Хагалаз. Восхождение (СИ)
— Как она?
— Только что пришла в себя. Добрый знак.
— Что-нибудь говорит?
— Нет.
— Может, накормить её?
Звуки казались девушке слишком резкими, и она зажмурилась, пытаясь избавиться от них. Мисора, сердца сурт, Микаэль… Сбивчивые навязчивые образы крутились у неё в голове, как вдруг всё снова стало невыразительным, а затем и вовсе исчезло.
***Блэйр доедал жидкую рисовую похлёбку. Она приятно согревала нутро, и если бы не сонливость, клонящая вбок, мужчина посидел бы у костра ещё пару часиков. С наступлением дня несколько потеплело, мужчине показалось, что в таких условиях вполне можно существовать. Его глаза слипались, как вдруг чья-то рука ободряюще хлопнула по плечу.
— Не клюй носом.
Блэйр поднял голову и увидел Радвида. Командующий выглядел усталым, но его смена только началась.
— Налей супа, — обратился он к дежурному повару. Солдат замешкался, и Радвид раздражённо пояснил: — это для больной.
— Она пришла в себя? — тут же встрепенулся Блэйр. Командующий кивнул.
— Не переживай, как только сможет говорить, мы её расспросим.
— Значит, пока не в состоянии?
— Увы.
Радвид принял дымящуюся чашку из рук дежурного и двинулся к палатке. Блэйр, наскоро вылив в себя остатки, поставил тарелку на брус и подскочил на ноги. Он не хотел пропустить беседу, если той суждено состояться. Радвид, заметив, что мужчина следует за ним, крайне удивился.
— Почему ты так обеспокоен? Это всего лишь девушка, одна из тысяч.
— Я видел много смертей.
— Тем более, пора привыкнуть.
— К этому нельзя привыкнуть, — возразил Блэйр, вспоминая чувство, неустанно грызущее его на арене. — Можно лишь научиться ненавидеть. Выйдя из места, где всякая надежда потеряна, я начал цепляться за то, что можно спасти.
— Вот как? Я бы послушал историю твоей жизни, но боюсь, на это нет времени.
Мужчина задумчиво поджал губы. Вряд ли история пришлась бы по вкусу Радвиду, в особенности узнай он о связи Блэйра с девушкой в палатке. Если станет известно о том, что Гелата владела или владеет магией крови, ей конец. Блэйр, скрепя зубами, вспоминал слова Джавахи про гатжо, и вот, судьба в который раз сводила их на общую дорогу. Бесконечно ли им придётся друг друга спасать? Не может же человеку настолько не везти?
Войдя в палатку, Радвид протянул суп, но лекарь пожал плечами.
— Она снова потеряла сознание. Слишком слаба.
— Умрёт?
— Не знаю.
Блэйр с жалостью и страхом взглянул на бледное лицо. Девушка выглядела почти что как тогда, в лесу.
— Что же… если проснётся, пусть поест. Я оставлю суп. Будь здесь, а мне нужно на обход.
Лекарь кивнул. Не дожидаясь указаний, Блэйр вышел из палатки, и Радвид последовал за ним. Мужчины переглянулись.
— Иди поспи, — снисходительно сказал командующий, — ночного караула никто не отменял.
Блэйр согласился, хотя уходить ему не хотелось. Он ещё раз взглянул на палатку, но, боясь вызвать подозрения, отправился восвояси.
Гелата утратила чувство времени. Ей казалось, что она прожила целую жизнь прежде, чем вновь открыла глаза. Полотно цвета охры вместо неба. Воздух, пропитанный потом и кровью вместо лёгкого морского бриза.
— Микаэль… — она судорожно шевельнулась. Образ юноши чётко встал перед глазами, а затем растаял. Последнее воспоминание, но оно ли? Девушка моргнула. Что-то ныло в её подсознании, но Гелате никак не удавалось вспомнить. Она безмолвно шевелила губами, пока какой-то человек вновь не поднёс воды. Девушка глотнула.
Хруп-хруп-хруп. Кто-то ходил снаружи. Руки в крови. Энэйн.
— Ты меня слышишь?
«Слышишь?» Красноволосая усмехнулась. Гелата моргнула. Угрюмый мужчина внимательно всматривался в её лицо.
— Ты сможешь поесть?
Хруп-хруп-хруп. Энэйн. Её звали Энэйн, конечно. Сущность внутри. Внутри? Где она? Гелата закрыла глаза. Жуткая головная боль. Ритуал. Микаэль. Она больше не…
Мужчина смочил полотенце и протёр девушке лицо. Красные пряди волос. Вода, кувшинки. Боль. Резкая боль. Последнее воспоминание.
Гелата вздрогнула. Всё встало на свои места.
Отрывисто дыша, она почти осознанно взглянула на незнакомца. Тот что-то бурчал себе под нос, затем приблизился и приподнял её голову. Девушку здорово знобило. Позволив облокотиться на себя, мужчина поднёс к её губам ложку с едва тёплой жидкостью. Гетала нехотя приняла её. Мутная солёная вода.
— Поешь, — говорил незнакомец, — это восстановит силы.
— Как она? — Вечер полноправно вступил в права, когда голова Радвида показалась в палатке. Лекарь устало вздохнул.
— Лихорадит. Мне с трудом удалось накормить её, затем вновь впала в беспамятство.
— Я сменю тебя, иди, отдохни. — Командующий протиснулся внутрь. На лице мужчины прочиталось облегчение.
— Надеюсь, она не доставит вам беспокойства. Если что, протирайте лицо.
Радвид кивнул.
— Она ничего не говорила?
— Нет, разве что… один раз обронила имя. Микаэль. Да, если я верно помню, это был «Микаэль».
Командующий задумчиво нахмурился.
— Спасибо. Я позову тебя, если возникнет необходимость.
Мужчина поклонился и вышел.
Глава 71 Деревня
Ехать по заметённой снегом дороге было неимоверно трудно. То и дело встревали колёса, приходилось останавливаться и толкать обозы. Лошади фыркали. Временами тропы заметало настолько, что объезжали окольными путями. Хизер нервничала. Она понимала, что у них нет лишнего времени хотя бы потому, что враг внутри страны, и выезжать за её пределы — значит оставлять всю ответственность на Карлайле, ведь и Леос сейчас не находился в столице.
Впрочем, чем маг сумел бы быть полезен там? Он не обучался дипломатии, умел разве что драться, и в советники его Хизер взяла лишь потому, что относительно доверяла. Ситуация скверная. Ещё и усовершенствовать приобретённую силу не получалось. Не было ничего сложного в том, чтобы разрезать дерево, но вот получить из него железо — другое дело. «Дороговато я заплатила за столь жалкие способности», — мысленно сетовала девушка, а между тем их путь продолжался.
Арравел, которого долгое молчание угнетало, не упускал шанса завести с кем-нибудь диалог, однако, стражники на мысли были скупы, говорить с прислугой лорду казалось ниже его достоинства, и единственным человеком, в котором мужчина находил отдушину, была королева, но та, увлечённая мыслями, не часто стремилась отвечать.
— Ваше Величество, а вы любите поэзию?
Хизер, думающая о том, как бы заполучить поддержку юга, не показавшись слабой и уязвимой, бросила на него недоумевающий, почти гневный взгляд.
— Нет.
— Отчего же?
— Я живу в мире, где некогда обращать внимание на подобные глупости.
— А между прочим в древности баллады не редко вдохновляли воинов на подвиги.
Девушка усмехнулась, и Арравел негромко запел:
Как на рассвете алом воины собирались,
Хлебнув утраты горечь, соль вкусив,
На коней вспрыгнув, в поле дожидались
Врага знамён и лошадиных грив.
Он замолк, потому что едущие впереди мужчины вдруг натянули поводья. Хизер, насторожившись, попыталась выглянуть из-за спин.
— Ваше Величество…
— Что там?
Увидев на дороге тёмное пятно, девушка спешилась и пошла посмотреть. Подойдя ближе, она увидела в сугробе заметённое тело. Оно лежало здесь уже не первый день и успело частично почернеть. Следы были заметены бураном, и лишь открытый в предсмертном крике рот говорил о том, что человек умер насильственной смертью.
— Разбойники? — поинтересовался кто-то. Хизер окинула взглядом пространство. Впереди виднелась небольшая деревушка, но из труб разбросанных в хаотичном порядке домов не валил дым. Не слышалось лая собак, не мелькали тени крестьян. Этот факт девушку насторожил.
— Сворачивайте к деревне. Посмотрим, что там.
Она вернулась в седло и ударила лошадь поводьями.
— Может, не стоит? — усомнился Арравел. — Местечко выглядит жутко, а наша задача — добраться до Эйхана живыми.