Бои местного значения
– «Четыреста второй», я «Четыреста первый»! Свяжи эту пару, я атакую бомбера!
– «Фестиваль», это «Папа Джеймс». Вас атакует пара «бандитов», дальность 6, высота 4, пеленг 300, скорость 450.
– Я СНР, цель-3 поражена, расход две ракеты.
– Я КУВ, вас понял. КЗ – пуск с ПУ-5, ПУ-6. СНР – цель-2, наведение автоматическое по угловым координатам и ручное по дальности. ТЗМ на позиции к ПУ-5, 6.
– «Папа Джеймс», я «Синий-5», «Мэйдэй»! Пожар в двигателе! «Синий-6» сбит и катапультировался, «Синий-7» и «Синий-8» сбиты, два очень мощных взрыва! Это зенитные ракеты, повторяю, наблюдал поражение группы двумя зенитными ракетами!
На этот раз СНР наводил обе ракеты в геометрический центр фигуры, неправильной трапеции, образованной четырьмя засветками, парой F-8D и парой А-4С. Особенно не повезло «Крестоносцам».
– «Синий-1», я «Папа Джеймс», срочно расходитесь по высоте и в стороны, быстрее!
– Товарищ капитан 1-го ранга! – обратился к командиру оператор с поста УКВ-связи в центральном посту эсминца «Бесшумный». – Нас глушат, помехи по всему УКВ-диапазону, очень сильные. Потеряна связь со всеми истребителями прикрытия, с «Безбоязненным» и «Величавым» канал связи есть, правда неустойчивый.
Капитан Лесной молча кивнул, глядя на планшетистов, которые, суетясь, стирали отметки только что уничтоженных американских самолетов и рисовали новые, гораздо более многочисленные. Едва ли у них получится уцелеть в этом бою, уже сейчас на планшете было больше 30 вражеских отметок. И хотя классический «звездный» налет у американцев не получится, это было уже очевидно, ракетчики 191-й бригады уже «стерли» шесть американских самолетов из десяти, рвущихся к кораблям на большой высоте, десяток советских истребителей не удержит превосходящие в три раза американские самолеты, которые полукругом заходят на его корабли на малой высоте. Словно подтверждая его мысли, по корпусу «Бесшумного» раздалось громкое стаккато. Вступили в действие 57-миллиметровые зенитные автоматы.
– Я СРЦ, наблюдаю разделение цели-2, цели-4. Цель разделилась на четыре отдельные отметки, предполагаю расхождение группы самолетов по высоте и пеленгу. Целям присвоены номера 21, 22, 41, 42.
– Я СНР, разделение целей подтверждаю, взял на сопровождение цель 21, наведение ручное.
– Я КУВ, вас понял. КЗ, доклад о готовности ПУ!
– Я КЗ, ПУ-1, 2 готовность к старту через 1 минуту. ПУ-3, 4 готовность через 4 минуты. ПУ-5, 6 готовность через 9 минут.
– «Белый-1», «Белый-2», у вас на хвосте пара «Фреско»!
– Я «Триста третий», сбил «Скайхок», второй сбросил подвески!
– «Черный-1», я «Папа Джеймс», отправь свое прикрытие на помощь «Белым», у тебя по курсу «бандитов» нет!
– «Триста первый», у тебя на хвосте пара «Крестов»!
– Проклятье, этот красный увернулся от ракеты!
– «Папа Джеймс», я «Фестиваль». Атакован парой «Флэшлайтов», один связал боем прикрытие, второй заходит на меня, прошу помощи.
– «Темный», я «Папа Джеймс». Можешь отправить одну пару на помощь «Фестивалю»?
– О’кей, «Фестиваль», я «Темный», держись, помощь будет через четыре минуты!
– Я «Фестиваль», «Мэйдэй», «Мэйдэй»!
Пока Як-25М ведомого Хвалькова крутился на виражах с парой «Демонов», не давая тем выскочить из боя на помощь прикрываемому самолету, сам Хвальков, переведя РУДы двигателей РД-5А на максимал, быстро сближался с целью. Прикрываемый американец в это время заложил боевой разворот, пытаясь уйти от внезапно возникшего на его пути «Флэшлайта». Но максимальная скорость у «Скайуорриора» была ниже, чем у Як-25М, а «Кит», сразу после выполнения разворота, не успел разогнаться даже до крейсерской. Подойдя на расстояние дальности огня своих пушек, старший лейтенант Хвальков нажал на гашетку, едва дождавшись, когда толстый и длинный фюзеляж A-3D вползет в прицел, начав стрельбу с 800 метров. Его Як, казалось, застыл в воздухе от мощной отдачи 37-миллиметровых пушек Н-37Л. Первые же три снаряда попали в хвостовую часть американца, повредив автомат ALE-41 выброса дипольных отражателей, тем самым лишив экипаж «Скайуорриора» даже призрачной возможности защититься. Следующая очередь снарядов, весом более 700 граммов каждый, пришлась по центроплану, и тридцатитонная машина начала разваливаться в воздухе. Сбив «Скайуорриор», Хвальков хотел идти на помощь своему ведомому, но внезапный писк СПО в наушниках заставил его заложить противоракетный маневр, боевой разворот с резким снижением, почти до самой земли. Еще в развороте Хвальков, преодолевая перегрузку, прохрипел в ларингофон предупреждение ведомому:
– «Четыреста второй», я «Четыреста первый», бомбера сбил. Выходи из боя со снижением, будь осторожен, к ним подкрепление подошло.
Но его предупреждение запоздало. Ведомый Як-25М успешно крутился на виражах с парой «Демонов». Но когда он попытался оторваться переворотом с пикированием, вторая пара «Демонов», подошедшая к шапочному разбору, выпустила по нему целых четыре ракеты AIM-9B. Три из них сошли с траектории из-за перегрузок, но одна пошла за Яком. Несмотря на то, что ГСН Sidewinder-а с трудом определяла цель на фоне бурного моря, ракета удержалась на правильной траектории до того момента, как сработал по правому двигателю РД-5А неконтактный инфракрасный взрыватель. Получив целый сноп осколков в двигатель и правое крыло, Як перевернулся и камнем воткнулся в море. Ни летчик, ни оператор катапультироваться не смогли, высота была всего 300 метров.
– Ха, я «Темный-2», сбил одного «бандита»!
– «Папа Джеймс», я «Темный». «Синий-1» только что сбит ракетой «Guideline». Совершенно точно, это чертов «летающий телеграфный столб» [13] красных!
– Я СНР, цель 21 поражена, расход две ракеты!
– Я КУВ, вас понял. КЗ – пуск с ПУ-1, ПУ-1. СНР – цель-22, наведение автоматическое по угловым координатам и ручное по дальности. ТЗМ на позиции к ПУ-1, 2.
– Я СРЦ, цели 22, 41, 42 начали резкое снижение. Предполагаемый выход целей за нижнюю границу зоны поражения через 1 минуту. Обнаружены две новые цели, цель номер 5, дальность 40, высота 4, пеленг 120, скорость 700 и цель номер 6, дальность 43, высота 6, пеленг 125, скорость 750.
Обе пары «Демонов», выделенных на прикрытие постановщика помех, уже вошли в зону поражения ЗРК С-75М «Волхов». Правда, они еще не знали об этом факте.
– Я КУВ, вас понял. СНР – смена цели, новая цель-6.
– Я СНР, цель-6 на сопровождении.
– Я «Синий-2», атаковал концевой эсминец красных, наблюдаю три попадания!
– Я «Синий-3», атаковал второй в ордере эсминец красных, наблюдаю два попадания!
– Я «Синий-4», «Мэйдэй», «Мэйдэй», на выходе из атаки поврежден зенитным огнем, самолет теряет топливо.
– Товарищ капитан 1-го ранга! – обратился к командиру оператор с поста УКВ-связи в центральном посту эсминца «Бесшумный». – Помехи прекратились, установлена связь с базой и тремя истребителями прикрытия. С «Величавого» передают, эсминец получил два попадания в корму, потерял ход. Имеет повреждения надстроек от огня авиапушек самолетов противника. С «Безбоязненного» передают, одно попадание в бак, вышли из строя оба РБУ и носовые зенитные автоматы.
– Наши повреждения? – обратился Лесной к старшему офицеру эсминца.
– Прямых попаданий нет, осколками близких разрывов повреждены надстройки и вторая дымовая труба. Зенитным огнем сбит один самолет противника.
– Передать командующему, «Величавый» потерял ход, «Безбоязненный» ограниченно боеспособен. Снижаю скорость и разворачиваюсь для помощи «Величавому».
– Товарищ капитан 1-го ранга! Приказ адмирала: «Скорость не снижать, курс прежний!»
Лесной тоскливо выругался. Нет, в душе он прекрасно понимал мотивы, которые подвигли контр-адмирала Ярошевича на такой приказ, противоречащий традициям русского военно-морского флота, квинтэссенция которых выражалась одной фразой: «сам погибай, но товарища выручай». Адмирал рассчитывал спасти именно их корабли, потому что кораблей радиоразведки, эсминцев проекта 31 на Тихоокеанском флоте больше не было.