Раса значения не имеет (СИ)

Чары? Гвоздик пытался меня околдовать? А я думала, что эта способность летнего народа — из разряда городских легенд. И что за печать?
А дальше разговор повернул в такое русло, что у меня волосы на голове дыбом встали.
— Покурить оставь, — сказал эльф.
— Не оставлю. Сам подумай — я же шлюха, мало ли что у меня во рту было? — скучающим тоном ответил Гвоздик.
Чего? А ведь я даже не поинтересовалась, кто из них где работает! И вот тебе на! Нет, я не ханжа. И вообще придерживаюсь довольно широких взглядов, но чтобы вот так…
— Я не слепой. Мундштук у тебя во рту, — это снова сказал эльф.
— Интересно с тобой, — задумчиво протянул Гвоздик, — но холодно. Сиди тут, попробую тебе помочь. Про сигарету забудь. Это вредно и для здоровья, и для экологии.
Я развернулась, чтобы сбежать на кухню, и чуть не подпрыгнула от испуга. Рядом стоял гном Урфин со всеми своими кастрюльками.
Он, похоже, тоже подслушивал. В смысле, тоже случайно молча торчал у приоткрытой двери.
— Кухня там? — спросил он, как ни в чем не бывало, указав правой бровью в верную сторону.
— Да.
Мы, не сговариваясь, ретировались на кухню.
— Я не люблю эльфов, — почему-то сказала я гному.
— Я тоже, — поддержал меня Урфин, — пусть ночует на улице, свежий воздух всегда на пользу. А через неделю обещали потепление.
По его интонации я с удивлением поняла, что это ирония.
— Вы тоже думаете, что мне стоит позвать эльфа сюда? — спросила я.
Урфин на секунду оторвался от раскладывания своих кастрюлек.
— Если человеку нужно мнение гнома, то я скажу, что деньги лишними не будут. Возьми с ушастого двойную цену, и пусть заселяется, — заявил он, буравя меня взглядом своих черных глаз.
— Но ведь вдвоем жить удобнее, чем втроем, — мне показалось нелогичным, что гном готов жить в комнате с двумя соседями за те же деньги, что и с одним.
Не может же он в самом деле быть таким альтруистом?
— Виктория, — гном понизил голос и стал говорить каким-то совсем басистым басом, — Вика, вы видели Одуванчикова? Я не расист, но поймите меня правильно! Мне будет гораздо удобнее, а главное, гораздо спокойнее, если я буду знать, что мне не придется оставаться с ним наедине!
Я чуть глаза не сломала, таращась на гнома в тщетной попытке определить, шутит он сейчас или нет. В конце концов я решила, что это все же такой гномский юмор. Я натянуто улыбнулась. Урфин повернулся к своим кастрюлькам.
В этот момент к нашей компании присоединился Одуванчиков.
— Вика, я принес вашу почту, — он помахал у меня перед носом пачкой квитанций.
От одной мысли о том, что наш фейк в своем халате катался на лифте и суетился возле ящиков, мне поплохело.
— Ты бы не бегал вот так по подъезду, — озвучил мои мысли Урфин, — заболеешь.
— Да, действительно, простудитесь, — поддержала я гнома.
— Ладно простудится, нос ему сломают да зубы пересчитают, — проворчал Урфин.
— Ну что вы, у нас тут люди в целом вежливые и доброжелательные, — пробормотала я для проформы.
— А я нет! — отрезал гном, погрозив фейку бровями. — Нечего местных людей против нас настраивать! Без штанов из квартиры не высовывайся!
Одуванчиков закатил глаза.
— Ладно, я понял.
— И вообще лучше из штанов не высовывайся!
— А вот это мое личное дело!
— И личное дело тоже там же держи!
Я слушала их перебранку вполуха. Одна из принесенных Гвоздиком бумажек оказалась квитанцией ЖКХ. С долгом в девяносто тысяч и угрозами отключить нам свет, воду, отопление и, кажется, воздух.
Так. Вдох, выдох.
— Эльф еще здесь? — спросила я.
— Конечно. Сидит возле окошка на лестничной клетке, — сразу отозвался Гвоздик, ничуть не удивившись моему вопросу.
— Двойную цену, — напомнил мне Урфин, — вода и отопление нам пригодятся.
Милые ребята.
  
Глава 3
 
ГЛАВА 3
Эльф действительно сидел у окна, все так же набросив капюшон своей оранжевой куртки. Услышав мои шаги, повернул голову. А глаза у него зеленые. И красивые. Как у всех эльфов. Ненавижу эльфов.
Пауза затянулась, потому что я вдруг поняла, что не знаю, как начать разговор. Может, ну его? Это ведь будет не очень глупо выглядеть, если я сейчас сбегу назад в квартиру?
 
— Они тебя все-таки уговорили? — спросил эльф, когда я уже собралась совершить марш-бросок к двери.
Такая прямота меня слегка ошарашила. Хотя, наверное, это хорошо.
— Да, уговорили. Как ни странно, и фейк, и гном хотят видеть тебя своим соседом. Кстати, не объяснишь — почему?
— Что-то типа солидарности изгоев. Любой из них мог оказаться на моем месте. У нас только на первый взгляд мало общего, — сохраняя олимпийское спокойствие, проговорил эльф.
Ну, в целом вполне приемлемое объяснение.
— Могу и я задать тебе вопрос? — спросил мой собеседник.
Я, не ожидая подвоха, кивнула.
— Чем мой народ так тебе не угодил?
Мои кулаки снова сжались.
— Один из остроухих ублюдков сломал жизнь моей сестре, — процедила я сквозь зубы, — если хочешь жить со мной под одной крышей, никогда больше об этом не заговаривай.
— Как скажешь, — эльф примирительно поднял ладони.
Я набрала в легкие побольше воздуха.
— В общем, давай начистоту: я предпочла бы не связываться с эльфом, но мне очень нужны деньги. Причем много денег и срочно.
«Двойную цену» — вспомнились мне наставления Урфина, но я опять сглупила. Мямля и тряпка.
— Если хочешь остаться, с тебя пятнадцать тысяч, — это все, на что меня хватило.
Эльф закусил нижнюю губу. Оказывается, эмоции у него все-таки есть. И я даже испытала чувство облегчения: пусть он откажется и свалит. Все-таки не хочу я, чтобы в моей квартире жил представитель этой расы.
Но эльф спрыгнул с подоконника и, расстегнув куртку, полез в нагрудный карман. Одет он, кстати, был как-то странно для зимы. Под довольно тощей курткой обнаружился еще более тощий свитер. Может, у эльфов другая терморегуляция? Я бы в такой одежде в два счета околела.
Мужчина достал несколько тысячных купюр и пересчитал их. Потом еще раз.
— Тут тринадцать, — эльф положил деньги на подоконник и снова полез в карман.
На этот раз в джинсах. К тысячным купюрам присоединились несколько мятых сотен, один полтинник и полкило железной мелочи.
— Тринадцать четыреста двадцать, — прокомментировал эльф, пряча взгляд.
Мне почему-то стало неловко.
— Если подождешь до следующей недели, я принесу остальное. С разумными процентами.
Нет, это уже слишком! Круговорот непорядочности в природе. Я ведь только час назад разговаривала с коллекторами и вот уже сама выкручиваю руки тому, кто попал в еще более сложную ситуацию.
Викуся, как ты до такого докатилась?
— Ладно, давай двенадцать, остальное принесешь потом, — услышала я свой голос, — тебе до конца недели еще на что-то жить надо.
Все-таки я идиотка. В подтверждение этого зеленые глаза эльфа вспыхнули искренним удивлением.
— И никаких животных, и не шуметь после одиннадцати, и открывать окно, если куришь, — взялась перечислять я, направляясь к двери, — и из квартиры выходить только в штанах. Тебя, кстати, как зовут?
Мы остановились в коридоре.
— Иван.
Ага. Ну конечно. Ладно, не мое дело, как его имя на самом деле.
— Я Вика. Если тебе нужен диван, можешь взять в комнате возле кухни.
— Не нужен.
Я осмотрела рюкзак эльфа. Тоже со своим спальником? Ладно, и это не мое дело.
— Тогда располагайся. Гвоздик обещал сделать договоры. Расписку я сейчас напишу.
— Зачем она мне? — спросил Иван.
Он нахмурился, словно я сказала что-то странное или неприятное.
— Ну как? Чтобы я не попыталась мухлевать. У тебя будет доказательство, что деньги ты мне заплатил, сможешь, например, в полицию обратиться, — попыталась объяснить я совершенно очевидную вещь.
 
— В полицию? — переспросил эльф.
— Ага, — вклинился в наш разговор появившийся из кухни Одуванчиков, — если все вконец достанет, сходи в полицию, тебя совершенно бесплатно депортируют обратно в Зеленый Лес. Хотя нет, ваших же сдают в Зеленое Посольство, вы же элитная раса.