Хагалаз. Восхождение (СИ)
Хизер намеревалась свернуть к лестнице, как вдруг чей-то силуэт вынырнул из-за угла. Девушка едва успела среагировать, чтобы податься назад. Ещё сантиметр, и копьё пронзило бы ей висок. Басовый мужской голос отдал команду. Из смежного коридора повалили вооружённые люди и прежде, чем Хизер успела выругаться, плотно окружили двоицу. Не дожидаясь объяснений, королева обнажила мечи, мысленно похвалив себя за удачный выбор одежды. Её примеру последовал и Леоссар. Они прижались друг к другу спинами, как будто сражались так сотни раз, и быстро оценили обстановку. Десяток вооружённых человек: в большинстве своём стражники, лиц которых девушка не могла припомнить. Они выставили перед собой мечи и копья, намекая на то, что разговор не состоится, однако Хизер всё-таки предприняла попытку:
— В чём дело? — строго спросила она, стараясь сохранять самообладание.
— Долой бабу с трона! — крикнул кто-то из присутствующих, и остальные ринулись в бой. Хизер, не раздумывая, пустила в ход обретённые способности. Она не сомневалась в том, что могла бы защититься и своими силами, однако против такого количества противников даже её мечи были бессильны. Лязг, скрежет, свист, вскрик. Взбудораженные тени понеслись по стенам коридора. Леоссар ловко парировал удары мужчин, мечи которых после первого же контакта рассыпались в прах. Оставалось дело за малым — проткнуть жалкие тела, чем маг без колебаний и занимался. Хизер пришлось сложнее. Удары летели со всех сторон, и она едва успевала отражать их. Одно из копий поцарапало руку, второе едва не вонзилось в шею. Сломав пару мечей, девушка отпрянула и с размаху вскрыла шеи двум нападавшим. Сразу же последовали атаки остальных. Взмах, звон, скрип, грохот. Ещё один враг свалился на пол, забрызгав королевское одеяние кровью. Леоссар, расправившись со своей пятёркой, не задумываясь пришёл на помощь, и когда в живых остался последний, уползающий словно червь, стражник, Хизер остановила бойню. Она утёрла вспотевший лоб и наступила незнакомцу на грудь. Его глаза расширились от ужаса, а губы задрожали и искривились в предсмертной муке.
— Паранойя, говоришь? — бросила Хизер Леосу, и тот молча проглотил упрёк. — Кто вас послал? — Каблук сапога сильнее вдавился в лежащее тело. Мужчина жалобно всхлипнул, но промолчал.
— Кто послал?!
Одним взмахом девушка отсекла несчастному кисть. Стражник разразился отчаянным болезненным криком.
— Отвечай, или я буду рубить по конечности!
— Г-г-господин Х-холгер… — захлёбываясь, выдавил он.
— Лжёшь! Холгер в темнице!
— Е-его с-стерегут н-наши… о-он обещал д-денег и т-титулы… о-он…
— Тварь!
Не позволив мужчине договорить, Хизер воткнула ему в шею лезвие. Стражник издал последний предсмертный хрип, — и в коридоре воцарилась тишина.
— Да как он посмел?! Уже приговорённый к смерти он всё равно пытается… — Ярости девушки не было предела. С лестницы доносился топот. Кто-то услышал крики и бежал сюда. Хизер сжала мечи, не исключая того, что вновь придётся защищаться. Маг тоже насторожился. В коридоре возникло четверо стражей.
— Ваше Величество! Вы в порядке? Что произошло?
— Я в порядке! — гневно выдала девушка, выставив перед собой окровавленный меч. — Уберитесь здесь, и чтобы к утру пятна ни одного не было! Обыщите замок, всех недовольных киньте в темницу! Я хочу знать, с кем говорил Холгер Логенрос. Всех, кто его караулил, взять под стражу, и если я узнаю, что кто-то ещё надеялся получить денег за мою голову, лично сдеру скальп!
С этими словами девушка ринулась прочь, оставив на полу десяток окровавленных трупов, и Леоссар, недолго думая, оправился за ней.
— Враги на каждом шагу, — причитала Хизер, стягивая с себя окровавленную одежду, когда они оказались в комнате. Леос запер дверь и на всякий случай установил невидимый барьер, дабы ни одному проходимцу не пришло в голову побеспокоить королеву. — Они ненавидят меня! Всё, как и с моим братом! Кто-то трясётся за титул, кто-то боится смерти. Всем плевать на страну, на законы, на благоразумие. Я стала правительницей ада, но и тот меня не признаёт!
Голос девушки дрогнул. Обнажённая она рухнула на кровать и закрыла лицо руками.
— Что я делаю не так? Я ведь никого из них не выгнала! Никого не лишила жалования! Я каждому дала шанс, разве нет?
— Люди по природе своей алчны и глупы. Им всегда мало. Создашь иллюзию угрозы, поманишь золотом, и они пойдут.
— Но у Холгера нет золота! Он без пяти минут труп!
— У него есть влияние и состояние, заработанное за жизнь. Эти люди верили, что твоя смерть и его освобождение принесут им выгоду, как когда-то Лонгрену. Вот и всё.
Хизер почувствовала, как из глаз её полились слёзы и иронично усмехнулась.
— Я кажусь им слабой? Скажи Леос, может, я действительно произвожу такое впечатление.
— Нет, но ты должна понимать, что не сумеешь быть идеальной для всех. Враги есть у каждого, особенно у главы государства.
Леос окинул взглядом изящное тело, распростёршееся на одеяле. Девушка вытерла слезящиеся глаза.
— Ну да, ты прав. Я не имею права впадать в отчаяние, только не после всего пережитого.
— Никто не знает, что тебе довелось пережить. В их глазах ты — девушка, победившая на арене Лонгрена, чудом воскресшая наследница, и это уже дорогого стоит. Своим примером ты, быть может, воодушевила и веларов, так что будь готова к тому, что вызов будут отныне бросать и тебе.
— Сложно воскреснуть, если ты не умер, — прошептала Хизер и усмехнулась. — Я готова. Я… буду нести ответственность за все свои решения.
— Хорошо. Это правильно. А теперь отдыхай. Тебе нужно высыпаться, на счёт безопасности не переживай, я об этом позаботился.
Маг уже взялся за ручку, чтобы выйти, как вдруг Хизер окликнула его.
— Леос… останься, пожалуйста.
— Хизер, я…
— Не бросай меня одну. Мне кажется, я сойду с ума, если останусь наедине со стенами и призраками. — Мужчина колебался, не зная, стоит ли вестись на эту жалобную просьбу. — Обними меня. Как раньше. Нам ведь было хорошо раньше. Я ни к чему тебя не обязываю, просто…
Маг облизнул нижнюю губу, отпрянул от двери, и, осторожно закрыв её, начал медленно раздеваться. Хизер перевернулась на бок и, глядя на его движущийся в сумраке силуэт, испытала ни с чем не сравнимое чувство облегчения. Скинув одежду на кресло, Леоссар медленно подошёл к кровати и лёг рядом, как когда-то в их тесной палатке.
— Никогда не привыкну к мягкости королевских перин. — Его губы тронула беззаботная улыбка. Девушка с опаской коснулась горячего обнажённого плеча. Воспоминания нахлынули разом: в них была и радость, и боль. Бессонные ночи, длинные дни. Ветра, грозы, испепеляющая жара — извечные сопровождающие двух скитальцев. Вдруг маг перевернулся, и Хизер почувствовала его настойчивые влажные губы. Уже увереннее прижавшись к нему, она охотно ответила на поцелуй, который так страстно мечтала получить со дня их последней совместной ночи. Леос сказал, что не любит её, но разве может нелюбящий мужчина так целовать? Разве способен он дарить столько чувств, не испытывая при этом ничего? Хизер не хотелось в это верить. Где-то в глубине души она сохранила надежду, что не безразлична магу, к которому тянулась так охотно даже осознав, что их союз обречён.
Глава 46 Заговор
«Ребёнок узурпатора», — эти слова не выходили у Наоми из головы. Дети любят мстить за отцов. Но разве её не родившийся сын может причинить кому-то вред? Он будет расти в отдалении, с ней, обучаться наукам, владеть землёй. К чему эти ненужные распри? К чему насилие и убийства, порождающие другие убийства? Как можно смириться с положением дел? Лонгена прикончили прямо на глазах. Девушка помнила каждую секунду царившего ада: замах, удар, ещё один, а затем вероломный жест — и окровавленная голова уже летит в воздух. Неужели теперь она увидит, как сына задушат его же пуповиной?
Наоми нервно сглотнула. Она не притронулась к отвару Периция, потому что физическая мука хоть несколько притупляла душевную. Девушка лишилась слишком многого, а теперь они решили забрать последнее — плоть от плоти её, остановить крохотное сердечко, бьющееся под её собственным.