Второй шанс (СИ)

— Самое простое. Даст ему перквизитор пустой жадр, а тот ему вместо него вернет заполненный. Снабдить его ими, а там только и останется, что подменять. Ну и Лера, если понадобится, его внимание отвлечет.
— Давайте я тоже с ними пойду, — предложила Ирма. — Мне так или иначе все время рядом с Лерой нужно быть. А заодно и помогу при необходимости. На колени ему якобы невзначай присяду. Ну или покажу чего. Если мой Славик не будет против.
Ирма — девушка бедовая, она точно поможет. Ей ничего не стоит и грудь ненароком продемонстрировать в нужный момент. Проф в ответ на наши взгляды мрачно сказал.
— На колени наверняка будет лишним.
Ирма звонко чмокнула его в небритую щеку.
— Как скажешь, Вячеслав Анатольевич!
Парень, который должен был сыграть роль эмоционала Теоретика, не слишком-то на меня и походил, так, общее сходство. К тому же на полголовы выше, и худощавее. Даже удивительно, что Лера смогла принять его за меня, пусть и в полумраке. И еще он мне не понравился тем, что, войдя, тут уже втиснулся на лавке между девушками, хотя мог бы и постоять.
— Как тебя зовут?
— Виталий.
Я посмотрел на Трофима — действуй. Давно убедился: когда нужно кого-нибудь убедить, лучше не получится ни у одного из нас. Хотя чего удивительного, с такой-то школой за плечами, когда готовили на государственном уровне не жалея ни сил, ни средств.
— Придется тебе, Виталик, какое-то время Теоретиком побыть, — хлопнув того по плечу, без всяких предисловий начал Трофим.
— Не понял?!
— Ситуация в двух словах такая. Сейчас придет перквизитор. Вот перед ним Теоретика изображать и будешь.
— А оно мне надо?! Петрович, ты какого меня сюда притащил?
Спрашивая, этот тип как будто бы ненароком придвинулся к Лере поближе, чем еще больше вызвал у меня неприязнь. С другой стороны, попался бы какой-нибудь рохля, и тогда вообще все могло пойти насмарку. Перквизиторы обо мне наслышаны, и отлично знают, что плевать я хотел на них сразу на всех вместе взятых. И вдруг Теоретик стал трусом, который то и дело бросает на перквизитора опасливые взгляды.
— Пойдем, куда-нибудь поговорим, чтобы нам никто не мешал, — поднимаясь на ноги, заявил Трофим
— И чего бы ради? — воспротивился тот.
— Пошли-пошли, — все также спокойно сказал Трофим. — Иначе всю нашу игру придется построить на том, что вот он — ткнув в меня пальцем, — с лестницы неудачно свалился, и морду лица разбил. А ведь идея! Если у тебя, Виталик, морда распухнет, а глазки от гематом заплывут, куда проще сходство будет найти. Или сложнее, но мысль моя надеюсь понятна.
— Виталий, — призвал моего потенциального двойника Жамыхов, — не дерзи: от твоего согласия зависит многое.
— Петрович, только из уважения к тебе, — согласился он, ясно давая понять: плевал на он все угрозы Трофима.
И посмотрел на Леру таким взглядом, что едва за ними закрылась дверь, как я от нее услышал.
— Игорь, если он, пользуясь моментом, начнет распускать руки, боюсь, не выдержу!
И я не нашелся, что ей ответить. Действительно, не убеждать же — Лера, любимая, терпи, чтобы с тобой не происходило, ведь это для общего блага!
Когда Трофим с Виталием вернулись, лицо у последнего было серьезнее некуда. Не сказать, что он начал гореть желанием сыграть роль Теоретика, но вел себя совсем иначе.
— Вам нет необходимости все время быть рядом с перквизитором, — начал давать последние инструкции я.
— Да хватит уже, — на полуслове перебил меня Виталий. — Понял я все, понял. Ну что, пошли, милая, играть роль Ромео и Джульетты? — обратился он к Лере.
После чего отвел руку, явно намереваясь хлопнуть девушку пониже талии, передумал, и неудачно попытался взять ее под руку.
— Операция была на грани срыва! — ехидным голосом заметил Гудрон, искоса посмотрев на набычившегося меня. — А вообще со спины похож, похож. И такой же борзый.
Теперь оставалось какое-то время выждать, чтобы убедиться — мой двойник подозрения у перквизитора не вызвал.
 
— У нас все готово?
Как будто могло быть иначе: жизнь приучила.
— Да, — за всех ответил Янис.
За дверью то и дело раздавались шаги, голоса, стуки, скрежет, — люди пытались найти ответ на тот вопрос, за который не задумываясь отдал бы свой дар. И еще я ждал маленького чуда — сейчас вернется Жамыхов, вытрет со лба пот, и заявит с широкой улыбкой.
— Всё, парни, можете не беспокоиться — нашли мы эти проклятые провода!
Хотя даже в таком случае, кто может гарантировать — они те самые?
Вернулся Жамыхов, жаль только, что он не улыбался. Молча присел на лавку рядом со мной, и заговорил только после вопроса Славы Профа.
— Как все прошло?
— На удивление гладко. В любой другой ситуации я даже посмеялся бы. Представляете, у него в телефоне фото Игоря. Так вот, держит телефон, а сам Виталика морду со всех сторон рассматривает, сличает, мол.
— И что?
— Да там фотка-то сам себя не узнаешь.
Что было неудивительно. Изначально фотография была групповой, затем мою физиономию увеличили в каком-то дрянном редакторе. С Гудроном, Янисом, Трофимом, Остапом, да с любым из наших, конечно же, не перепутаешь, но прав Жамыхов — себя самого с трудом.
— А после что было? — не унимался Проф.
— После он жадр достал: заполняй, мол. Тогда-то Виталя ему и говорит — а с какого такого хера?! Я же вас гадов на дух не переношу! Ну и еще загнул, даже девушек не постеснялся. У перквизитора рожа вытянулась, настолько не ожидал. Тогда Валерия и говорит, — Жамыхов посмотрел на меня. — «Игорь, успокойся! Мы же потом, когда их всех замочим, назад его заберем»
— Что, так и сказала — замочим? — ни разу от нее таких слов не слышал.
— Так и сказала. И еще Ирма вмешалась. Заявляет перквизитору. «Я о вас таких ужасов наслышалась, а как первого вблизи увидела — ну полное чмо!».
— Ирма может! — заухмылялся Гудрон.
— Потом Виталий ему говорит, давай, мол, свой жадр, пока не передумал. Но только единственный. В общем, всё на ура прошло. Почти на ура.
— А что было не так?
— Виталя его взял неудачно, и конечно испортил. Благо, что эта скотина ничего не заметила.
Есть такое дело: если человек не обладает даром эмоционала, испортить жадр легко.
— Игорь, так когда выходите?
— Сейчас и пойдем.
— Только вот что, Петрович, постреляйте куда-нибудь с противоположной стороны. Человек чтобы десять, не меньше. Все-таки у нас перемирие, а вы палите, причем в одну точку. Одно это должно их заинтересовать. Только сильно не высовывайтесь на всякий случай: они же все больные на голову! — высказался Гудрон.
— Думаете, толк будет? — справедливо засомневался Жамыхов.
— Конечно же! — морда у Бориса была настолько убедительная, что даже я на миг поверил. До следующих его слов. — Если огонь будет массированным, они сразу же отсюда свалят, будь уверен!
— Ладно, пойду все организую. Вам сколько нужно?
— Пять минут.
— Мало, за столько я не успею.
— Тогда давай сделаем так. Первая серия короткая, чтобы мы могли знать, что за ней последует и вторая.
Мы столпились перед дверьми, держа оружие наготове. Наблюдатели на крыше клялись, что на этом направлении им не удалось засечь ни одного перквизитора. Но в густющих кустах, которые начинались метров через пятнадцать, можно спрятаться так, что в нескольких шагах никого не увидишь.
— Ну и чего они там телятся?! — не выдержал Остап.
— Может, что-нибудь пошло не по плану? — высказал предположение Проф.
— Нас бы уже предупредили, — не согласился с ним Трофим.
 
Тогда-то с противоположной стороны здания стрельба и началась.
— Жиденько что-то совсем, — покрутил головой Янис. — Ну да ладно.
И я, рывком распахнув дверь, выскочил наружу, развив такую скорость, на которую только способен. Ворвался в кустарник, застыл, поведя перед собой стволом, готовый в любой миг разродиться очередью при малейшем признаке опасности. И снова побежал вперед. Спину прикроют, там все будет правильно по секторам, и главное сейчас — как можно быстрее добраться до ближайших развалин.