План по захвату профессора (СИ)

— Я тебе уже сто раз говорила — угомониться. Ты от своего Тиндера только невроз и рецепт на антидепрессанты получила.
— Ты меня не понимаешь, — жалостливо протянула Юля, — А я не понимаю тебя. Вот как ты без мужика?
— Я сама себе мужик, — Женя остановилась на светофоре, постукивала ногтями по рулю. — О, смотри-ка. Не мы одни по барам шатаемся.
У двухэтажного здания в пастельных тонах со сдержанной, неяркой вывеской «Англетер» стояло такси. Возле машины топтались на месте женщина в коротком пальто, выставляя напоказ длинные стройные (и, видимо, замерзшие) ноги и двое мужчин. Евгения сразу узнала Машкиного этнографа и мужика, дымившего ей в машину на университетском дворе. Он и сейчас курил. Светофор замигал, и уже в последнюю секунду, Женя увидела Вавилова, который вышел из такси.
Она сделала круг, объехав здание «Англетера» по дворам, и припарковалась у входа. Веселый квартет все еще стоял на месте. Женщина отмахнулась от курившего мужчины, хлопнув его перчаткой по плечу. Этнограф поежился, пряча подбородок в ворот пальто. Вавилов А.Е. поправил очки. И это было очень сексуально. Странно, ведь ей никогда не нравились люди в очках (Мариам была не в счет).
Дверь клуба открылась, и на низкое крыльцо вышел высокий худой мужчина, радушно раскинув руки в знак приветствия. Женщина первая шагнула навстречу к нему, но ограничилась пожатием руки. Мужчины поздоровались следом, и все вместе скрылись в здании.
— Ты их знаешь? Кстати, хорошее место. Мы тут были в прошлую субботу…
— Только не надо мне рассказывать про очередное плохое свидание, даже если оно проходило в хорошем месте. Вход платный?
— Естественно. Я же говорю, хорошее место.
— Я на мели. Ты за меня заплатишь. Возместишь моральный и физический ущерб: тот мудак на меня, помимо слюней, водку вылил.
— Легко! — обрадовалась Юля, которая никогда не бедствовала, — Домой все равно не хочется. Напиться что ли?
— О, это без меня, пожалуйста. Ограничься при мне одним бокалом. Ты мне пьяная не нравишься. Ты, кстати, пьяная никому не нравишься.
Юлия рассмеялась, чувствуя, как внутри приятно заскребло в предвкушении приключений. Это чувство ее никогда не подводило.
Пока подруга оплачивала входные билеты, Евгения заглянула в зал. Все помещение было условно разделено на отсеки-кабинки, в которых стояли столики, окруженные диванами с оттоманками. Посередине располагался небольшой танцпол, закрытый полуколоннами. Таким образом создавалась иллюзия интимности, закрытого пространства. Оформлен зал был в серых и бирюзовых тонах, и если бы не приглушенный свет и специфичная музыка, можно было подумать, что он предназначен для более изящных целей.
После того, как охранники «прозвонили» карманы и сумки, официант проводил девушек к их кабинке. Юля заказала два коктейля. Один себе и второй себе. Женя отказалась от меню и тайком наблюдала за квартетом. Они сидели неподалеку, и колонна загораживала только женщину. Мужчины были видны как на ладони. Машкин этнограф медленно листал меню со скучающим видом, будто его заставили сюда приехать. Вавилов был в прекрасном настроении, смеялся, что-то оживленно рассказывая. Третий тиранил взглядом женщину.
— Женя, это неприлично, — шикнула на нее Юля. — Так маниакально следить за людьми, не рассказав мне, кто они.
— Тот, что посередине — этнограф, которого хочет Мариам. Слева — декан истфака, которого хочу я. Справа — не знаю кто, но он вчера хотел меня. Женщину я не знаю, но ничего против не имею.
— Так, подожди, я запуталась. Кто тебя интересует?
— Слева.
— Отлично. Потому что мне нравится тот, что справа, — Юля выбрала своей целью Диму. — Сейчас допью и пойду танцевать.
— Давай только не как в прошлый раз: когда ты допила — я тебя понесла, — рассмеялась Женя, не зная, что на ее улыбку тоже смотрят.
Дима весь вечер заигрывал с Леной, но никто из компании не воспринимал это всерьез. Между ними давно все было решено. В студенческие годы он пытался ухаживать за ней, по классической схеме влюбившись в старшую сестру лучшего друга. Но Вавилова еще тогда сказала ему:
 
— Дима, ты за мной не ходи. Тебе нужна умная. А я обычная, — она шумно затягивалась сигаретой: тогда курить было еще модно. — Мне же нужен обычный. А ты — умный.
После этого Дима по-умному окончил университет, по-глупому сходил в армию. Вернувшись, поступил в аспирантуру, защитил диссертацию с трудно выговариваемым для людей, далеких от философии, названием. Остался на кафедре, но быстро понял, что для него это тупиковая ветвь, и уволился. Завел бизнес, жену, ребенка, собаку, вредные привычки и хронические заболевания. К сегодняшнему дню у него остались только ребенок, бронхит и пачка неизменного Winston в кармане пальто. Бизнес рухнул, жена ушла, собака скончалась. Больше всего было жалко собаку. Но, к сожалению, их век недолог.
Лена дважды была замужем за обычными, и к сорока поняла, что можно бы уже попробовать и с умным. Но кандидатуру Умовистова всерьез не рассматривала. После стольких лет дружбы он стал ей вторым братом. Она привыкла к его своенравной манере общения, а вольготные шутки стала воспринимать как фоновый шум. Иногда вяло отбрехивалась, да и то ради поддержания диалога.
— Алеша, хоп-хей, ты куда уставился? — Дима проследил за взглядом друга и увидел Женю. — О, да это же моя знакомая… Дохлый номер. Я ее вчера к тебе на день рождения звал.
— Так ты ее знаешь? — удивился Вавилов.
— Нет, и, к сожалению, вряд ли узнаю. Она мне отказала в самой грубой форме, сославшись на свою гомосексуальность.
— Значит, ей понравилась Лена, — подвел итог Андрей. — Потому что она уже десять минут смотрит только на нас и плохо это скрывает.
Нагорный был человеком внимательным, и пока остальные болтали и пили, он осматривал зал. Во-первых, он по-прежнему тяготился нахождением здесь и пытался хоть как-то отвлечься, во-вторых, еще на улице заметил красную «Ауди», номера которой, кстати, были слишком приметными. Три пятерки: хочешь, не хочешь, а запомнишь. Девушка и ее спутница пришли практически сразу, вслед за ними, и теперь брюнетка таранила взглядом… А вот на кого именно она смотрела, было непонятно. Но Андрей был готов поклясться, что не на Лену.
— Пойду, разведаю обстановку, — сорвался с места Дима, который хотел реабилитироваться.
Женя спокойно проследила за тем, как к ним движется мужчина. Но совсем не тот, которого она хотела бы видеть. Декан Вавилов мельком посмотрел в их сторону и тут же вернулся к разговору за столом.
— Привет, — мужчина сразу перешел к сути, — Предлагаю вам пересесть за наш стол. Мы впустую тратим время, играя в гляделки.
— Мы согласны, — тут же схватила сумочку и второй полупустой бокал Юля.
Женя закатила глаза, хотя понимала, что отказываться глупо. Юлия на ходу попросила официанта принести ей еще два бокала, что грозило обернуться печальными последствиями: шестьсот миллилитров такого крепкого коктейля даже на не маленький Юлин вес могли обеспечить ей веселую ночь. У подруги была ответственная работа, и она редко позволяла себе подобные загулы. Редко, но метко.
— Садитесь, — мягко, но настойчиво подтолкнул их мужчина. — Меня зовут Дмитрий. Можно на «ты»? Атмосфера располагает.
— Можно! — согласно закивала подруга. — Меня зовут Юля.
— А твою девушку?
— «Мою девушку»?! — вскинула тонкую бровь Юля. — Не поняла тебя!
— Все нормально, мы толерантные люди, — рассмеялся Дима, ломая комедию.
Юля сложила свои пухлые губки бантиком и нахмурилась. Наконец, до нее дошел смысл сказанного, и она часто заморгала.
— Я?! — она так яростно отбивалась, будто на нее кражу со взломом «вешали». — Я — никогда!
— Дима, угомонись. Понятно же, что тебя тактично послали, — улыбнулась Лена. — Так, вы знакомьтесь, а я пошла к Максиму.
Вавилова едва уловимо волновалась, вставая из-за столика. Наверное, только девушки заметили этот взгляд… Смесь предвкушения и страха. Елена обошла колонну и направилась к тому самому худощавому мужчине, который встречал их на крыльце. Он отвлекся от своего собеседника и приобнял женщину на талию. Леша и Дима встревоженно посмотрели на пару.