Мой личный принц (СИ)

— Моя девочка, — мягкая ткань перчаток коснулась щеки, а сам дядя Себастьян улыбнулся.
Казалось, за время, пока мы пробыли во дворце, он немного изменился. Морщин в уголках глаз стало больше. Волосы приобрели пепельный оттенок из-за седины. Графу стало все сложнее стоять ровно: давала знать о себе старая травма спины, полученная в молодости при падении с лошади. Когда он шел, то припадал немного на левую ногу. Однако, по-прежнему оставался стройным, широкоплечим мужчиной с аристократичной внешностью, привлекающей взгляды дам.
— Когда я отправлял вас с Мали во дворец, не думал, что ты так быстро найдешь свое счастье.
В синем взоре промелькнула затаенная печаль, а я тихо вздохнула и положила ладонь поверх рукава его черного фрака.
— Это... вышло случайно, — пробормотала я, отведя взор. Дядя наклонился и озорно подмигнул.
— Не удивлен выбору младшего принца. Ты настоящее сокровище, — ласково пробормотал он.
Я чувствовала ненависть, излучаемую сестрой. Каждый раз, когда граф уделял мне внимание, кузина буквально лезла на стену от ревности и поступала крайне опрометчиво. Мали дернулась в нашу сторону, игнорируя старшего принца. Взгляд Абеля потемнел — ему явно не понравилось такое пренебрежительное отношение к правилам. Но моя сестра
— поток бессознательных действий. Вклинившись между нами, она прощебетала, загораживая меня от удивленного дяди.
— Папочка, я так рада тебе. Знаю, ты очень гордишься своим цветочком, который станет будущей королевой, — на последней фразе Амалия сделала акцент и оглянулась.
— Я горжусь вами обеими. Ваши высочества, ваши величества, ваша светлость, — уважительно склонил голову дядя еще раз, прикладывая ладонь к груди. — Для меня нет большей чести, чем породниться с династией Трастамара.
Эрик, решивший отпить из бокала, подавился. Мысленно я пожалела, что не захлебнулся совсем. Тогда было бы хоть какое-то удовлетворение. А чувство обиды и непонятной боли отошло на второй план.
И почему я снова думаю о нем?
— Мы тоже рады видеть вас, граф, — поприветствовал дядю король Агор, негодующе посмотрев на младшего сына. Эрик только откашлялся, разведя руками и пожимая плечами.
Болван. Невоспитанный и взбалмошный.
— Надеюсь, вы останетесь у нас в гостях? Мали очень скучала вам, как и Далия, — едва эти слова сорвались с губ Абеля, Эрик поднял голову и пристально посмотрел на брата, затем на меня. Неприязненно так, словно желал сказать какую-то гадость.
Ничего удивительного, это его натура. Хотелось бы мне сообщить дядюшке, что ничего хорошего в жизни с таким человеком не будет. Однако выбор сделан — отступать поздно. Именно брак с принцем Эриком открывал мне дорогу в огромный мир.
Возможно, я смогла бы уговорить того же Абеля пересмотреть реформу образования для женщин. В идеале. Или хотя бы самой добиться разрешения учиться в академии — это же неограниченные ресурсы, сотни новых знаний. Мой дар жаждал исследований, а вместо этого приходилось довольствоваться тем, что одобрялось обществом. Даже мой дядя не позволял вникать во все дела, считая это недостойным для молодой леди.
— Граф, я слышал, вы ездили в Брасвурк. Расскажите мне, как поживают наши добрые соседи. Цены на зерно? Магические рынки? — заинтересовался король, отводя дядюшку в сторону.
— Боги, Агор, давай не балу, — проворчала королева, а я расстроенно отвернулась.
Впервые интересная тема — нельзя. Кому надо обсуждать местное общество? Дамы и лорды точно клоуны перед представлением. Яркая одежда, блестящие украшения, замысловатые прически. Громкий смех раздавался со всех сторон под переливы музыки. От пышных юбок пространства в зале стало меньше, я боялась зацепить какую-нибудь из магических свечей, зависших в воздухе для антуража сегодняшнего вечера. Хорошо отказалась от обручей: платье без того изрядно утяжеляло образ, а корсет мешал нормально дышать и потреблять пищу.
Хотя ничего удивительного. Истинные леди на балах не пируют. Они лишь смакуют, точно птички по зернышку.
— Ваше тоскливое выражение лица навевает грусть, — услышала я знакомый голос, едва отошла от королевской семьи. Ничего интересного там не обсуждалось, госпожа Сорель на балу не присутствовала — положение не то. Хоть какая-то свобода.
 
— Те тарталетки слишком далеко поставлены, — пошутила я, указывая Даниэлю в сторону корзинок, начинённых овощами и украшенных икринками морских рыб.
— Мне спасти даму от голодной смерти? — улыбнулся герцог Фламель, потянувшись к тарелке.
Она стояла на подставке, которая от малейшего движения грозила упасть и перевернуть блюдо с едой. Потому пришлось отказаться от столь щедрого предложения. Заиграла музыка, слишком торжественная для обычного времяпрепровождения.
— Выход короля и королевы — первый танец, — Уитроф взял бокал вина, приветствуя кого-то в толпе, пока остальные расступались, давая дорогу королевской чете и Абелю с Мали.
Удивительно, но, кажется, она уже оправилась от своего недуга. Во всяком случае, ни тошноты, ни темных кругов под глазами не наблюдалось. Только легкая бледность.
— Я... — взглядом поискав Эрика, я поджала губы от злости. К его руке бесстыдно прижималась баронесса Лайтбоул.
Томный взгляд, движения веера говорили о том, что она не прочь продолжить общение с принцем в неформальной обстановке. Да и его высочество ушел недалеко: обратил все внимание на глубокое декольте собеседницы, бесстыдно разглядывая. Не особо раздумывая над своими действиями, я протянула руку Даниэлю и отметила его удивление.
— Пригласите меня на танец, — мрачно изрекла я, кивая в сторону торжественной колоны пар.
Герцог наклонил голову. Поставил бокал на стол и усмехнулся, поправляя манжеты своего фрака. Почему такой цвет? Неужели нельзя было выбрать наряд поскромнее?
— О, разве это не противоречит этикету и порядку? — во взгляде появилось озорство, а я приподняла подбородок.
— Их нарушил принц Эрик, когда не позвал на первый танец.
— А вы мне нравитесь, Далия, — хохотнул Даниэль, перехватывая мою руку и прижимаясь губами к костяшкам пальцев. — Хотите, женюсь на вас вместо этого слепоглазого трыгла?
— Герцог, — притворно возмутилась я, раскрывая веер и делая вид, будто смущена. — Откуда вы понабрались таких пошлостей?
— Каких только знаний не получишь от пьяного друга, — потянул меня за собой Даниэль.
Я успела заметить, как напрягся Эрик. Но лишь выше задрала подбородок, игнорируя всякое неодобрение общества, обратившее пристальные взоры в нашу сторону.
— Вы знали, что смех уменьшает стресс и улучшает здоровье?
— А шестилетние дети смеются в среднем триста раз в день, — кивнула я, улыбнувшись в ответ.
— Мы славно оскандалимся, — цокнул языком Даниэль, вставая позади пожилой пары — граф Бауф и леди Долтон сбились с шага. Даже Абель повернул голову, широко распахнув глаза.
— Знаете, почему кнут щелкает в воздухе? — нервно спросила я, чувствуя, как мои ладони стали влажными. Холодный пот заструился по спине от внезапного страха. Едва получалось разжимать губы для поддержания беседы.
— Нет, но любопытно почему, — заинтересовался Даниэль, шагнув со мной в унисон.
— Потому что скорость движения кончика кнута больше, чем звука, — я едва могла вздохнуть.
Ничего удивительного: в нашу сторону шагал Эрик. И дружелюбным он не выглядел.
  
Глава 23
 
Даниэль Уитроф — самый большой интриган в стране. Только он мог додуматься поцеловать мое запястье (а таким правом пользовались исключительно супруги, близкие родственники или любовники) и отскочить в сторону, коварно улыбаясь другу. Даже сделал шутливый поклон, подмигнув мне напоследок.
 
— Приятного вечера, — проворковал он, огибая разъяренного принца, скрываясь в шушукающейся толпе.
— Уитроф, значит, — прошипел Эрик так, словно у него в родственниках была парочка ползучих гадов. Или василиск. Пришлось изобразить безразличие, сжимая поданную руку и игнорируя ярость, полыхавшую во взгляде его высочества.