Порочные узы: Хочу двоих! (СИ)
Думая о том, через что проходил Динарис пока рос, что пережил Арис, девять лет истязаемый в темнице падших, и как это время жил Дин, больше всего на свете хотелось, чтобы Регас провалился на самое дно преисподней! Почему существа подобные ему, напоминающие змей, ускользают от расплаты за свои действия?!
В этот момент чувствовала сожаление, что не знаю как призвать хаос. Я бы отдала собственную жизнь за спасение своих мужчин и ребенка. Готова была на любые муки, уготованные мне впереди, если бы знала, что Регас поплатится за свои действия.
— Не спеши, — послышалось за спиной, и я напряглась.
Слова Кейдо прозвучали так, будто он слышал мои мысли и знал о желаниях.
— Что? — но ответа так и не последовало.
“Возможно мне просто показалось?”
Рассказывая Дину о своем предложении, правитель Асгорда безумно улыбался, а его глаза искрились весельем, как будто сейчас этот монстр не собирался убить собственных сыновей. Это напоминало помешательство. Иначе его действия было сложно назвать.
— Арис, Дин! Не надо! — всхлипнула я, смотря то на одного мужчину, то на другого. — Прошу, не соглашайтесь! Даже не думайте!
Самое страшное, что я видела решимость в их взглядах. И понимала, они готовы согласиться, готовы пойти на что угодно, лишь бы спасти меня и нашего ребенка. Вот только свободы мне все равно не видать.
— Он лжет! — выкрикнула я, не в силах больше терпеть в момент, когда Регас подошел к части, что своими жизнями аматаны выкупят мою. — Он собирается сделать то же самое с нашим ребенком!
— Заткнись! — зашипел правитель. — Кейдо, закрой ей рот!
Шрамированный, удерживающий меня за руки, усмехнулся, но ничего не предпринял, и я вновь закричала.
— Трус! Ублюдок! Кретин! Для тебя нет ничего святого! — чувствуя, как злость смешивается с отчаянием, рычала я.
— Малика, успокойся! — послышался голос Ариса. — Не беси его!
— А какой смысл?! Вы пойдете ему навстречу, но он все равно не позволит жить нашему ребенку! Точнее позволит, до вашего возраста! Ему уготована судьба Дина. Вы понимаете?!
— Дьявол! Я сказал, заткни ее! — взревел Регас, краснея от злости.
— Не могу, руки заняты, — хмыкнул Кейдо.
Даже дураку было понятно, что шрамированный просто забавлялся от нашей ситуации и реакции Регаса на мои слова.
— Ты издеваешься надо мной? — зашипел правитель.
— Просто шутка, — в голосе стража послышалась улыбка. — Малика, будь так любезна, помолчи немного, пока мужчины разговаривают.
— Размечтался! — зашипела я, дергаясь в руках своего пленителя.
— Кейдо, если навредишь ей… — рыкнул Дин.
— И что же ты мне сделаешь? Кажется, мы уже видели, на что вы двое способны, или я ошибаюсь? Расслабь булки, парень. Я не настроен вредить беременной девчонке. Это подло даже для меня.
На удивление слова Кейдо убедили моих мужчин. Не знаю, что они увидели в его взгляде, но почему-то немного расслабились.
— Ваше величество, время, — позвал он Регаса, и правитель потер руки.
— Ну так что? Арис, Дин? Жизнь девчокни зависит от вас.
Мужчины молчали, переглядывались между собой, они бросали на меня тяжелые взгляды. На красивых лицах обоих аматанов играли желваки, а сжатые губы говорили об их напряжении.
— Нет, не надо! Пожалуйста! — всхлипывала я, мотая головой. — Прошу! Я люблю вас! Не делайте этого.
— Тихо, Малика, нет смысла плакать, — горько улыбнулся Дин. — Все будет хорошо.
— Малика, найди Ноана, он поможет! — кивнул Арис и, уверенно подняв голову, гордо взглянул на отца. — Мы согласны, если ты отпустишь девушку! Сейчас же!
— Не-не-не! Сейчас не могу! Думаете я так глуп? Вы мгновенно выйдете из-под контроля, — усмехнулся Регас. — Так что, увидите с другой стороны, когда она уйдет.
Еще один взгляд на Кейдо, что меня весьма озадачило, и мужчины кивнули.
— Делай, что собирался.
Дин
— Нет! Нет! — вырываясь из рук шрамированного, кричала Малика. — Не смейте! Я вам этого не прощу! Слышите?!
Слезы нескончаемыми потоками текли по ее светлой коже, отражаясь ранами на моем сердце.
Лишь богам известно, как сильно мне хотелось стереть печаль с ее лица, как хотелось обнять свою девочку, вот только более мне это было недоступно. Решение уже принято.
Я не мог понять, почему доверился Кейдо, но внутренний голос твердил — он не позволит Регасу нарушить обещание, а значит у Малики и нашего ребенка появится шанс на жизнь. Ноан сможет о них позаботиться. Но сама мысль, что я не увижу рождения своего малыша, не увижу как он растет, сводила с ума.
Надеялся, что у нас впереди много времени… Если б только я знал…
— Малика, не смотри, — прошептал я, прося богов, чтобы она послушалась.
Лишь от одной мысли, что всю жизнь она будет помнить этот момент страдала душа. Я молился, чтобы она смогла жить дальше.
— Дин! Арис! Прошу! Не надо! — дрожащими губами произнесла девушка.
— Они сделали свой выбор, — послышался шепот шрамированного у самого уха нашей истинной.
— Отлично! Не будем терять времени! — мгновенно оживился Регас, потирая руки. — Кейдо, цепи!
Стоило прозвучать этим словам, и с громким звоном оковы упали к нашим ногам, лишь браслеты, блокирующие магию, все еще остались на запястьях.
— Идите в центр пентаграммы, — вновь раздалось требование.
От нетерпения правитель Асгорда нервно озирался по сторонам, не в силах скрыть безумную улыбку.
— Ты будешь гореть в аду! — рыкнул Арис, сплевывая под ноги отцу.
— Не раньше, чем это случится с тобой! Демонам там самое место! — усмехнулся Регас.
— Еще вопрос, кто из нас больший демон! — скрипнул зубами аматан, направляясь в указанное место.
Я старался не смотреть на Малику. Лишь ее крики и мольбы не давали отстраниться от суровой реальности.
Оценивая свое положение, прекрасно понимал, что даже Динарису не справиться с Кейдо, и пока этот тип выполняет приказы Регаса, выход остается лишь один. Судя по всему Арис считал также…
Хотя…
Шаг за шагом мы приближались к пентаграмме, которая должна была стать апогеем нашей жизни.
Крики Малики становились все громче, мольбы переходили в угрозы и проклятия. Она разрывала мне сердце и терзала душу.
Не видя иного выхода, тяжело вздохнул и перешагнул первую руну пентаграммы, принимая самое рискованное решение в своей жизни.
Услышав мои мысли, Арис удивленно распахнул глаза, а его зрачки на мгновение прояснились. Потребовалось несколько секунд, прежде чем он согласно кивнул.
Не в силах удержаться, я взглянул на Малику, не зная, увижу ли ее еще хоть раз. Девушка, уставшая от собственных криков, обмякла в руках Кейдо, лишь текущие слезы говорили о ее боли.
— Да сколько можно медлить? — фыркнул Регас. — Время идет! Да и терпение у меня не резиновое! Кейдо, покажи этим двум, что будет с девчонкой, если они передумают!
— Не надо! — рыкнул Арис, делая последний шаг ко мне и поднимая руку, указал на свои оковы. — Хочешь увидеть Динариса — убери браслеты. Они мешают!
— Разве обоюдного желания недостаточно? — чертыхнулся правитель, оборачиваясь к шрамированному.
— А мне почем знать? Я с этой магией не сталкивался, — пожал он плечами. — Но если подумать, они правы.
— Хорошо! Но без глупостей! Выкинете какой-нибудь номер и девчонка — покойник! Ясно?! — выцветшие глаза правителя нервно поглядывали то на меня, то на Ариса. Очевидно, что ему не нравилась перспектива вернуть нам магию. — Сними браслеты, — скомандовал Регас, и Кейдо щелкнул пальцами, освобождая наши руки от оков.
Коснувшись запястья, на котором проступила кровь, с ненавистью взглянул на того, кого считал своим отцом.
“Стоит попробовать! Это отродье должно сгореть в аду, даже если мы отправимся следом!”
— Давай! — в одно мгновение вместо ногтей у Ариса образовались когти на правой руке. Быстро полоснув свою ладонь, он протянул ее мне.