Хагалаз. Восхождение (СИ)

— Предлагаете организовать блокаду, Ваше Величество? Но ведь это очень затратно.
— Там всего пятьдесят человек, не так затратно, как собирать и думать о перемещении нескольких сотен. У Лорда Хареса есть наследник?
— Да, Ваше Величество. Шестнадцатилетний Одри Икуатор. Насколько нам известно, он остался в фамильном замке.
— Тогда имущество отца сейчас должно быть в его руках. Известите юного господина о том, что теперь его задача — обеспечить отряд ополчения. Пусть доставит им всё необходимое: продукты, оружие, палатки. Придётся повысить налоги, но положение того требует, народу необходимо будет разъяснить. Выделите две сотни линар на содержание из казны, об остальном позаботятся феодалы. Должны же они приносить хоть какую-то пользу.
— Будет выполнено. — Хирг Леварс поклонился.
— Вам есть, что добавить?
— Нет, Ваше Величество.
— Тогда присаживайтесь. Кто следующий расскажет, на пороге какого кризиса мы стоим?
— Глава рыцарского ордена — Егель Арфел. — Знакомый рыжебородый мужчина, с которым Хизер танцевала накануне, медленно поднялся. Поприветствовав её, он улыбнулся слишком приторно и вольно, будто не разделял всеобщей тревоги. На Лице Леоса отобразилось презрение. Хизер осталась бесстрастна. Мужчина, видя, что ответного отклика любезности не последует, решил не тянуть с докладом.
— Ваше Величество, слава Геул, в городе относительно спокойно. Недовольств по поводу смены власти не наблюдается, гости довольны пребыванием во дворце, но на всякий случай я усилил охрану на улицах. Единственное, что сейчас беспокоит добрую часть населения — это пересуды по поводу надвигающейся войны, но любую вспышку мы пресекаем, не давая этому яду распространиться.
— Войны? Слухи о падении Ютры так быстро распространились?
— Нет, Ваше Величество. Это связано с внезапным появлением в городе эрий. Если верить преданиям, они являются предвестниками войны, но мы, здравые люди, понимаем, что это сказки. Жителей беспокоит то, что некоторые из этих птиц идут на самоубийство, и всякие ненормальные, пользуясь ситуацией, вещают о приближающемся зле. На днях мы арестовали одного прокажённого, кричал о конце света и ребёнке из тьмы. Рыцари, как и представители духовенства делают всё возможное, чтобы не допустить распространения ереси. Быть может, вы прикажете принять ещё какие-то меры?
Прозвучавшая новость взбудоражила Хизер не меньше предыдущей. Ей вспомнился разговор с Блэйром, предсказание его учителя о близнецах и разрушениях. Да она сама видела эрию и ввязалась из-за её убийства в драку! Как уж тут сослать всё на предрассудки? Прежде, чем ответить, девушка пораскинула мозгами.
— Я хочу увидеть этого прокажённого.
На лице мужчины отобразилось недоумение.
— Не понимаю, к чему, Ваше Величество.
Хизер подалась вперёд. Неуверенная улыбка Елеля стала излишне притворной.
— Я должна объяснять почему? Просто распорядитесь, чтобы его ко мне доставили. Пересуды на улице могут вылиться во всеобщую панику, а вы представляете, как сложно управлять обезумевшей толпой? Отец Люрэс, я рассчитываю на вашу активную помощь. Если в умах людей зреют мысли о зачатках зла, то нужно чтобы кто-то возвращал их на путь светлой веры. В остальном надеюсь на ваших людей. — Последняя фраза адресовалась Егелю. Мужчина поклонился и сел.
— Благодарю, Ваше Величество, будет выполнено.
— Что-нибудь ещё?
На этот раз заговорил Леоссар.
— Письма с известием о вашем восхождении на престол разосланы во все концы, так же для надёжности мы отправили несколько гонцов с грамотами. Ключевой фигурой нашего интереса пока остаётся король Ульрих. Мы ожидаем ответа, но у вас есть мысли по поводу того, как поступать с принцессой Наоми?
Из-за грянувших потрясений Хизер уже успела забыть о том, что молодая вдова по-прежнему находится в замке и ждёт своей участи. Выдержав паузу, она ответила:
— Я собираюсь отправить принцессу домой и написала об этом в письме. Надеюсь, Ульрих пойдёт на встречу и вышлет людей для её защиты. У нас сейчас каждый человек на счету.
 
— Не опасаетесь, что Ульрих может попытаться мстить? — вдруг встрял в разговор Егель.
— У него нет повода, Наоми ведь цела и невредима. Конфликт с Эндагоном нам не нужен, и в знак своих добрых намерений я собираюсь вернуть ему дочь.
— Мудро, — согласился Леос, — сейчас особенно опасно вступать в трения с соседями, они могут воспользоваться нестабильной ситуацией.
Хизер переводила взгляд с одного лица на другое. Ей хотелось удалиться и обдумать всё в одиночестве. Сон как рукой сняло. Других докладов не последовало, и девушка с толикой облегчения закончила собрание. Кто бы мог подумать, что Иннун зайдут так далеко? Сначала деревня, теперь город. Быть может, их зверствам подверглись и другие населённые пункты? Вернувшись в покои, Хизер налила себе воды, и сделав несколько глотков поняла, что это вовсе не тот напиток, который хотелось бы принять. Усевшись в кресло, она задумалась о членах совета. Непонятно, как большинство из них пришли к своим должностям, после смерти Иландара при дворе воцарился бардак. Хирг Леварс производил впечатление остолопа, Егель Арфел — подхалима, остальные же, за исключением Леоса и Отца Люрэса просто не вызывали доверия. Заменить бы их всех, но на кого? Где найти верных и умных людей? И как избежать неприятностей, постигших покойного брата?
Размышления девушки были прерваны стуком в дверь. Хизер не хотела отвечать, прикинувшись, что отсутствует, однако мысль о том, что это может быть важно, заставила её передумать. На пороге показался Леоссар. Королева обрадовалась, что это был не кто-то другой, однако то, что маг не спешил проходить, поселило в девушке тревогу.
— Что-то случилось?
— Думаешь, того, что услышала мало?
— Не юли. Я не в настроении.
Мужчина понимающе кивнул.
— На самом деле ничего срочного. Я только что столкнулся с командиром стражи, и он сказал, будто какой-то человек рвётся к тебе уже несколько суток. Вообще-то он не единственный, но подозрительно настойчивый. Сказал, что его зовут Кирон, и ты должна понять. Полагаю, обезумевший фанатик? Кинуть его за решётку?
Услышав имя, Хизер невольно подалась вперёд. Её пульс участился.
— Кирон… Святой Геул, нет. Немедленно прикажи впустить его и привести ко мне.
На лице мага отобразилось недоумение.
— Так ты… знаешь его?
Хизер глотнула и отставила бокал на стол.
— Я буду в приёмной. Иди, пока с ним что-нибудь не сделали!
Леос мгновение помедлил и вышел из комнаты. 
***
Сердце девушки колотилось, угрожая выпрыгнуть из грудной клетки. Она мерила шагами комнату, не находя себе места, и чувствовала, как на спине выступает ледяной пот. Это не могло быть простым совпаденьем. Он нашёл её, точно он…
Минуты тянулись, как часы. Хизер казалось, что прежде, чем Леоссар вернулся, прошла вечность, но вот, маг шагнул в комнату, а вслед за ним и двое крепких стражников ввели мужчину в сером потрёпанном плаще. Увидев его, Хизер на мгновение замерла. Дыхание перехватило, и прежде, чем девушка выдавила из себя какой-либо звук, мужчина скромно произнёс:
— Ваше Величество…
— Кланяйся королеве! — Один из стражников пихнул его в спину. Хизер негодующе вздрогнула.
— Вы оба, пошли вон.
Опешившие стражники отпрянули, и уже через мгновение девушка бросилась незнакомцу на шею.
— Карлайл!
На лице мужчины отобразилось счастье мученика. Он замер, не зная, как повести себя в сложившейся ситуации, а маг, услышав знакомое имя, быстро сообразил, что к чему. С толикой опаски Карлайл всё же отважился приобнять королеву. Он не помнил, чтобы хоть раз допускал проявления подобных чувств. На глаза выступили слёзы. Хватка Хизер была такой сильной, что на секунду у былого воина помутилось сознание.
 
— Это правда ты… ты жив…
— О, королева… — слабо шепнул он ей на ухо. Девушка отстранилась, чтобы взглянуть мужчине в лицо. Её спаситель, второй отец, человек, которого Хизер, казалось, любила большего всего на свете, стоял перед ней. Она уже и не надеялась увидеть его, однако судьба оказалась благосклонна. За минувшие месяцы Карлайл будто внезапно постарел. Разглядывая морщины и проседь в заколотых волосах, девушка еле сдерживалась, чтобы не расплакаться. Никогда прежде его лицо не излучало столько отеческой теплоты. У Хизер задрожали и едва не подкосились ноги. Леоссар тактично покинул комнату, дабы не быть свидетелем сентиментальной сцены.