Интриги двуликих (СИ)
Мы — единая и нерушимая Империя, управляемая волей народа. Империя с новой Конституцией. Империя, которая больше не допустит диктатуры Сената или канцлера.
В Галактику придут единый закон, единый язык и единое просвещенное правление. Коррупция, поразившая Республику в последние годы, никогда не найдет в ней опоры. Региональные правители расправятся с бюрократией, позволившей движению сепаратистов бесконтрольно развиваться. Централизованное управление вооруженными силами, правоохранительными органами и банковской системой обеспечат торжество закона, рост социальной и экономической жизни во всех мирах Империи.
Нас ждут глобальные преобразований, целью которых является исправление множества ошибок прошлого. Ошибок Руусанской реформы. Как не печально, но пример действий диктатора Палпатина, стремящегося к авторитаризму, показал, что сосредоточение исполнительной власти в руках единоличного правителя эффективно. И мы вынуждены это признать. Так же, мы признаем, что Сенат нуждается в реорганизации. Государство нуждается в более демократических выборах.
Дело, которое мы начинаем, будет трудным, но граждане Империи готовы к трудностям. Благодаря нашим усилиям галактика сменила войну на мир, а анархию на стабильность. Миллиарды живых существ теперь видят перед собой спокойное будущее. Империя продолжит расти, когда планеты от Кольца до диких территорий известного пространств услышат наш призыв.
Граждане Империи должны внести свой вклад. Должны проявить активную жизненную позицию, сознательно подойти к будущим выборам в Ассамблею Империи. Возьмите будущее в свои руки!
Солдаты-клоны, ныне гордо носящие название имперских штурмовиков, взяли на себя опасную работу — защищать нашу Родину от всех врагов. Многие пожертвовали собой ради Империи. Ее граждане обязаны помнить их подвиг.
Мирный Новый порядок торжествует над мрачными тайнами бесчестного ситха. Наша цель четка и ясна. Я поведу Империю к славе, не поддающейся воображению.
Мы прошли испытания и стали сильнее. Мы движемся вперед как один народ: граждане первой Галактической Империи. Вместе мы преодолеем все проблемы. Мы победим!»
На голоэкране снова начал быстро вещать диктор, Бейл выключил звук.
— И все-таки называть ее Императрицей — это было слишком, — морщась, сообщила Падме прослушав выпуск новостей.
— Мы вместе пришли к этому решению, — напомнила Мон Мотма. — В империи много исторических государств и форм правления. Есть президенты, есть короли, герцоги, тот же Мандалор. Но глава над ними должен быть один — Император.
— Помню, помню. Но слух все равно режет.
— Меня больше беспокоит судьба самой Империи. Волнуюсь за него, как за своего ребенка, — пошутил Зар. — Без врага большие объединения торопятся распасться.
— Райо справиться с этим. Справилась с Войной клонов, и с этим разберется, — уверенно заявил Бейл. — Главное, чтоб она не переходила границ.
— Ну, это уже вам, сенаторам ее укрощать, — пожала плечами Падме. — С тремя сотнями человек тебе будет гораздо проще договориться, чем с несколькими тысячами.
— А как успехи с сокращением армии? — вспомнила Мотма.
— Идет с первого дня подписания пакта с Нейтральными системами, — ответила Падме. — Райо начала панически демобилизовать клонов, когда подсчитала расходы на содержание их и орды Мандалора.
— Ты уж приглядывай за ней, — полушутя попросила Мон Мотма.
— В декрете с двумя близнецами это немного сложно, — ответила с той же интонацией Падме.
Райо Чучи (17:5:23)
— Что ж… Война завершилась решительной победой Республики, — развалившись в кресле, сказала панторанка. — Я дала ход реформам государства, законсервировала наиболее боеспособные части в армии клонов стазисе, готовлю почву для войны с хаттами для подержания государства в тонусе до южань-вонгов. В общем, кажется, выполнила все твои пожелания. Я ведь заслуживаю поощрения?
Ханн удивленно уставился на собеседницу, не понимая ее игры.
— Все сделанное тобой не мои пожелания, а результат твоих решений, — после короткой паузы, осторожно ответил мужчина. — Но поощрения ты несомненно достойна.
— Тогда ответь мне на один терзающий меня уже давно вопрос, — отведя взгляд от лица чисса, Чучи с напускным интересом начала разглядывать свой портрет на стене. — Скажи мне, кто ты на самом деле? С кем я связала свою жизнь?
Ханн тяжело вздохнул и отложил изучаемый им голокрон.
— Знал, что от тебя это не скрыть, — нехотя сказал он, и, разведя руками, признался: — Я Император чиссов.
— За дуру меня держишь? — мгновенно спросила Райо, недовольно смерив взглядом собеседника. — Об этом узнала едва ли не раньше чем мы познакомились. Я хочу знать, кто скрывается за этой маской!
Мужчина сощурился, с интересом рассматривая Райо.
— Как ты догадалась? — спросил он.
— Тебе все перечислить? — иронично уточнила Чучи. — Все началось с портретов. Шелтей, Вран, я, — панторанка указала на свое изображение, — всех их писал один художник. Сначала я заподозрила, что у Ретрак имеется любовник слишком синего цвета, но я видела ее мужа, и он подтвердил, что портрет написан им.
— Он ничего не подтверждал, — словно между прочим, вставил Ханн.
— Не прямо, — согласилась Райо. — Но косвенно — да. Потом я начала замечать, что ни разу не видела вместе тебя и Кетанну Талику. Это было странно.
— И как же ты это заметила?
— Вран когда-то дала мне совет, как выявить лицеделов.
— Гм…
— С Кетанной всегда разговаривала Вран в твоем облике. Она вообще довольно часто подменяла тебя. А вместо Талики не редко я видела какого-тодроида. Знаешь, иногда мне казалось, что я схожу с ума.
— Прошу прощения. Так было еще что-то?
— Конечно. Просто куча оговорок, одинаковых фраз, схожий ход мыслей. Перечислять их не хватит и дня.
— Проклятье! — с досадой воскликнул Ханн. — Жить несколько жизней было сложно! Знал же, что проколюсь где-нибудь!
— И так, снова вопрос. Кто ты?
— Ладно, — потерев лицо ладонями, решился мужчина. — Я ши’идо. Астор Дагану.
Райо долго смотрела в бессовестные алые глаза. И, вздохнув, подытожила:
— И все-таки ты считаешь меня дурой…
— Что на этот раз не так?!
— Дети, — лаконично ответила Райо. — Мои прекрасные приемные дочки, Саато и Кайриса. Их отцом несомненно был чисс. А отцом Винтер, дочери Шелтей, был человек. Далее, руки. У Кетанны Талики их четыре, у тебя две. Я же говорила, что Вран рассказала мне способы выявления лицеделов. И еще Бо-Катан…
— Ста-а-анг… — протянул Ханн, оборвав Чучи на середине фразы. — Зачем ты меня пытаешь тогда, если знаешь ответ?
— Хочу, чтоб ты признался, — холодно сказала Райо, сложив ладони в замок на животе.
Несколько секунд они играли в гляделки, сидя друг напротив друга. Потом кресло Ханна опустело. Он просто пропал, а за спиной Чучи прозвучало:
— Ладно, догадливая ты моя. Ты, в самом деле, достойна поощрения, — голос был женским и ласковым, и его обладатель имел четыре руки, которыми ловко начал массировал плечи и голову Райо. — Я Кетанна Талика.
Признавшись, кодру-джи пропала. Руки, только что касавшиеся тела панторанки испарились в мгновение ока. Зато возле портрета на стене появился мужчина, человек.
— И да, я супер-таинственный художник, захомутавший советницу Бейла Органы.
— Я Чхве’нарго’красиро, первый Император чиссов, — признался появившийся у окна чисс, разглядывая панораму вечернего Корусанта.
— И я же Арх’анто’красиро, сын Чхве’нарго’красиро. Второй Император чиссов, — Ханн снова появился в кресле напротив панторанки. — А так же я ХодХа’ран, Киаакс, Ивакс, Фаптус, Куник… А когда до этой галактики доберутся вонги, можешь сказать им, что сама Юн-Харла взяла тебя в жены. Они бегут от страха! Если поверят, конечно. Ну, и еще я у них Юн-Тксиин и Юн-К’аа, если тебе интересно. Но вообще, в последнюю тысячу лет я жил жизнью Астора Дагану. Жить в шкуре ши’идо было интересно. Жаль, что Астор погиб. Зато как я был счастлив, когда на Джабииме погибла Талика! Как же я замучился жить тремя жизнями, не имея возможности бегать по времени!