С 3 (СИ)

С полчаса полюбовался на здание железнодорожного вокзала, побродил вокруг бронзового орла с раскрытыми крыльями, что возвышался на постаменте внутри колоннады. Затем полтора часа на электричке, и я на месте. Все хорошо, да только на дворе уже ночь. 
В этом маленьком городке такси возле вокзала не дежурило. Но мне повезло, я увидел патрульную машину.
Подошел, представился, поговорили о службе, а затем коллеги подвезли меня до гостиницы. 
- Свободен только самый дорогой номер, - произнеся это, администратор за стойкой выжидающе на меня уставилась.
Сперва мест для некомандировочных не было вовсе, но червонец сотворил чудо, и я вселился в номер без звезд по современной мне категории. 
Вот такой вот реализм по-советски – багаж бесплатно, а гостиница только за дополнительную плату.
Наличие собственного санузла порадовало. Остальным постояльцам повезло меньше, для них туалет был общий на этаже. 
Утром, позавтракав в столовой напротив, я отправился искать Дворец Химиков. Как подсказали тетки на остановке общественного транспорта, тот располагался в новой, активно застраиваемой части города.
Первое, что я увидел, когда добрался на автобусе до места – это Доска Почета, которая была установлена аккурат перед дворцом. На одной из фотографий самых достойных жителей города был и Сливко.
Казавшийся еще вчера приемлемым план изобличения маньяка теперь уже оценивался мною как полная хрень. Стало очевидно, что никто не станет проводить обыск у члена КПСС, ударника коммунистического труда и депутата Невинномысского горсовета. Именно об этом гласила надпись под его фотографией. Особенно по требованию какого-то мутного типа.
Но не улетать же мне обратно ни с чем. Так что, отбросив сомнения, я вошел в здание. 
- Сливко Анатолий Емельянович? – спросил я единственного мужчину в зале со стенгазетами на туристическую тематику. 
На вид ему было лет сорок. Выглядел обычно, без какого-то безумия или злости в глазах. 
- Да, это я, - Сливко в ожидании на меня уставился.
- А меня Альбертом зовут, и я к вам с просьбой, - протягивая руку для рукопожатия, сообщил ему я. Ничего, не отсохнет, для дела надо. 
Руку он пожал, но продолжал смотреть на меня вопросительно, даже с некой досадой, типа я ему мешал.
- Вот собираюсь подняться на гору Стрижамент, и пришел спросить у вас совета по поводу маршрута, - улыбаясь, сообщил ему о цели визита. 
Сливко поджал тонкие губы, но согласился.
- Давайте карту, проложу, - со вздохом произнес он.
- А вы со мной сходить не хотите? – спросил я, доставая из внутреннего кармана куртки, купленную еще в Минеральных Водах карту района. 
- Я? – удивился Сливко. – Нет, я не вожу туристов, только участников клуба. 
- Жаль, мне сказали, вы мастер спорта по горному туризму.
- Да, это так, но как я вам уже сказал, я занимаюсь только делами клуба, - вернул он мне улыбку за мастера, после чего склонился с карандашом над моей картой, которую расстелил на столе. 
В момент, когда Сливко прокладывал мне маршрут, в зал вошли несколько подростков мужского пола. 
- Здраствуйте, Анатолий Емельянович, - радостно поздоровались они с маньяком. И столько в их взглядах, направленных на него, было обожания, что даже у меня, человека не особо впечатлительного, свело скулы. Ведь среди них вполне могли быть те, кого он подвергал пыткам, называя те секретными экспериментами. 
Попрощавшись, я вышел в коридор и огляделся. Где-то в этом здании маньяк прятал улики с мест преступлений. Предстояло отыскать его схрон.
Проверить здание полностью, заглядывая по очереди в кабинеты, мне бы никто не позволил. Шел рабочий день и по коридорам сновало полно народу. Да и необходимости в этом не было. Улики должны быть у маньяка под рукой. Значит надо искать где-то здесь, среди помещений, занимаемых клубом.
Начал я осмотр с ближайшего пустовавшего сейчас кабинета, но никаких потайных дверей, ясное дело, не нашел. Разочарованный вернулся и вошел в следующее помещение с большим столом посередине и шкафами вдоль одной из стен. Тоже ничего. Уже собирался уходить, когда наткнулся на дверь со знаком «Не влезай – убьет!». Толкнул ее плечом, но та оказалась заперта.
 
Уже второй раз в этом времени я пожалел, что не умею открывать замки. Надо хоть у Скворцова что ли попросить консультацию. Если, конечно, вернусь. 
Додумывал я это глядя в холодные глаза Сливко. 
- Что вы здесь делаете? - еще контролируя себя, спросил он. 
Мы стоим в дальнем конце кабинета, до коридора далеко, а маньяк перегородил мне путь к выходу.
- Туалет ищу, - улыбнулся я открыто. – Не подскажете, а то я заплутал. 
- Кто ты такой? – его глаза сузились, Сливко сделал по направлению ко мне еще один шаг. 
Похоже интуиция у него, как у зверя. Не зря же он за мной поперся, и видно, что ни капли мне не верит. 
- Турист, - ответил я, готовясь прорываться.
Сливко оказался быстрее. Буквально смял мой блок, впечатал своим весом в стену и стал сдавливать мне шею локтем. 
Поступление воздуха в легкие прекратилось, я начал задыхаться. Охотничий нож, что захватил с собой из дома ради легенды, как назло, лежал сейчас вместе с рюкзаком в гостиничном номере. Так что первым моим порывом было убрать от себя его руку, что меня душила, но все было бесполезно, а силы вместе с кислородом иссякали. Пришлось хватать его за яйца, благо он был не в новомодных джинсах, как я, а в обычных брюках. Выкрутил кисть, и Сливко заверещал. Да так, что эхо прокатилось по всему этажу. 
- Эй, что у вас здесь происходит? – раздались возгласы. 
Я, привалившись к стене, пытался восстановить дыхание, Сливко сложившись в поясе, прижимал ладони к промежности. Вот такая картина предстала перед прибежавшими на крик. И все это усугублялось тем, что никто из нас и слова не мог вымолвить. Я кашлял, а Сливко скулил. 
Народу же набежало немало, в том числе и юные пионеры из туристического клуба.
Прибывшие рассудили по-свойски. Сливко был своим, а я чужаком. Поэтому к маньяку ринулись помогать, а меня затерли в угол и велели не дергаться.
- Милицию вызывай, - услышал я. 
Сливко на это предложение что-то пробубнил невразумительное, мотая головой из стороны в сторону. 
- И фельдшера! - прокричали вдогонку. 
Пока мы всех ждали, а я отходил от последствий удушья, осмотрелся. В кабинете с таинственной дверью, осталось, не считая нас с Сливко, трое. Всех остальных, включая школьников, прогнали. 
Первым из представителей власти прибыл участковый в звании лейтенанта милиции.
- Что здесь произошло?! – строго спросил он. 
- Этот человек на меня напал, - опередил я Сливко. 
- Он вор! – выкатил встречное обвинение маньяк. – Я заметил, что он здесь шастает и пошел узнать, чего ему надо, – продолжил маньяк выстраивать версию. 
- И на всякий случай решил меня задушить, - перебил я его. – Я товарищ лейтенант туалет искал, а этот ваш Сливко напал на меня и попытался в электрощитовую затащить.
- Вы что верите какому-то проходимцу?! – возмутился Сливко, когда участковый и трое мужиков, что меня охраняли уставились на указанную мною дверь. 
- Ваши документы, - подошел ко мне участковый, коренастый мужчина, перешагнувший тридцатилетний рубеж. 
- Товарищ Харламов, немедленно арестуйте его! – затребовал маньяк. 
Пришлось светить ксиву, а то ведь реально загребут. 
- Следователь? – брови лейтенанта поползли вверх. 
Сливко резко умолк и теперь смотрел на меня насторожено. 
- И как вы здесь оказались? – вернул участковый мне удостоверение. С его разрешения я перебрался за стол и устроился на одном из стульев. 
- На самолете прилетел, - правду говорить легко.
Сливко еще больше напрягся. Участковый же не озвучил пункт вылета. Поди Москву напридумывал. 
В это время в кабинет вошли патрульные. Ими оказались те, что довезли меня вчера до гостиницы.
- Здорово, турист, - поприветствовали они меня. Им то я уже успел скормить легенду о восхождении на местную гору.