Мой личный принц (СИ)

Представляю себе, какие слухи пошли в аристократических домах.
— В чем дело? — спросила я, заметив напряженный взгляд Ригнак. Капитан, отодвинув занавеску в гостиной, смотрела во двор и хмурилась.
— Королевские солдаты, — произнесла она вкрадчиво. — Их до сих пор нет.
— Может, задержались? — я пожала плечами, стараясь игнорировать неприятный озноб.
Сегодняшний день вообще странный. Утром мы с Эриком попрощались с обещанием увидеться перед отъездом. Осталось только разобраться с Морриган Делейни и цирком Алибарди. Я понимала, что муж оттягивал момент ареста как можно дольше. Тянул дни, искал доказательства вины, просматривал бумаги — словно пытался вдохнуть в умирающее тело жизнь. Для него Даниэль был единственным другом. После гибели Смерча Эрик никому не желал причинять такую же боль потери, какую испытал сам.
Я незаметно стерла слезинку с глаз и сжала пальцы в кулак, делая глубокий вдох. Дядя Себастьян. Боги, я по-прежнему не хотела верить. Проснувшись утром после своей истерики, бросилась в комнату и поняла: ничего не осталось. Слуги убрали осколки и переловили фейри. Если кому-то из магов удалось добиться от них хоть одного толкового слова, значит, я не понапрасну разбила шар.
Наверное, надо радоваться. Больше никто не следил за мной. К тому же этот светильник доставил кучу неприятностей. Вспомнить хотя бы нашу ссору с Эриком после того, как принц нашел шар в комнате старшего брата. Готова поспорить, Мэри специально тогда ляпнула про него. Уж не знаю из каких побуждений.
Бросив взгляд на двери гостиной, я вздохнула. Графа теперь держали в отдельных покоях. Вроде не заключенный, но и не свободный человек. Последняя наша встреча перед заточением дяди длилась всего минуту. Я не успела задать вопрос, даже попрощаться толком не получилось. А теперь мы уезжали из дворца втайне и спешке, потому неизвестно, когда сможем увидеться.
— Далия, где Амалия? — спросила королева Элинор, удивленно поднимая голову.
— Наверное, в своей комнате, — рассеянно пробормотала я, стараясь отгородиться от мрачных дум, и двинулась на выход, заметив, как дернулась Ригнак. — Позову ее.
Сестра вела себя странно. Забастовка закончилась резко и беспричинно. Спросить Мали о ситуации с наследником у меня никак не получалось — было не до того. В своих бы чувствах разобраться прежде, чем лезть в чужие. А стоило, ведь кузине требовалась такая же поддержка.
— Злится, бедняжка, — вздохнула ее величество, заставляя меня застыть на миг. — Представляю, каким ударом для нее стали эти обвинения в сторону отца. Амалия, наверное, места не находит.
— Она знает? — спросила я, приподнимая брови. Неужели ей кто-то сказал?
— Так вышло, что его светлость уводили стражники из кабинета короля, и Амалия увидела это, — проговорила герцогиня, стукнув тростью.
Ох, боги.
— Давно?
— Когда Агор озвучил приказ, милая, — тихо ответила королева. — Официально графу пока не предъявили обвинений, однако мой муж выражений не выбирал при их последней встрече.
Я метнулась в коридор, стараясь не думать о происходящем. Душевная рана саднила, но беспокойство за кузину заставило поторопиться и проигнорировать окрики в спину. В голове билась мысль, что все это ошибка и скоро мой мир восстановится. Собственные обвинения покажутся смехотворными, ведь под ним нет оснований. Зачем же дяде шпионить и подрывать репутацию королевской семьи? Тогда незачем было выдавать меня замуж!
Пересекая длинный коридор, я вдруг подумала о том, как сегодня тихо. Никаких гвардейцев на привычных местах, никаких слуг. Стало даже чуточку жутко от мысли о необитаемом дворце, хотя я точно знала: в южном крыле замка обитали шангрийцы. Их тоже заперли, пусть свободы было чуточку больше.
Может, у них что-то случилось, поэтому никого из стражников нет?
Постаравшись не поддаваться панике, я поспешила в сторону знакомых гостевых комнат. Пусть Мали и стала невестой, но никто не переселил ее в королевскую часть. Весь путь отнимал драгоценное время, которое стоило бы потратить на сборы. Нам оставалось спустить последние вещи и дождаться приезда солдат. Затем попрощаться с Эриком, Абелем, королем...
 
Где слуги?
— Эй! — крикнула я, игнорируя все нормы и правила поведения.
Дыхание сбивалось, усталость навалилась на плечи. Беременность отнималась слишком много сил ведь у ребенка большой магический потенциал по утверждениям лекаря. Еще бы понять, как Дорсти это определил на втором месяце, когда живота толком нет.
Первой мыслью было: я вновь попала в петлю. В коридорах и на лестницах по-прежнему стояли заклятия искажения пространства. Поэтому меня могло занести из желтой гостиной в очередную передрягу. Правда, я сразу же отринула эту идею, ведь у королевского коридора запрещалось использовать подобную магию.
От второй мысли стало дурно. Ледяная рука страха сжала горло, мешая вдыхать кислород. Теперь непросто паника, ужас управлял сознанием. Заговорщики проникли в замок, а значит мы все в опасности. Несколько служанок да пара фавнов явно не могли бы нас защитить. Даже если присутствуют Ригнак и шангрийцы.
Дядя! Боги, он ведь жил в гостевом крыле под охраной. А что если планировали его убрать? Как свидетеля или соучастника? Да просто, чтобы потом на мертвого сбросили всю вину. Тогда получается, что и Мали в опасности.
Боги, я становилась параноиком.
— Далия?
— Госпожа Сорель, — обрадовалась я бывшей наставнице, будто передо мной было настоящее чудо.
Мисс Дюмарье сжимала набалдашник трости, медленно приближаясь ко мне. Толстый ковер поглощал звуки, из-за чего глухой стук, раздававшийся при походке, немного пугал. На суровом, морщинистом лице была написана крайняя степень недовольства. Я заставила себя успокоиться и выдохнуть от облегчения. Наставница уж точно не являлась воплощением зла, пусть в детстве я думала иначе.
— Вы не видели Мали? А дядю? — спросила я, вытягивая шею и глядя куда-то ей за спину. Мне показалось, будто я заметила что-то впереди. Сапог?
— Ваша сестра скоро придет, а граф под стражей, — сдержанно ответила мисс Дюмарье, подходя ближе.
Я нахмурилась и решительно шагнула вперед, однако была остановлена твердой рукой с неожиданной силой. Удивленно опустив взгляд, увидела пальцы госпожи Сорель, сжившие мое запястье.
— Пойдем, — проговорила бывшая наставница, настойчиво тяня меня обратно. — Нам стоит поторопиться.
— Солдаты еще не приехали, — бросила я, второй раз за день ощутив озноб. Да что такое? Заболела?
— Именно поэтому надо поторопиться, — скупо улыбнулась мисс Дюмарье, в очередной раз дернув мою руку.
— Я все-таки хочу найти Мали и поговорить с дядей, — сурово отозвалась я, попытавшись вырваться, но ничего не вышло.
Пальцы сжались еще крепче, а светлые глаза госпожи Сорель внезапно потемнели. После чего злой, совершенно незнакомый мне мужской голос произнес:
— Никуда вы не пойдете, ваша светлость. Сейчас мы спустимся и быстро сядем в ту машину, где находится Калибурн. А попытаетесь вырваться, отправитесь следом за теми несчастными стражниками, что попались мне пути.
Мои глаза распахнулись, и на секунду знакомые черты исказились. Бывшая наставница крепко перехватила трость одной рукой, другой дернула меня на себя. Я вскрикнула, когда госпожа Сорель отпустила запястье и вцепилась в волосы, больно оттягивая голову назад.
— Ты мне правда нравилась, Далия. Моя маленькая девочка подавала надежды. От тебя всего-то требовалось отвлечь Эрика настолько, чтобы принц забыл о брате. Но сколько усилий не прилагай, вы все равно совали свой нос всюду.
 
— Я не понимаю! — соленые капли обожгли щеки, а лицо той, кого я знала с самого детства стало совсем близко.
— Поймешь, — промурлыкала госпожа Сорель, отпуская мои волосы и подталкивая в спину. — Шагай! Не получилось избавиться от наследника трона, значит, заберем меч. И не вздумай пискнуть, иначе увидишь своего ребенка раньше срока.
— Вы не сможете дотронуться до Калибурна!