Сын мэра (СИ)

- Саш, пусти… пожалуйста… давай потом поговорим.
- Нет.
- Успокоимся оба и все обсудим.
- Нет, Даша, - голос его приобретает окраску, пусть мрачную, но он хотя бы больше не напоминает механический, - успокаиваться мы будем вместе, рядом друг с другом.
- Я хочу уйти, - всхлипываю жалко.
Это правда. Переживать душевные муки я привыкла в одиночестве, с головой под одеялом.
- Я не знаю, что мне сказать, чтобы ты поверил.
- Я верю, - говорит отрывисто, - немного не в себе сейчас, но я верю.
- Правда?
- Не уходи только… - просит, глядя на меня исподлобья.
Я пытаюсь успокоиться, облизываю соленые губы, но слезы бежать не перестают. Саша хмурится еще больше, побелевшие ноздри нервно раздуваются, дыхание рваное.
Рывком притянув к себе, прижимает лицом к своему плечу. Я обнимаю его руками, впиваюсь пальцами в обнаженную кожу спины.
Конечно, я не ухожу. Заторможено снимаю с себя куртку, отдаю Саше. Он вешает ее обратно в шкаф, в комод прячет шапку и опускается на колени, чтобы снять с меня ботинки.
Я умываюсь, и мы почти сразу после этого ложимся спать. К душевным беседам никто из нас, видимо, не готов. Поэтому, лежа в кровати, каждый думаем о своем.
Саша заканчивает настройку нового телефона и молча мне его передает.
- Спасибо.
Он лежит на спине, закинув руки за голову. Смотрит в потолок. Я - на боку, разглядываю его профиль.
- Ты должна была мне рассказать, - наконец, произносит охрипшим от долгого молчания голосом.
- В последнем сообщении я сказала ему, что у меня есть парень и попросила больше мне не писать. Удалила все сообщения… думала, он все понял.
- Настырный… я его понимаю…
- Саш… я не думала, что это так важно… поэтому не хотела рассказывать.
- Я так и понял.
- Но ты прав. Если бы я узнала, что ты тайком от меня переписываешься… допустим, с Алиной, мне было бы больно. Прости…
Греховцев продолжительно выдыхает. Перевернувшись на бок, лицом ко мне, касается моей щеки костяшками пальцев.
- Спи. Успокаивайся и засыпай. Завтра экзамен сложный.
Я как кошка трусь лицом о его руку.
- Я люблю тебя…
- И я люблю, Даш… Спокойной ночи.
Мне кажется, я засыпаю раньше, потому что сквозь сон слышу, как он ворочается, крутится… иногда ходит по комнате. Потом все стихает. Спину греет его тепло, в волосах гуляет его теплое дыхание.
Утром мы чуть не опаздываем. Со всеми этими переживаниями я накануне совершенно забыла про будильник.
Собираемся второпях. У Саши зачет и дела в офисе отца, у меня – экзамен по Социологии.
Вчерашнее мы не обсуждаем. Некогда, и я чувствую, что Саша еще переживает, хоть и старается не подать виду. Доезжаем до вуза, уже традиционно целуемся и разбегаемся по аудиториям.
Меня так колбасит от предстоящего испытания, что все волнения, связанные с вчерашним инцидентом, уходят на второй план. Если сейчас у меня получится сдать на отлично, я буду учиться в этой Академии как полноправный студент, а не как протеже мэра.
Вопросы мне достаются с подвохом, но я, Слава Богу, не обошла их вниманием при подготовке. Отвечаю уверенно, точно зная, какие именно мне зададут дополнительные вопросы и выхожу из аудитории с заслуженной пятеркой.
Все еще не веря собственному счастью, стою с прижатой к груди зачеткой.
Сессия на отлично. Бюджет!
- Привет, - раздается за спиной насмешливое, - поздравить или посочувствовать?
Обернувшись, вижу Тину. Мириться подошла?
- Поздравить, - улыбаюсь я.
- Поздравляю, - быстро оглядывается по сторонам, - поболтаем?
  
Глава 63.
 
От досады едва не скриплю зубами. Во-первых, я не имею ни малейшего желания с ней общаться, во-вторых, я хочу прямо сейчас позвонить Саше, чтобы сообщить ему результаты экзамена.
- Все еще дуешься? – задрав бровь, интересуется Тина.
- Я?.. Нет, даже и не думаю.
Я о ней вспоминаю только, когда мы встречаемся в стенах вуза. Мы не были с ней настолько близки, чтобы я всерьез страдала после той ссоры.
- Да, я… в общем, извиниться хотела…
 
- А… ты про тот случай?
- Ну, да. Если бы знала, что ты с Грехом, не стала бы тебе изливать душу.
Понятливо качая головой, игнорирую намек на то, что она снова обвиняет меня. Демонстративно смотрю на циферблат часов, оглядываюсь назад.
- Вы же вместе, да?
- Да, вместе.
Она невесело усмехается. Глядя на свои ноги, поднимает носок ботинка и ведет углом подошвы по стене, оставляя жирную черную полосу.
- Рада за вас.
- Ага, спасибо, Тина. Я пойду? – показываю кончиком пальца на свои часы, - тороплюсь очень.
- А, ну, давай, пока.
Я разворачиваюсь и, облегченно выдохнув, шагаю по коридору.
- Рада, Даш, что ты нашла в себе силы его простить после того, что он сделал, - догоняет в спину.
Чувствую боль между лопаток, как от резкого удара тупым предметом. На автомате прохожу еще несколько шагов, а потом, проявив слабость, останавливаюсь.
А вот и причина, по которой Тина решила со мной «помириться».
Я не смогу уйти, не узнав ее. Просто не смогу и все. Если сейчас она скажет, что в курсе того, что между нами с Сашей произошло, я… умру, наверное.
- О чем это ты?
Тина, не вполне правдоподобно изобразив удивление, приближается.
- Ну, про то, как парни жребий на тебя тянули…
Почувствовав небольшое головокружение, встряхиваю головой. Пол под ногами становится зыбким. Поворачиваюсь к ней всем корпусом и пытаюсь сфокусировать взгляд.
- Какой жребий?
- Так… Саша же тебя разыграл между парнями, - охнув, закрывает рот ладошкой, - ой, ты не знала, да?..
- Разыграл?.. Как это?
- Ладно, забей, - отмахивается она, приобняв мои плечи одной рукой, - было и было! Сейчас же у вас все хорошо.
- Тина, - дернув плечом, скидываю ее руку, - что за жребий?
- Да, фигня. Макс с Лехой спорили из-за тебя, а Саня, чтобы их примирить, бросил монетку… Макс выиграл, и Грех отдал тебя ему…
- Отдал? – повторяю эхом.
- Ну, да…
- Пока… - бросаю через плечо и решительным шагом иду к гардеробу. Одеваюсь и на автобусе еду на вокзал за билетом до дома.
Новый Год там встречу. Хотела до этого провести с мамой 2-3 предновогодних дня, а потом вернуться сюда, но сейчас передумала. В телефоне два пропущенных от Саши, я отвечаю только на третий.
- Сдала? – спрашивает сходу.
- Сдала. Отлично. А ты?
- Поздравляю! Я тоже. Уже к отцу уехал. Ты где?
- В общежитие иду.
- Зачем? – голос меняет тональность, становится чуточку настороженным, - оставшиеся вещи собрать? Я помогу.
- Нет, Саш… я… я билет купила, завтра утром домой уезжаю.
- Не понял.
- На Новый год.
В трубке повисает тишина. Я шагаю по заснеженному тротуару, изо всех сил стараясь не заплакать.
- Я приеду вечером, Даш. Поговорим.
Отключившись, какое-то время блуждаю дворами, чтобы успокоиться и не появиться в общежитии с видом побитой собаки. Звоню маме предупредить о приезде, она, вроде, рада.
Потом поднимаюсь в нашу комнату. Стараясь вести себя непринужденно, болтаю со Светой, попутно собирая свою сумку. Она на взводе, потому что ее экзамен только завтра, поэтому ей не до меня и не до моих душевных травм.
Саша звонит вечером, когда за окном уже непроглядная тьма.
- Я у общаги, - говорит он в трубку, - выйдешь?
- Выйду.
Надеваю ботинки, набрасываю на плечи куртку и иду на выход. Лексус мигает фарами, едва я появляюсь на крыльце. Запахнувшись, быстро к нему бегу.
Саша выходит мне навстречу, открывает пассажирскую дверь.
- Ты снова без шапки, - проговаривает недовольно.
Садится рядом и прибавляет температуру в салоне. Я сижу молча, спрятав нос в воротнике куртки.
- Что происходит, Даша?
- Я решила домой поехать… Новый год с мамой встречу.
Саша сильно хмурится. Сложив обе руки на руле, смотрит в лобовое стекло.