой и свой подносы, возвращаясь в кресло, – мы узнали, для чего приблизительно мы нужны. Конечно, у нас и раньше были мысли о том, что мы каким-то образом должны вернуть магию в этот мир, но до этого момента толком не понятно было, как именно. Да, вероятно, мы сами сбрасываем излишки, но все равно это должно быть ничтожно мало для целого мира.
– Таких, как мы, называли в далеком прошлом антантами, – подхватила я, стоило Иллиадару замолчать. – Мы те, кто должен поддерживать или же удерживать великое озеро Ильгранде. Иллиадар прав, наших собственных сил было бы слишком мало. Но недавно мы увидели, что сердце замка, присоединенное к магии, тоже способно насыщать мир этой самой магией.
– Получается, что мы должны найти и «оживить» как можно больше таких сердец, – продолжил страж мою мысль.
– Вот только что-то мне подсказывает, что все будет не так просто. Это в Хаосе сердце по какой-то причине выжило. Все-таки Хаос сам по себе нечто вроде энергии, видимо, причина в этом. Иллиадар, а в вашем замке было сердце? У вас же есть замок?