Чемпион 3 (СИ)

С этими мыслями Пельмень вышел в коридор. Там его ожидал приятненький сюрприз — проходя мимо квартиры своей сексапильной соседки, по которой Саня давно пускал слюни, он увидел, что домашних тапок на месте нет, зато рядом с ковриком стоят туфельки на высоком каблучке.
Опа.
А вот это уже интересненько складывается — вернулась гулена стало быть. Первая мысль пришедшая в голову при виде туфелек на высоком каблучке, стала мысль о кофе. Как хорошо, что у Сани хватило тяму Нескафе в загашнике оставить — в пакетике ещё на пару тройку чашек должно хватить.
Дверь в квартиру соседки оказалась незаперта, более того — приоткрыта, щёлочка маленькая видна. Проходя мимо Саня разумеется в комнатушку как бы не нароком заглянул, огляделся как следует. Свет в тесной комнатушке был включён и посмотреть внутри было на что. Половину комнаты занимала одна большая кровать натуральный траходром, на ней куча трусиков, целая коллекция, чулки… все как Пельмень любит.
— Есть кто? — Саня трижды постучал в дверь. — Поздороваться хотел.
Не ответили, соседки внутри комнаты не оказалось. Впрочем понимание, где она может быть пришло сразу — из ванной доносился плеск воды.
Саня подошёл ближе к двери, ухо прислонил, прислушался.
— Я ждала тебя, так ждала
Ты был мечтою моей хрустальною
Угнала тебя, угнала
Ну и что же тут криминального?
Соседка намывая телеса упражнялась в вокале песней Ирины Алегровой, когда Пельмень вдруг понял, что привычка не запирать за собой дверь, обнаружилась у неё и тут. Дверь в ванную была открыта. Ну то есть незаперта.
Саня огляделся, удостоверился, что в коридоре он совершенно один, ну и дверь потянул на себя.
А тут даже уже не оп, а прямо таки опля…
Он сглотнул, наливаясь пунцом и переступая с ноги на ногу. Соседку Пельмень застал в той любопытной позе, когда она стояла раком у раковины и тянулась к трусикам, лежавшим на тумбе. Из ванной она вышла, вода плескалась из крана раковины и красотка даже успела полотенцем обмотаться. И все бы ничего, но полотенце на талии, без того короткое, сейчас немного (ну совсем немного) сползло вверх, приоткрывая филейную часть и эм… как бы так сказать… Приоткрывая кое чего пикантное, смахивающее на спелый персик.
Следом Пельмень понял, что достаточно одного дня на заводе, чтобы профдеформации хапнуть. По крайней мере, в голову полезли вопросы глупо-разные. Интересно, а там посадка прессовочная? В системе отверстие вал?
Саня, понятное дело, в проходе замер, и дверь как-то сразу забыл закрыть. Кашлянул в кулак — горло першить начало. С чего бы это вдруг? Забылись проблемы минувшего дня и вся мозговая активность нырь— и ниже пояса нырнула.
Заслышав сухой кашель, соседка обернулась и вылупила на Пельменя свои выразительные глазки.
— Сашка ты… — удивилась она, а потом скользнула по телу Пельменя взглядом. — Ничего себе ты подтянулся. Я тебя с трудом узнала!
Саня то тоже в ванную не в шубе шёл — в трусах одних.
Соседка встала на цыпочки, провела указательным пальцем по груди, на пальце висели трусики. Язычок она вытащила, прикусила.
— Здрасьте, вы тоже замечательно выглядите, я вот вещи постирать… шёл.
— Рада тебя видеть, мамке передавай привет, — соседка вновь окинула Пельменя таким взглядом, будто трусы сняла — Сани трусы в смысле, свои то она сняла давно.
Саня почувствовал как приливает кровь. А она такая блин, горячая штучка, одним взглядом может раздеть. Понял, что снова залился краской и опять ведёт себя не как взрослый мужик, а как пацан, пялясь и пуская слюни на соседку, но ничего при этом не предпринимая.
Совершенно ничего!
Поняв это, Пельмень решил действовать решительней. Поэтому когда соседка уже собралась дверь закрыть, он эту самую дверь придержал — ногу опа и поставил.
— Мне тут вещички бросить в стирочку надо.
— А я думала ты уже хочешь за мной подглядеть, шалун, — она закатила глазки.
Какой там поглядеть, хочу тебя шпили-вили по полной программе, чтобы тебе больше никакого мужика не захотелось, — подумал Саня.
Однако вслух сказал.
 
— Ну может одним глазком подглядеть, теть Марин.
— Ну тогда ладно. Давай бросай, что там тебе нужно, я почти закончила. Я же тебе не буду мешать?
— Неа. Не будете ни в коем случае.
Пельмень облизал пересохшие губы. Бросил вещи в тазик, залил водой. Ну и замер. Уходить? Не станет же он прям тут… ну к соседке приставать в смысле.
Полотенчик соседки теперь сполз вниз, и теперь как будто бы держался на одних сосках, стоящих колом. Дабы не натворить греха (а непослушные руки уже начали подниматься к груди соседки), Пельмень развернулся к выходу.
— Сашуль, а чем ты вечером сегодня занят? — ласково прощебетала соседка.
— Ничем, — Саня замер в дверном проёме, как вкопанный.
— Заглянешь ко мне?
Он чувствовал, что Марина сверлит взглядом его ягодицы. Ну как чувствовал — зеркала в ванной комнате были повешены друг против друга. Одно на двери, другое на стене у раковины и куда смотрела соседка было видно весьма отчётливо. Как видел Пельмень и то, что она коснулась рукой себе между ног.
Саня зажевал губу, сдерживая желание развернуться и овладеть соседкой прямо на раковине. Понятно, что спрашивать зачем ему при таких раскладах заглядывать к ней в квартиру — лишнее. Может помочь полотенце снять, а то вон за соски стоячие как за крючки зацепилось.
— Розетка у меня сломалась, — выдвинула свою версию происходящего женщина. — Мужика нет посмотреть.
Пельмень продолжая справляться с волнением, взял себя в руки, совладал с эмоциями и прямо спросил:
— Хахаль против не будет, что я своей отвёрткой по чужим розеткам лазаю?
— Так то хахаль, а это ты Сашечка, тем более мы с Никитой вчера окончательно расстались… а отвертка у тебя большая, Саш?
Марина вышла из ванной, ну и пошла, виляя сочной попой.
— Через полчаса будь у меня, — бросила напоследок она.
Пельмень гулко выдохнул, снимая оцепенение, ну и бросился намываться. Вот так с бухты барахты шанс выпал какой! А он себя ещё успокаивал последние пару недель и оправдывал отсутствие близости — мол не надо секса перед соревнованиями, вредно. Хрена два! Надо Федя, надо, как говорится! Соревнования? Че соревнования — подождут.
Вскочив в ванную, Саня встал под поток воды из душа, огляделся и схватил кусок хозяйственного мыла и давай натираться мочалкой. Блин жалко нету нормального геля для душа, а ещё лучше с феромонами, от хозяйственного мыла эффект совсем не тот.
Через пять минут он уже забежал обратно в свою квартиру. Быстро нашёл целлофановый пакетик с остатками кофе у себя под кроватью. Пренебрежительной покосился на заброшенные вкладыши с голыми женщинами и самодовольно хмыкнул. Вот тебе и потрахен вырисовывается, обломитесь девчонки.
Подошёл к шкафу, вывалил груду одежду и просканировал — что лучше по такому поводу одеть. С нарядом у Сани все было проблематично. Что имелось толковое, то сейчас уже было ему велико и сидело на нем примерно также, как сегодня штаны и рубаха. Комично как минимум и отбивающе все желание воспринимать Саню как мужика. Поэтому единственно верным решением, как показалось, было надеть халат бати. Игорь Борисыч хоть и серьезно отличался по комплекции от своего сынка, носил (когда носил) свободный халат. И когда Пельмень его примерил, то обнаружил, что халат ему в притык, но считай как раз.
Немного поразмыслив о насущном, он все же подошёл к тумбочке своей сестры. Открыл верхний выдвижной ящик и достал оттуда презик, который давно заприметил. Без оного никуда, понятно ведь, что посадка у тети Марины отнюдь не прессованная, с таким то количеством ухажеров. В угоду чистому кайфу, но другого варианта особо нет. Резинку он сунул в карман халата.
Следом залился батиным одеколоном, который у того был «на всякий случай». Вонял одеколон крайне специфическими какими-то травами вразнобой, но лучше, чем пахнуть хозяйственным мылом, правда? Ну и напоследок Пельмень ещё несколько минут причёсывался у зеркала. Смущали жидкие водянистые усики. По хорошему их бы сбрить нафиг. Но время — ВРЕ-МЯ! Почему то казалось, что шикарная предоставленная возможность может вдруг исчезнуть. Соседка передумает, ее на работу вызовут или этот Никита придёт!