Королева магии. Проклятый рассвет

Вокруг говорили на незнакомом языке, довольно певучем и красивом. Сначала я подумала было, что отец снова забыл выключить телек, а потом вспомнила.
Дилан!
Застонав, я закуталась в одеяло и отчаянно взмолилась, чтобы неведомая сила перенесла меня домой. Но чудес не бывает. Дилан популярно это объяснил.
– Эй!
Одеяло кто-то стянул, а передо мной возникло лицо миловидной девушки с каштановыми кудрями и огромными голубыми глазищами. Ничего, кроме «эй!» я не поняла, хотя она говорила что-то еще.
– Она не понимает вас, леди. Это Грейс, она из другого мира.
Чеканя шаг, Эржбет подошла к моей постели и недовольно поджала губы.
– Ты проспала подъем.
– Я ничего не слышала. Вы меня опоили!
Она поморщилась и махнула рукой.
– Не выдумывай. Ты устала, выпила алкоголя и отключилась, как и все девицы, не привыкшие к алкоголю.
Спорить не было смысла, и я закрыла глаза, чтобы хоть ненадолго спастись от яркого солнечного света.
– Твоя главная задача сейчас – выучить язык Магии, наше мироустройство, основные законы и правила. С этим тебе поможет профессор Руб. А это…
Она ткнула пальцем в голубоглазую девицу.
– Пейдж О’рен. Одна из наших лучших воспитанниц. Ты сможешь общаться лишь с ней до тех пор, пока не выучишь язык. И то – всего лишь до сумерек. Это послужит отличным стимулом. И да, Грейс, если ты попытаешься сбежать или нарушишь распорядок академии, я накажу вас обеих. Я не знаю, что ты за человек, но на случай, если в тебе достаточно безрассудства, чтобы навредить тебе – помни об угрозе ни в чем не виноватой сокурснице.
Очень надеюсь, я посмотрела на Эржбет с ненавистью и презрением. Но ее вряд ли можно было пробить на эмоции таким примитивом.
– А теперь прими душ, переоденься и иди на завтрак. Постарайся успеть до девяти часов, потому что с половины десятого начинаются занятия.
Эржбет обернулась к остальным девушкам, с любопытством меня рассматривавших.
– Не нужно проявлять излишнее любопытство. Ступайте на завтрак.
Ванная оказалась в смежной комнате. Две крошечные кабинки не содержали ничего лишнего, только чугунные ванны на массивных бронзовых ножках, стойка для полотенец, скамья, на которой можно переодеться и небольшое витражное окно. Свет, проходящий через разноцветные кусочки стекла, пускал зайчиков на светлые стены. Пожалуй, здесь было даже уютно. Если бы академия в целом не производила гнетущее впечатление.
На стене над скамьей я нашла четыре небольших шкафчика. К каждому был прикреплен золотистый шильдик с именем.
«Грейс Голд» – гласила надпись на крайнем слева.
Дилан передал сюда всю информацию обо мне. Подонок!
В шкафчике я нашла кучу бутыльков – шампунь, мыло, бальзам, масло и все такое. Наполнив ванну, я позволила себе десять минут понежиться в горячей воде. Благо прямо перед глазами висели часы, до девяти оставалось пятнадцать минут.
Когда я вернулась в комнату, замотанная в полотенце, то увидела Пейдж.
– Ты ждешь меня? – спросила я.
– Конечно, ты же не знаешь, где столовая и кабинет профессора Руба. Э ржбет велела мне за тобой приглядывать.
– Следить.
– Называй, как хочешь. Что ты такого сделала, что она так взъелась?
– Не проявила должного энтузиазма при зачислении, полагаю.
– Если так, то держи свои мысли при себе. Я не хочу оказаться в одиночной камере.
– Как Одетта? – вырвалось у меня.
– Одетта? – Пейдж будто удивилась, но тут же снова нацепила скучающую маску. – Да, как Одетта. Постарайся не подставить меня. Сидеть там в темноте, без еды, на привязи – довольно жутко.
– Потрясающее место, – буркнула я.
– На самом деле довольно неплохое, если соблюдать все правила и усердно учиться. Ты правда не хотела здесь учиться? Тогда что ты здесь делаешь?
Сначала я хотела соврать, но потом подумала – а какого черта? Пусть Дилан разбирается со слухами о том, как принц проводит досуг.
– Его высочество привел. Наврал с три короба и сделал предложение, не уточнив, что предлагал он… вот это.
– Ого. Я о таком не слышала. Раньше приема идеальных обычно не выбирают.
 
– Приема?
Пейдж кивнула.
– Ну да. Мы учимся несколько месяцев, а в это время влиятельные лорды, желающие получить идеальную, вносят залог. Все они, а также некоторые влиятельные гости, получают приглашения на прием, где присматриваются к девушкам и выбирают понравившихся. С этих пор каждая идеальная имеет хозяина, и начинается индивидуальное обучение: ее готовят именно для него.
Я тут же ухватилась за соломинку:
– А если девушку никто не выберет?
– Тогда ее отчислят. Поэтому мы все стараемся быть лучшими из лучших.
– Хорошо, а если двое лордов вцепились в одну девушку? Что тогда? Сойдутся в поединке? Эржбет предложит в качестве компенсации проигравшему сразу двоих?
– Это невозможно, – отмахнулась Пейдж. – Есть приоритет выбора. Члены королевской семьи, затем князья, затем другие лорды. К тому же всегда видно, кто уже занят, а кто еще ждет хозяина.
– Отвратительно, – поморщилась я.
Пейдж дождалась, пока я переоденусь в форменное платье, и мы вместе отправились на первый этаж, в столовую. Прежде я никогда в таких не бывала, больше всего столовая напоминала класс с одноместными партами. Несколько десятков одинаковых девушек сидели за небольшими столиками и почти синхронно поглощали омлет.
– Рекомендую все съесть, – посоветовала Пейдж. – Нам нельзя набирать вес, а значит, вечером дадут пару морковок и яблоко.
Два столика в крайнем ряду были свободны, туда мы и сели. Меня поразила царящая в столовой тишина. Неужели такое количество девушек способно удержаться от бурного общения?
– А как… – начала было я, но Пейдж испуганно шикнула.
– Тихо! Во время приемов пищи запрещено разговаривать. Ешь, пожалуйста, молча!
– Потрясающее место, – буркнула я омлету.
Впрочем, недостаток общения быстро и с лихвой компенсировался напряжением от попыток тихо жевать. Никто в столовой не чавкал, не хрустел, не гремел приборами. Когда я уронила вилку, ко мне обратились сразу все взгляды присутствующих, и стало максимально неловко.
Итак, вывод первого урока такой: идеальная любовница должна есть тихо.
Справившись с омлетом, кофе и злаковым батончиком, мы дружно поднялись и отправились на занятия. Что ж, урок второй: идеальная любовница посуду не моет.
– До занятий полчаса. Сначала возьмем в библиотеке все необходимое, а потом отведу тебя к профессору Робу, – сказала Пейдж. – На обед пойдешь сама, должна была запомнить дорогу.
– Ты, похоже, не в восторге, что к тебе прикрепили новенькую, – заметила я.
Пейдж пожала плечами.
– Тебе кажется. Просто у меня много учебы, а я трачу драгоценное время на ерунду. Если успеваемость снизится, шансов на хорошего хозяина будет меньше.
Я поморщилась.
– А можем мы называть… гм… ИХ не хозяевами, а как-то иначе?
– Как?
– Не знаю. Покровителями? Спонсорами? Э-э-э… хахалями?
Впервые за утро Пейдж улыбнулась по-настоящему.
– Никогда не видела воспитанницы, которая так странно относится к самой концепции идеальных.
– То есть здесь все добровольно сдали себя в долгосрочную аренду?
– Конечно! А ты как думала? Иначе академии не позволили бы существовать.
Библиотека располагалась в дальнем крыле, в мансарде. Красивое, очень уютное помещение со странными шкафами, полными книг, журналов, свитков. В тихой части мансарды – везде висели предупреждающие знаки – за столиками сидели девушки и что-то сосредоточенно писали или изучали.
Урок третий: идеальные точно имеют право читать и писать. Прекрасно.
– Мне сложно представить мотивацию девушки идти сюда.
Библиотекаря – ну, или кто тут у них отвечал за книги – не оказалось на месте, так что мы сели на небольшой диванчик и принялись ждать.
– Это очевидно, Грейс. Мы все ищем лучшую жизнь. Да, идеальные не становятся княгинями, женами, официальными спутницами. Всю жизнь живут в тени, но это красивая, сытная и роскошная жизнь. В отличие от девушек легкого поведения у нас один партнер, есть отдельное жилье, мы не думаем о завтрашнем дне.