По ту сторону глаз (СИ)

Открыв рот, чтобы что-то сказать и хоть как-то себя оправдать, я поперхнулась дымом сигареты и раскашлялась. Чему я была даже рада, потому что я не придумала, что сказать.
— Просто садись в машину, — снисходительно сказал Алан, выбросив сигарету и открыв для меня дверь с пассажирской стороны.
Кажется, в этот момент я начала понимать причину его благородства. Он просто развлекался. Смеялся надо мной. Над моими глупыми поступками.
Хотя вариант с местью, продуманной и жестокой, отрицать нельзя. «И не прибегай со слезами на глазах, когда Рой трахнет тебя и выкинет». Эти слова неприятным, почти болезненным эхом отозвались в моей голове. Но, в конце концов, я могу себя контролировать, поэтому какой бы план у него ни был, всё остановится ровно тогда, когда этого захочу я.
И у меня всё ещё имелись виды на его машину.
Так что я села на пассажирское сиденье, и позволила Алану закрыть дверцу.
глава восьмая
Я смотрела в горячую черноту, утопая в ней и в собственных мыслях. Их было так много, что я не могла уцепиться ни за одну из них. Это раздражало и заставляло мою голову болеть.
— Ты пытаешься загипнотизировать свой кофе?
Я подняла тяжёлый взгляд на Алана. Вместо того чтобы поехать домой, он привёз меня в небольшое кафе, которое жутко навивало пятидесятыми. Не то чтобы я была против провести с ним время, наоборот, я стала замечать, что тайком кидаю на него взгляды, чтобы в очередной раз запомнить эти хмурые и вечно задумчивые глаза, чуть приоткрытые губы… В общем, проблем у меня становилось только больше. И если я осознавала, почему на это соглашалась, зачем Алан это предлагал — оставалось для меня загадкой.
— А ты пытаешься шутить? — съязвила я в ответ.
Его лишь позабавила моя реакция, и он уже хотел что-то ответить, как его перебил низкий женский голос с нотками патологического раздражения.
— Ваш заказ, — сообщила подошедшая официантка, поставила тарелку с толстым гамбургером на стол и удалилась.
— Уверена, что не хочешь есть? — в очередной раз поинтересовался Алан, с удовольствием приступая к еде.
— После того, что случилось утром? — Меня снова начало мутить. — Нет, спасибо.
— Люди умирают каждый день. Если ты будешь отказываться есть каждый раз, когда это происходит, то… — Алан на секунду остановился, пожав плечами, — ты присоединишься к ним.
Несмотря на циничность прозвучавшего, он был прав. И я не настолько впечатлительная, чтобы отказываться от еды каждый раз, когда кто-то умирает. Но если кто-то умирает едва ли не на твоих глазах, голод это последнее, о чём хочется думать. К тому же это заставило вернуться к мыслям о себе и своей семье. А присутствие Алана и его излишний интерес к Холли не способствовали процессу мышления.
— Окей, ты скажешь, зачем мы здесь? — напрямую спросила я.
— Ну… обычно в кафе едят, — ответил Алан с полной серьёзностью, будто разговаривал с умственно отсталой.
Я фыркнула.
— Знаешь, юмор однозначно не твой конёк.
— А я и не шучу, — сказал он, глядя на гамбургер в своих руках. — Не знаю, как ты, а я пришёл сюда поесть, — он подтвердил свои слова огромным укусом.
Я чувствовала себя идиоткой. Лишней здесь идиоткой. Этот парень издевался надо мной, вёл дружелюбную игру, чтобы потом ударить побольнее. А я была настолько жалкой, что продолжала таять от его взгляда, пока он глумился надо мной.
— Знаешь, я, наверно, пойду, — мой голос неуверенно дрогнул. Если бы я не знала, что в теле красивой блондинки, я бы просто убежала без лишних слов и больше никогда бы не показывалась на глаза парню, который слишком крут, чтобы серьёзно тратить время на загнанную в угол девочку.
— Сиди, — приказал он. Я с ужасом уставилась на него, ожидая увидеть раздражение или злость. Но Алан был спокоен. Собственно, как и всегда.
Он отодвинул пустую тарелку в сторону, поставил локти на стол, переплетая пальцы под подбородком, и наклонился ближе ко мне. Он посмотрел в мои глаза. Настойчиво и крайне внимательно.
 
— У тебя линзы? — спросил он спустя несколько напряжённых секунд.
— Что? Нет. Почему? — его вопрос совершенно сбил меня с толку.
— Твои глаза… они ведь голубые?
— Э-э… да, — подтвердила я, вспомнив своё потрясение, когда впервые увидела в зеркале Холли вместо себя.
— Тогда почему сейчас они почти зелёные?
Это невозможно. Меня бросило в дрожь. Я поспешила отвести взгляд: окно, соседний столик, остатки недопитого кофе… куда угодно, только бы Алан не видел моих глаз.
— Наверно, освещение, — предположила я, пожав плечами, и осторожно посмотрела на него.
Скорее всего, так и было.
Алан продолжал смотреть на меня, замерев как статуя, и на какой-то момент мне показалось, что время остановилось, чему я бы уже не слишком удивилась. Но потом, в самый пик напряжения, он просто щёлкнул по моему носу указательным пальцем и встал из-за стола. Бросив десятидолларовую купюру на стол, он направился к выходу.
Как же меня раздражала его манера выставлять всё так, будто это я навязываюсь и бегаю за ним по пятам. И знаете, что мне сейчас оставалось? Именно. Побежать за ним по пятам.
— Ты отвезёшь меня домой? — спросила я, когда мы подходили к его машине.
Именно в этот момент приглушённо зазвучали гитарные рифы, и Алан достал из переднего кармана джинсов свой мобильник. Посмотрев на экран телефона, он нахмурился, бросив на меня предупреждающий взгляд, и ответил на звонок.
— Слушаю.
Алан открыл дверцу с пассажирской стороны, давая мне понять, что готов меня подвести.
— А ты в курсе, что сейчас я должен быть на уроке? — в его голосе слышалось раздражение. Он сел за руль и хлопнул дверью громче, чем следовало бы. Сердце сжалось в сочувствии к «Челленджеру». — Да… Нет… — Алан кинул на меня быстрый взгляд и повернул ключ зажигания. — Буду через двадцать минут, — сообщил он в трубку и убрал телефон обратно в карман.
Я не знаю, с кем он разговаривал, но судя по тому, как он резко тронулся с места, впечатав меня в спинку сиденья, доволен он этим звонком не был. Я потянулась к ремню безопасности и пристегнула его. Заметив это, Алан покосился на меня и ухмыльнулся уголком губ.
— Не доверяешь мне?
— Я тебя даже не знаю, — вырвалось у меня, и я тут же приложила ладонь ко рту.
— О чём ты говоришь? — с явным негодованием осведомился Алан. Он резко дёрнул руль вправо, поворачивая на перекрёстке.
— Я… имела в виду, что… Мы ведь в последнее время, мягко говоря, не ладим, верно? — Если я правильно поняла Вивьен, раньше всё было иначе. — Я помню тебя другим. А сейчас ты вроде как изменился, — я пожала плечами, радуясь, как убедительно прозвучал мой ответ.
— Ты тоже стала другой, Холли, — проговорил Алан, не сводя глаз с дороги. Мне показалось, что в его низкий голос закралась грусть. Интересно, что было между этими двумя, и почему теперь они друг друга ненавидят?
До моего дома мы доехали в полной тишине, если не считать тихих гитарных переборов из магнитолы. Я использовала это время, чтобы подумать. Снова.
Мне казалось, постепенно всё станет проще. Либо я приду в себя и пойму, что я действительно Холли Саммерс, либо я смирюсь с тем, что я Холли Саммерс, либо ответы на все вопросы свалятся мне на голову. Но всё стало только хуже. Я живу в доме с чужими людьми, я потеряла всех друзей, настроив их против себя, и связалась с врагом. И чем больше я с ним общалась, тем больше он начинал замечать неладное. Но что мне делать? Прятаться всю оставшуюся жизнь или обмануть всех, включая саму себя, и стать умницей и красавицей — которой я никогда не была?
Меня начало тошнить. Это всё слишком сюрреалистично.
Машина остановилась возле моего дома. Родителей наверняка ещё не было, и меня пугала пустота и свободное время, которое теперь у меня было. Я не могла им воспользоваться, потому что была в клетке. Внутри себя я просто металась, как загнанный зверь. А безделье и неопределённость убивали.