Опричник (СИ)

— Что вы хотите? — после нескольких минут молчания, вздохнул майор.
— Имя заказчика, — таким же ровным тоном проговорил Гдовицкой, и тут же «успокоил» вскинувшегося было собеседника. — Не пылите, Добужский, меня не интересует ваш хозяин. Только имя заказчика нападения.
— Хм, я вам имя, а вы меня в Сибирь, да? — протянул тот… но «пылить», по меткому выражению Владимира Александровича, не стал.
— Если вам очень этого хочется, можно и так, — пожал плечами наш безопасник. — Но вообще-то, я думал, что мы просто забудем случившийся инцидент. Не было никакого боя, и вас здесь не было.
— А имущество отряда? — прищурился подобравшийся, как готовый к прыжку кот, майор.
— Какое имущество? Какого отряда? — изобразил недоумение Гдовицкой. — Не было ж здесь никого.
— А мои люди? — скрипнул зубами Добужский. — Или их здесь тоже «не было»?
— Если мы договоримся, то их здесь не было вместе с вами, а имущество, якобы принадлежавшее вашему невесть где загулявшему отряду, было нами найдено в лесу, где-то в окрестностях Сигету-Мармация, — Владимир Александрович располагающе улыбнулся. Видел я как-то голубых акул на Азорах, вот у них были очень похожие «улыбки».
— Личное оружие и снаряжение бойцов? — резко произнёс майор.
— Забирайте, — махнул рукой Гдовицкой. Щедры-ый! Полсотни современных стрелковых комплексов и не менее современного снаряжения отдал, и не поморщился. Ну, Владимир Александрович, ну… эх!
Наш странный торг закончился довольно скоро, и фамилию заказчика мы получили без проблем. Да только фамилия эта… впрочем, подумать над совпадениями я мог и позже, а на выходе из пустого склада, ставшего временным обиталищем майора Добужского, меня интересовали несколько иные вопросы.
— Владимир Александрович, а вам не кажется, что наш пленник как-то уж слишком легко сдал заказчика? — произнёс я, когда мы оказались в кабинете Гдовицкого, подальше от творящегося на территории базы бедлама.
— Не кажется, — мотнул головой тот. — Я это знаю наверняка. Он изначально собирался откупиться от нас именно таким образом. Свобода отряда в обмен на информацию о заказчике.
— Не понял, — я несколько опешил от такого заявления. — Поясните.
— Кирилл, думаешь, Добужский с его хозяином, такие дураки, что не понимали, чем им грозит нападение на предприятие, расположенное на территории соседнего государства? И куда их может привести использование тяжей в стране, где даже владение таковыми повсеместно запрещено?
— Ну, судя по поведению пана доводцы в начале нашей беседы… я бы не стал отрицать такой возможности, — осторожно высказался я в ответ.
— Ты имеешь в виду его слова о выкупе? — уточнил Гдовицкой, а когда я кивнул, усмехнулся. — О, нет. Эта фраза лишь подтвердила мои подозрения, и, по сути, была обычным приглашением к торгу. Весьма завуалированным, да… но всё же.
— Ничего не понял, — честно признался я. Владимир Александрович смерил меня долгим взглядом и указал на кресла, расположившиеся вокруг небольшого журнального стола, в углу его кабинета.
— Присаживайся, Кирилл, — со вздохом произнёс он. — Постараюсь объяснить.
Дождавшись, пока я устроюсь в одном из кресел, он занял второе и, откинув крышку столика, принялся звенеть стаканами и бутылками, в обнаружившемся под столешницей минибаре.
— Сок, вода? Или чего покрепче? — осведомился безопасник.
— Минералка, — откликнулся я. — Для алкоголя ещё рановато. Да и дел впереди… немало.
— Угум, — Гдовицкой кивнул и, грохнув крышкой стола, водрузил на неё бутылку холодной воды и пару стаканов. — Наливай… и слушай. Я помню твой рассказ об отряде «Белый Орёл», участвовавшем в несостоявшемся похищении боярских дочерей во время Московского мятежа. А теперь, задай себе тот же вопрос, что задал и я: в каком случае заказчик доверил бы подобную операцию чужому, непроверенному отряду наёмников?
— Если собирался его зачистить сразу после исполнения работы. Концы в воду, и ищите ветра в поле, — после недолгого размышления ответил я.
— Вот именно! — Гдовицкой поднял вверх указательный палец. — Но этого, как мы можем видеть, не произошло. Отсюда следует…
 
— Что «Белый орёл» не был случайным наёмным отрядом, — перебил я собеседника. — Это я и так понял, едва узнал название компании, пожаловавшей к нам в гости. И что с того?
— Да ничего сложного, вообще-то, — пожал плечами Владимир Александрович. — Самое логичное предположение, следовавшее из этого заключения: отряд является наёмным, лишь де-юре, а на деле, служит копьём некоему… шляхтичу, скорее всего. Или не шляхтичу, а имперскому князю, графу или барону какому, не суть. Важно другое, это лицо предоставляет свой отряд неким силам, для решения определённых задач. И судя по той лёгкости, с которой пан доводца сдал представителя этих самых «сил», добровольностью там и не пахнет. Что, в принципе, легко понять, учитывая результаты вашей прошлой встречи.
— Хм, а кто сказал, что и тогда и сейчас, «Белый орёл» со своим хозяином действуют в интересах одних и тех же сил?
— Кирилл, — с укоризной покачал головой Гдовицкой, и я хлопнул себя ладонью по лбу. Дошло.
— Ну да, прошу прощения, — кивнул я собеседнику. — Учитывая специфику того заказа, после его эпического провала их бы просто никто не отпустил в «свободное плавание». Грохнули бы весь отряд вместе с хозяином, и…
— Как ты верно заметил, «концы в воду» и «ищи ветра в поле», — договорил вместо меня Владимир Александрович и, покачав в руке стакан с минералкой, договорил: — однако же, мы видим совершенно иную картину. Отряд цел, вооружён и даже продолжает выполнять не самые «чистые» поручения. А значит, так или иначе, до сих пор находится «в обойме». Но учти, эти наши предположения Добужскому неизвестны. И вот тут мы подходим к так удивившим тебя словам майора о выкупе. С одной стороны, в СБТ существует общеизвестная практика таковых. Потерпевший поражение в ходе исполнения заказа, отряд наёмников вполне может выкупиться из плена, так ведь?
— В ходе исполнения заказа, — пробормотал я и удивлённо покачал головой. — Ну да, обычным налётчикам никакой выкуп не светит. Их просто разденут догола и заставят отрабатывать нанесённый ущерб. До смерти.
— Именно, — кивнул Гдовицкой. — Получается, своими словами о выкупе, Добужский, фактически, прямо сообщил нам, что ему известно имя человека, пожелавшего прищемить хвост «Гремлинам». В сущности, это было предложение к торгу. Но не за выкуп, а за данные заказчика.
— А с другой стороны? — спросил я, решив добить тему до конца.
— Что? — не понял Владимир Александрович.
— Ну, вы сказали «с одной стороны, в СБТ существует…», значит, должно быть и «с другой стороны», не так ли? — пояснил я.
— Хм, да, — Гдовицкой медленно вытянул остатки содержимого своего стакана и, поставив его на стол, кивнул. — Да, есть такое. С другой стороны, в той же Речи Посполитой до сих пор существует традиция, по которой взятый в плен шляхтич может быть отпущен за выкуп, вместе со своим копьём, но без оружия, в том случае, если он не является кровным врагом победителя, и действовал против него лишь по велению сюзерена.
— Вот как? Не знал, — протянул я. — Выходит, своим упоминанием хозяина Добужского, вы точно так же намекнули ему, что «Гремлинов» не интересует ни он сам, ни его копьё, а только заказчик бучи? По сути, заверили его в том, что мы не будем держать зла на отряд и его владельца.
— Почему намекнул? — усмехнулся Гдовицкой. — Я ему это сказал прямо и со всей определённостью. Иначе, мы бы до сих пор торговались…
— Ну да, ну да, — покивал я и, поставив на стол опустошённый стакан, окинул собеседника внимательным взглядом.
 
— Что? — насторожился Самурай.
— А вам, любезный Владимир Александрович, не кажется, что этот вопрос находится за пределами вашей компетенции? — медленно проговорил я, не сводя взгляда с Гдовицкого. Тот нахмурился… но почти сразу сообразил, что именно я имею в виду.
— Прошу прощения, атаман, — тряхнув головой, произнёс он. — Ты прав, я не должен был давать твоему пленнику такие намёки.