Обещания (ЛП)

Он покачал головой.
— Нет. Она… черт, это нелегко сказать.
— Скажи мне, Стерлинг. Ты же обещал.
Он обещал быть со мной, когда я узнаю хорошее или плохое.
— Она очень хотела тебя. И до сих пор любит. Она совсем не похожа на Полин. Ее поведение было таким… — он, казалось, взвешивал слова: — …уважительным и сомневающимся. Она рассказала, что после родов ей передали мертвого ребенка, темноволосого. Она держала его, думая, что это ты.
О, Боже.
Слезы жгли мне глаза.
— Как это возможно?
Он ухмыльнулся.
— У нее был такой же вопрос. Как могло случиться, что мертвый младенец, которого она держала и похоронила, теперь жив?
Мой желудок скрутило.
— Может быть… может быть, ты ошибаешься. Может быть, я не Арания. — Паника клокотала в моем животе. — Боже. А что, если ты ошибаешься?
— Ты видела ее — Аннабель, — сказал он. — Что ты думаешь?
— Я … я не знаю, что и думать. Наш цвет волос похож.
— Ее первый вопрос был КАК, а не ЕСЛИ ты та, за кого я тебя принимаю. Она сказала, что когда ваши глаза встретились в зеркале уборной клуба, она все поняла. В глубине души она это знала.
Я встала, прошлась к столу и обратно, заламывая руки, вспоминая ту ночь.
— Она меня напугала. То, как она смотрела на меня. — Я вспомнила, как она схватила меня за запястье. — Она спросила меня о браслете.
Стерлинг снова кивнул.
— У вас даже манеры схожи.
— Да? — спросила я, не уверенная, что смогу открыть свое сердце другой матери.
— Есть ли доказательства твоего происхождения?
— Я имею в виду, ты казался очень уверенным, но она говорит, что видела, как я умерла.
— Она сказала, что видела тебя мертвой. Это не одно и то же, но тогда я об этом не подумал.
Он указал на салат.
— Садись и ешь.
Я сделала неуверенный шаг к столу, но не села.
— Есть доказательство, — ответил Стерлинг. — Митохондриальная ДНК. Она передается только от матери к ее детям.
Слезы, которые только что угрожали, теперь наполнили мои глаза.
— Она не отдала меня Джози? Тогда как же я туда попала?
Стерлинг взял меня за руку и притянул ближе, пока я не упала к нему на колени.
— Солнышко, мы собираемся это выяснить.
Я кивнула, когда снова потекли слезы, а дыхание стало прерывистым.
— Она хотела меня?
Его руки обхватили меня, прижимая ближе к твердой груди.
— Она хотела бы снова познакомиться.
— Ч-что ты ей сказал?
— Я сказал ей, что решение за тобой.
Мои виски пульсировали, я прислонилась к нему, его сердце билось в моем ухе, когда я плакала. Этого было слишком много. Месяц назад я и вообразить не могла, что мне представится возможность встретиться с родной матерью или защитить своего парня перед друзьями или агентом ФБР.
Кто мог себе такое представить?
Встреча с Полин МакФадден была моим худшим кошмаром — еще один отказ. Я ожидала того же от Аннабель. Теперь, когда она отреагировала по — другому, я была слишком сбита с толку, чтобы принять решение.
— Ш-ш-ш, — Стерлинг успокаивал. — У меня есть ее номер. Ты можешь позвонить…
Я покачала головой.
— Не сегодня. Это уже слишком.
— Я понимаю. — Его грудь поднялась и опустилась с глубоким вздохом. — В этом мире, чтобы судья Ландерс пришла к моей матери и попросила ее о помощи, а затем пришла ко мне в офис… это требует силы духа.
— Твоей матери?
— Не спрашивай.
— Я ей не нравлюсь.
— Ей не нравится, что ты можешь разрушить ее идеальный хрустальный мир.
— У меня нет никакой информации.
Стерлинг потянулся к моему подбородку и подушечкой большого пальца вытер слезы с моих щек.
— Дело не в моей матери. Это касается тебя. Если ты не позвонишь судье Ландерс, то позвоню я. После ее сегодняшней демонстрации храбрости, она заслужила это.
Я снова кивнула, чувствуя вновь обретенное уважение Стерлинга к женщине, которая дала мне жизнь.
— Окей. Скажи ей, что я подумываю об этом.
Он поцеловал меня в лоб.
— Позвоню. Мне нужно попасть на встречу.
Он посмотрел на недоеденный салат.
— Когда поешь, иди домой… — Он глубоко вздохнул и перефразировал: — Ты не могла бы попросить Патрика отвезти тебя домой после еды? Нас ждет яхта, одна с пустой палубой, где завтра я планирую увидеть тебя голой на солнце.
 
Я улыбнулась.
Он сказал «бы».
Мои щеки вспыхнули.
— Мистер Спарроу, тот, кто сказал, что старые собаки не могут научиться новым трюкам, никогда не встречался с вами.
Его палец коснулся моего носа.
— Я не старый.
Нет, не старый.
— Но ты учишься новым трюкам.
Он помог мне подняться и тоже встал.
— У меня есть еще несколько трюков, которым я научу тебя после того, как мы закончим наше сегодняшнее обсуждение твоего непослушания.
Мои брови поползли вверх.
— Обсуждение, это звучит разумно.
Он подмигнул, когда направился в сторону двери.
— Солнышко, наслаждайся возможностью сидеть до конца дня.
Это не должно было заставить мои внутренности скрутить, но заставило.
Глава 7
Ребекка/Джози
26 лет назад.
— Что ты сказал? — спросила я, глядя на мужа.
Он разбудил меня, когда пришел домой рано утром, встревоженный и нервный, чтобы сообщить мне свои новости.
Стараясь унять дрожь в руках, я поняла, что его тревога заразительна.
— Бекки, я не знаю, как это сказать… кроме как просто сказать. Он сделал мне предложение. Я не уверен, что есть вариант Б.
Я встала, осторожно отошла от кухонного стола, за которым сидела, и подошла к плите. Подняв чайник, я встряхнула его, подтверждая отсутствие содержимого. Пока я двигалась, Нил продолжал смотреть в мою сторону, ожидая ответа. У меня не было ответа. Мне было трудно понять его утверждение.
Разве утверждение вообще нуждается в ответе?
Голова мужа была опущена в знак поражения, он прислонился к стойке, скрестив руки на груди. Налив воды в чайник, я поставила его обратно на плиту. Повернув ручку, я подождала, пока лампочка зажжет горелку. Сначала та зашипела, а потом вспыхнула синим пламенем и ожила. Я отрегулировала температуру.
— Ты собираешься что-нибудь сказать? — спросил Нил.
— Не хочешь чашку чая?
— Бекки.
Усевшись обратно на жесткий деревянный стул, я покачала головой.
— Я… я не знаю, что сказать. — Я посмотрела на него, когда он посмотрел на меня из-под нахмуренных бровей. — Могу я спросить, что произошло и как это произошло?
— Ты же знаешь, что я не могу ответить на этот вопрос.
— Это из-за твоего брата?
Нил сжал губы в прямую линию и пожал плечами.
— Это еще не все?
— Почему мы?
Нил пожал плечами.
— Он знает, что может доверять мне, нам. Я у него в долгу. Он знает, что я никогда не выберусь из долгов. Если мы сделаем это, будем свободны.
— Свободны? Как мы можем быть свободны, если он все еще следит за нами?
Нил не ответил. С растущим разочарованием я спросила:
— Чей это ребенок?
— Нам не положено знать.
— Как мы его получим? Неужели он думает, что мы похитим этого ребенка?
— Нет, он все устроил. Это наш шанс создать семью.
Мой желудок скрутило в равной степени от ужаса и предвкушения, эмоции начали нарастать.
— Проклятие. Это несправедливо. Ты же знаешь, я уже много лет пытаюсь забеременеть.
Нил вышел вперед, опустился на колени возле моего кресла и положил руку на мое прикрытое халатом колено.
— Я знаю это, Бекс. Конечно, знаю. Я был тем, кто беспомощно наблюдал, как ты плачешь каждый раз, когда у тебя начинаются месячные. Вот наш ответ. Думай об этом как о подарке.
 
Моя шея выпрямилась.
— Аллистер Спарроу — не бог. Дети появляются от Бога, а не от такого человека, как он.
Губы Нила попытались улыбнуться.
— Разве не ты утверждаешь, что пути Господни неисповедимы?