Сила рода. Том 7 (СИ)

И если недостаток боезапаса я с легкостью мог пережить, то отсутствие еды и воды… удручало.
Как искать в пустыне воду, я не имел ни малейшего понятия, поэтому все, что мне оставалось — выбрать сторону света и идти вперёд, в надежде добраться до людей.
О том, что весь Порог превратился в безжизненную пустыню, я старался не думать.
— Ну что, Михаил, — я посмотрел на свое тусклое отражение. — У тебя два варианта. Или сейчас завалиться спать на остаток ночи и день, и только потом выходить в путь, или идти сейчас.
Отражение скорчило недовольную мину, и я согласно пожал плечами.
— Нет, ты конечно можешь попытаться найти какой-нибудь тайный ход или стелу, или схрон с припасами, или, на худой случай, оазис…
Отражение усмехнулось, а я, немного подумав, добавил.
— Какой-нибудь караван или странствующий маг тоже пойдет.
Зеркало промолчало, а мое отражение вернуло мне укоризненный взгляд.
— И я так думаю, — кивнул я и, бросив прощальный взгляд на зеркало, направился к выходу.
Ночь только начинается, и чем больше я пройду, тем выше мои шансы наткнуться на людей до того, как я начну бредить от жажды.
На север мне идти не хотелось, с запада я ощущал смутную угрозу, а юг в моем представлении ассоциировался с жарой.
Поэтому я пошел на восток.
Благо, несмотря на ночную прохладу и даже холод, я чувствовал себя неплохо.
Мой мундир хорошо справлялся с сохранением тепла, и он же, я надеюсь, защитит меня от дневной жары.
Пока шёл, вспоминал все те легенды и стишки, которые услышал от Медведя, Фреда с Джошем и Ворона.
Удивительно, но в кои-то веки у меня выдалось свободное время, чтобы подумать. И не просто минута, и даже не час, а чуть ли не вечность!
К тому же, размышления о преданиях и якобы скрытом в них предсказании успешно отгоняли мысли о воде.
Странное дело, но я, бывало, целый день обходился без капли воды, а тут, надо же, от одной мысли, что с собой нет ни грамма живительной жидкости, мгновенно пересохло горло.
Впрочем, стоило мне погрузиться в думы о пророчествах, скрытых в детских стишках, как я тут же позабыл про воду.
Чёрной дланью взмахнёт златым мечом,
Братцы будут против, но сила рода за плечом
Будет он в мундире, но без кулона и погон
В двадцать зим по праву вернёт отцовский трон.
Златого меча у меня больше нет, что касается братцев, то тут и вовсе ерунда какая-то.
Может быть, имеются в виду мои ближники? Или моя пятёрка? А может… я не единственный Претендент? Хм…
И чем дольше я об этом думал, тем четче понимал, что угадал.
Пусть у меня в жилах течёт кровь Императора, но я же такой явно не один. А значит… Помимо меня есть неопределенное количество претендентов.
С одной стороны, это удручало — выходило, что я не исключительный и неповторимый, с другой — вдохновляло.
Вдруг получится найти кого-то из «братцев» и узнать, где вообще находится этот трон, а также кто его забрал или занял. Ведь нужно же знать… «у кого» его нужно вернуть.
Что до двадцати зим — тут тоже не все ясно. Двадцать изначальных лет или фактических?
Впрочем, здесь я допускал мысль, что неизвестный стихоплет пошел на поводу рифмы и ритмики.
Следующим на очереди шло стихотворение, услышанное от Ворона:
Плащ вручит учёный,
Меч возьмёт у врага.
Перстень подарит враг пленённый,
Корону хранит курган.
Ну а свои доспехи…
Доспехи Он сделает сам!
Помнится, я уже спрашивал у перевертыша, куда подевался щит, наручи, поножи и прочие комплектующие полного доспеха.
Вспомнив про наручи, я вытащил их из Инвентаря, как я решил называть свой Пространственный карман, и внимательно осмотрел.
Если жемчужная комната — эдакий порог перед хе-хе Порогом — не поглотила их, что это значит?
Покрутив их в руках, я убрал наручи на место и решил, что все дело в том, что в них нет ни капли магии — раз, и что им повезло оказаться в основном Инвентаре — два.
 
Разобравшись с артефактом, я усилием воли вернул мысль к стишку.
Плащ вручит учёный
Кто это будет — Инженер, маг, демонолог, алхимик? Да и зачем мне плащ? Хотя… вот как раз сейчас он бы мне пригодился…
Меч возьмёт у врага.
Ну, тут все просто. Осталось только найти какого-нибудь врага, победить его и забрать его клинок. Хотя… мне, в общем-то, плевать на все эти уникальные и необычные мечи.
Рив учила меня на совесть, и самое главное, что я понял — я сам по себе оружие. Неважно, что будет у меня в руке — меч, нож или даже консервная банка.
Но, в то же самое время, будет глупо отказываться от какого-нибудь стоящего клинка, типа зачарованного меча Оута.
Перстень подарит враг пленённый
Это почти то же самое, что меч заберет у врага, бла-бла-бла. Да и потом, я, вроде как, не собираюсь брать кого-то в плен — лишняя морока.
Корону хранит курган
А вот здесь поинтересней. Вот только… что-то я сомневаюсь, что за столько лет этот неведомый курган так и остался целым и невредимым.
Ну а свои доспехи…
Доспехи Он сделает сам!
Ну а с этими строчками я был абсолютно согласен.
По идее, я, при желании, мог прямо сейчас переоборудовать УГ в обычный доспех, но… это будет глупо.
Уж лучше я побыстрей доберусь до людей, ассимилируюсь в местном обществе и найду стелу.
Ну а стела, надеюсь, подскажет, где искать Рив и всё остальное.
— Будьте добры, подскажите, где занимать очередь в Императоры, — пробормотал я себе под нос и усмехнулся.
В памяти всплыли стихи, рассказанные Славиком, но я их даже вспоминать не стал — там и так все понятно.
Слава построит армию конструктов и в лучших традициях голливудских фильмов придет мне на помощь в самый ответственный момент.
Если, конечно, наш гений роботехники удержится от… дворянской вендетты.
Ну а на детских стишочках юного Императора или его наследника я решил и вовсе не заострять внимания.
Чем мне сейчас помогут имена его ближников? Да ничем.
Единственная полезная информация — это финальные строки. Вся честная компания отправилась за Диадемой. Вопрос только — куда. Сюда, на Порог? Или в другой мир? И если в другой, то в какой?
Так я и шёл до самого утра, пытаясь понять, что мне делать дальше и есть ли в услышанных мной стишках какие-нибудь подсказки.
Ну а когда солнце начало припекать, остановился у подножья самого высокого бархана и, как смог, выкопал песчаную яму.
Затем призвал УГ, залез в него и с усилием встал на четвереньки над ямой. Вылез из УГа, а сам снял мундир и переоделся в комбинезон пилота.
Он, в отличие от мундира, давал защиту от жары, поскольку УГи частенько перегревались.
Снятый мундир разложил сверху на УГе и надежно его закрепил.
Ну а сам залез в импровизированное укрытие.
Пожалуй, этот день был самым долгим в моей жизни.
Было жарко, душно, песок проникал везде, где только можно, и дико хотелось пить.
Ну а я лежал и честно пытался уснуть.
Периодически у меня получалось, и я проваливался в тревожную дрему, где видел обрывки то ли снов, то ли кошмаров, то ли, вообще, игру воспаленного воображения.
Видел Алексея Александровича — своего школьного учителя по литературе, который стоял перед огромной стелой…
Видел нашего ОБЖешника с физруком, которые… сражались с огромным скелетом…
Видел какого-то паренька, сражающегося с огромным демоном…
Видел лысого монаха в шаолиньских одеяниях, который сидел под ледяным водопадом и время от времени мне подмигивал…
Видел хромого археолога, вооруженного двумя клинками, у которого вместо глаза сиял ярко-красный рубин…
Видел здоровенный УГ, похожий на космодесантника, который стоял на каменном мосту посреди озера лавы.