Мой личный принц (СИ)
Глава 50
— Это все списки?
Я постаралась не выдать нервного напряжения, протягивая бумаги ее величеству. Наверное, стой рядом герцогиня. Они бы враз вычислили мой обман, и быть мне в немилости до конца своих дней. Эрик с такими просьбами не представлял, как подставляет меня перед королевой Элинор. Да что там — самим королем!
— Прекрасно. Спасибо, Далия.
Я кивнула, отступая от стола и делая несколько шагов вперед, пока ее величество прикладывала к краю листа внешнюю сторону родового перстня Трастамара. Одна искра, и на белом фоне проступил оттиск королевской печати, подтверждающий написанную информацию. Лишь после этого я сумела нормально выдохнуть, вдруг осознавая, что почти не дышала.
Кабинет королевы Элинор отличался буйством геометрии в сочетании с яркими золотыми и красными красками в интерьере. От ковра, приглушающего шаги посетителей, до изящных маленьких статуэток, выполненных из драгоценного металла. Рядом со столом, заложенном бумагами, сейчас стояло несколько стульев. Фрейлины — одна за другой
— отчитывались о подготовке к турниру. У каждой на лице — живой интерес. Ведь для них это реальный шанс найти достойные пары для себя или своих дочерей.
— Ах, я буду так счастлива, если лорд Грандж наконец-то сделает мне предложение, — простонала леди Кэтрин Слейв, обмахиваясь веером, словно в помещении было душно.
— Дорогая, с чего вы взяли, что он выберет вас? На прошлом балу я удостоилась его внимания трижды! — категорично заявила леди Натали Брок, поправляя прядь волос.
Я подняла взгляд к потолку и тяжело вздохнула. Несколько дней в компании этих девиц сведут с ума самого бравого солдата. Любой мужчина спасовал перед такими клушами, стоило им только открыть рот и начать говорить. Они напоминали экзотических птичек с красивым оперением, но страшно глупые. Моя сестра на их фоне казалась настоящим гением. Во всяком случае, Амалии хватало ума пока молчать.
— Его высочество все равно будет в числе победителей, — подала голос Мали, почему-то пристально глядя в мою сторону. Я занервничала. Неужели она что-то видела?
— Безусловно, никто не сомневается в отваге принцев, — фыркнула леди Фейр, поджимая губы от недовольства.
— Дамы, попрошу не отвлекаться. — постучала по столу самописцем ее величество. — Времени осталось немного, а у нас еще ничего не готово!
Пока королева и ее приближенные обговаривал последние приготовления, я задумчиво рассматривала погрустневшую Дафну Брустер — супругу бывшего советника. После того как король Агор снял Кайзера с должности, леди Брустер постоянно пребывала в мрачных думах о будущем. Только недавно жаловалась графине Брайтон по поводу потери репутации перед королевской семьей.
«А я говорила дорогому Кайзеру, чтобы он не вмешивался в свадьбу наследника!».
Точно, точно. Я вспомнила разговор Амалии и слуги-фавна. И как он уверенно убеждал кузину в том, что советник повлияет на решение его величества. Только тогда никто не знал, что за этим предложением скрывалась страшная правда.
— Что ты подсунула королеве?
— А? — я удивленно перевела взгляд на Мали, подошедшей ко мне незаметно.
Кузина сделала вид, будто мы прогуливаемся по кабинету и мило беседуем о будущем турнире, шагая рука об руку. В умении владеть собой, когда того требовали правила и личная выгода, Амалии не было равных. Сейчас сестра прошлась от картины «Война богов» до репродукции малоизвестного художника Гомео Вессери, словно услаждала взгляд искусством.
— Такие милые девушки...
— У графа Сент-Клера прекрасные наследницы. Амалия будет очаровательной королевой.
Десяти шагов не пройти, чтобы не обсудили вдоль и поперек. Мы с Мали встали у статуи полуголой богини, и я отвела взгляд от открытых участков тела. Почему-то сразу вспоминались поцелуи Эрика, его шепот, руки, ласки.
— Да очнись ты! Выглядишь, как влюбленная дуреха! — зашипела сестра на ухо, заставляя вздрогнуть.
— Тебе заняться нечем? Вроде должна готовиться к роли первой леди на турнире, поцелуй которой заслужит победитель, — раздраженно ответила я, искренне желая Эрику проиграть брату. Пусть будет на втором месте, а не первом. Нет, я, конечно, не сомневалась в своем муже...
Боги, Далия, не превращайся в клушу!
— Списки, я видела. Ты с ними что-то сделала, — прошипела Мали.
Вот здесь меня словно обухом ударило. Никогда не думала, что сестра способна подмечать такие вещи. Всегда всю жизнь я была умнее. Дар познания — это не шутки. Я моргнула, ошарашенно смотря на кузину, которая продолжала сверлить меня взглядом. Разум как будто прояснился после долгих дней пребывания в спячке, заработав с удвоенной силой.
«Ты можешь внести туда МакГиннеса и его сопровождающих?».
Сегодня утром герцогиня в очередной раз мельком прошлась по приглашенным на турнир. Среди них были не только великие семьи Данмара, но и заграничные послы, консулы, несколько священнослужителей из Раема, присланных Священным синодом. Шангрией управлял конклав местных кардиналов-протестантов, во главе которых стоял Руперт МакГиннес. Именно его Эрик просил включить в списки, помимо сопровождения. Я вся издергалась, беспокоясь об этом факте, но леди Дюваль ничего не заметила.
— Вчера отец спрашивал меня о свадьбе с Абелем, — еще тише добавила сестра, крепко вцепившись в меня. Ее ногти чувствовались сквозь кружевной рукав моего платья. — Если из-за твоих игр она расстроится, я тебя прикончу!
— Боишься не стать королевой или того, что он выберет другую при случае?
Мои слова больно ударили Амалию, словно я хлестнула ей пощечину. Щеки залились румянцем, и кузина отступила на шаг, тяжело дыша, сминая муслиновую юбку своего желтого платья. Мы с неприязнью посмотрели друг на друга. Вся жалость к Мали разом испарилась, стоило только старым обидам взять верх над здравомыслием.
— Думаешь я не в курсе, как ты выиграла отбор? Или твоих попыток вызвать ревность у его высочества флиртом с Эриком? Полагаю, в тот вечер ты не планировала никакой встречи в нише, верно? Испугалась, что Абель не спустит этого тебе с рук!
Мой голос стал громче, и дамы резко замолчали, поворачивая к нам головы. Они принялись любопытством смотреть на нас, ожидая скандала, который после можно будет обсудить между собой. Я привела в порядок дыхание и вновь повернула голову к сестре, сжимающую кулаки от злости.
— Любовные зелья, глупые выходки, попытки манипуляции, сцены ревности! Это так ты добиваешься взаимности, Амалия? — разочарование затопило сердце.
Вскоре после свадьбы дядюшка Себастьян рассказал мне о том, что произошло в библиотеке — недоразумение. Граф считал, будто бы наследник трона мне милее, чем принц Эрик. Попытавшись поговорить с Амалией, получилась привычная ссора. Сестра вспылила в очередной раз и надумала глупостей. Когда дядюшка случайно обмолвился о том, что принц Абель отправился в библиотеку, Мали просто сорвалась с цепи. Бросилась следом, ведь прекрасно знала мое местонахождение.
Амалия опустила голову и светлые пряди скрыли лицо шелковистой волной, пряча его выражение. Целую минуту мы стояли, ничего не говоря. Но затем Амалия резко выпрямилась, шагнула ко мне вплотную и процедила:
— Ты всегда была первой. Во всем. Неподражаемая Далия, умница и гордость рода Сент-Клер!
Я вновь оглянулась, а затем схватила Мали за руку и, игнорируя сопротивление, повела за собой из кабинета. Десятки пар глаз следили за нами, пока двери не захлопнулись, и мы не вышли в пустой коридор, остановившись у приоткрытого окна. Прохладный осенний ветер чуть шевельнул волосы, прикасаясь к коже и заставляя ежиться. Мали обняла себя за плечи, а я устало вздохнула, делая круг, дабы успокоиться.
«Пламя любви рождается из доверия и пробуждает истинную силу» — вспомнились строчки из дневника королевы Фионы. Не знаю, почему они так впечатлили. Наверное, потому что их можно было применить к любой ситуации, завязанной на человеческих отношениях.