Некромантка с прицепом, или Истинная с того света (СИ)
Испуганно отпрянув, я нахмурилась, процедив:
— Ладно. Лицо чесать не стану.
Некромантка вздохнула с облегчением, рассматривая, как мне показалось, мою правую щёку, а я не стала терять напрасно время. Стянула перчатку и переключилась на свербящую руку.
— Грешный суслик, да ты вся в красных пятнах!
Ой! Ну, так и есть. Меня словно взвод комаров покусал, особо не прицеливаясь. На бледно-серой коже красные пятна всех форм и размеров выглядели небрежными кляксами — неестественно и некрасиво.
— Может, аллергия? — с опаской взглянув на Лену, я выдвинула самое разумное предположение.
— У зомбы?
И вот незачем на меня смотреть, как на безумную. Я, может, мёртвая, но не сумасшедшая:
— А что такого? Ты говорила, что я и разговаривать не должна. — хотела высказать всё с чувством, с тактом, с расстановкой, а вышло обиженное ворчание.
— Ты права. Прости. — кивнула растерянная девушка. — Можешь повернуться и снять вторую перчатку?
Я не ответила, но просьбу выполнила. Всё-таки моё здоровье на кону. Это в моих интересах.
— А тут ничего. — задумчиво протянула я, взмахнув второй перчаткой. На бледно-серой, сухой и местами потрескавшейся коже не было ни единого пятнышка.
— Странная аллергия. — бережно повернув мою голову набок, Лена оттянула толстовку, заглянув под неё. — Шея и спина тоже чистые. Давай живот посмотрим?
Медосмотр завершился через полчаса, а вот моя чесотка — нет. Я пыталась не трогать лицо и руку, но это, казалось, было выше моих сил. Да я даже не могла ни о чём думать!
— Это не зелье. — подвела итог некромантишка. — Оно бы не дало реакцию так выборочно и точечно. Здесь что-то другое.
— Шляпа и перчатки из токсичных материалов? — кое-как сконцентрировавшись на разговоре, я сцепила руки в замок, сжав их коленями.
Фу, Крис! Нельзя себя чесать! Нельзя себя уродовать ещё больше! Давай же, соберись. Нужно просто отвлечься. Просто отвлечься…
— А одну перчатку из пары изготовили из качественных материалов? — фыркнула недоучка. — Вряд ли. Будем разбираться. Сейчас возьму у тебя плазму и наведаюсь в лабораторию. Да и к зельеварам загляну. Есть у нас здесь спецкурс. — хохотнув, Лена поспешила заверить: — Они нормальные. Отличники. Не переживай. Наверняка у них найдется что-то от зуда. А проблемы, я надеюсь, решит точный анализ плазмы. Разобьём её на составляющие и будем разбираться. Грешный суслик! — воскликнула девушка. — Вот я идиотка! Нужно было у тебя сразу взять образец, чтобы знать исходные данные. Ладно, прорвёмся.
Э-э-э-э, нет, я была права — некромантка самая настоящая двоечница. Экспериментатор хренов!
А может… Не может! Определённо стоит сделать поблажку — скидку на то, что не каждую ночь из могилы такая очаровательная и умная зомба вылезает. Вот она и в шоке. Растерялась от моего обаяния и шарма.
— Делай уже, что должна. — простонала я.
Я, безусловно, не любитель уколов и сдачи анализов, ну а куда деваться? Сидеть и почухивать личико с рукой, пока кровь… Тьфу ты, плазма! Чесаться, пока плазма не потечёт? Потерплю.
Пока Лена колдовала со всякими пробирками и флакончиками, я размышляла о том, насколько скоропостижными были мои обещания. Оказывается, быть порядочным и нормальным зомби очень непростая задача. Головой не верти, глаза не пучь, не гримасничай и не дёргайся, когда к тебе иномирные ректоры клешни волосатые тянут… Подозреваю, ничего у меня не получится. Плакал диплом Ленки.
Ой! Ой-ой! Ой-ой-ой!
— Ленка, — ошеломлённо воскликнула я, хлопнув себя по лбу, — Ректор! Ректор же ваш ко мне руки свои тянул! Как раз к лицу и за руку поймал, когда мы уходили. За эту! — победоносно подытожила я, потрясая в воздухе пятнистой конечностью.
— Ай?
— Бабай!
— Да нет, — хохотнула некромантка, — Айрис, в смысле? Это я его так называю — Ай.
Подозрительно прищурившись, я упёрла руки в бока, перед этим всё-таки почесав щеку:
— А зачем? Что ты делаешь с тонами освободившегося времени, что недоговариваешь его полное имя? И у вас, что, два ректора?
— Зомби из могил поднимаю. — подмигнув, отозвалась девушка. — Один ректор. Это я что-то туплю. Спать хочется, а ещё столько дел…
Я не прониклась ни каплей жалости к живому человеку. Какой может быть сон, когда я чешусь и чешусь, ещё и непонятно отчего?
— У тебя аллергии ни на что не было?
— Э-э-э-э… На некромантов, в смысле?
— На шерсть. Кошечки, собачки, хомячки?
— Нет. Вроде бы. Только мы же, того, не контактировали с кошечками и собачками. Или где-то здесь гуляет невидимый хомяк? — заторможено высказалась я, вновь убрав руки от лица подальше.
— Ну, знаешь ли, аллергия на шерсть может и на волчью быть. Ректор у нас не некромант. Он оборотень. Альфа Степных волков. Сама видела, как народ реагирует на некромантов. Император не мог посадить в ректорское кресло Тёмного — народ бы проблем подкинул с протестами, мятежами и восстаниями. А кандидатура оборотня всех устроила, и люд поубавил пыл.
Я несколько раз моргнула, прежде чем ухмыльнуться:
— Император?
— Император. Правитель Дориона. Он дракон, кстати. Миллиусом зовут. Для меня Милли. — с тёплой улыбкой поведала девушка.
— Женат? — выпалила я, заинтересованно подавшись вперёд, чем огорошила некромантку до сведённых на переносице бровей.
…и тишина.
Вспоминает, что ли? Или жён его считает в уме?
— Женат, Кристина. Грешный суслик, вот это ты даёшь! — в конце концов, она рассмеялась, медленно поднявшись на ноги. — Пожалуйста, пока я буду решать наши проблемки, не выходи никуда из комнаты. Мы лучше завтра нормально прогуляемся. Идёт?
Я кивнула, с удивлением отметив, что информация о статусе Императора этого мира меня нисколько не огорчила. Странно ведь. Император же покруче лича и оборотня будет. Или нет?
Глава 3
Осмотр комнат показал, что где-то меня дурят.
Да, наверное, это не совсем прилично и нормально шерстить по полкам, комнатам и шкафам, в отсутствие хозяина или хозяйки, но я в своё оправдание могу сказать следующее…Вот, блин, склероз подкрался, что ли? Только что же такое хорошее оправдание себе придумала, и на те — забыла уже.
Ну, пусть будет, от скуки и во благо своей коже. Нужно же было чем-то заниматься, чтоб отвлечься и дождаться Лену, как и было мной обещано — в комнате, а не за её пределами?
Хмурясь, я вернулась в гостиную, как окрестила самую большую проходную комнату, что включала в себя ещё и кухню, и медленно опустилась на диван.
Не нравится мне всё это. Некромантка сказала, что комната её. Но здесь не было вообще никаких личных вещей. В уютной, пусть и маленькой, ванной не было средств гигиены. Если не считать бруска ароматного мыла в незатейливой железной подставке. Ни полотенец, ни зубной щётки, ни шампуня — ничегошеньки.
Даже если допустить, что это всё в чемоданах, на которые я с сомнением поглядывала, то остаётся ещё много чего. В спальне не было постельного. Матрас сложен в изножье упитанным рулоном. На стуле у окошка лежали подушки и одеяло. Без наволочек и пододеяльника. Шкафы пусты. Ни фоторамок, ни сувениров, ни хоть какой-нибудь косметики. Одни книжные полки с книгами. Остальное… Необжитое и пустое.
Воспитание и совесть проигрывали в неравной борьбе любопытству и подозрительности.
Встав с дивана, я медленно пошла к чемоданам, оставленным у закрытой двери Леной. Один из них — чёрный в золотой горошек, был не до конца застёгнут. Кажется, именно из него некромантка брала приспособления для моего плазмопролития. Колбочку или вакутейнер точно отсюда. Вон, их ещё штук пять лежит сверху. Что-то ещё под ними…
Щелчок. Дверь распахнулась, заставив меня, слава богу, застыть, а не пуститься наутёк.
— Лена? — позвал мужской голос из-за открытой двери.
Я замерла, тараща глаза на дверь, что чуть было не прилетела мне в голову, остановившись в сантиметре от моего любопытного носа. Могла бы дышать — выдохнула бы.