Очаги ярости (СИ)

— Думаю, Олаф без оснований не обнаглел бы. Он, конечно, водитель, а в их профсоюзе каждый хотя бы немного себе на уме, но он всё-таки до сих пор верен Службе. Несмотря на давление Рабена, между прочим…
— Олаф, — Бенито хмыкнул, — стратегически верен. То есть верен — в конечном счёте. Но на верность тактическую парня порой не хватает. Он сгибается под давлением и угрозами, ты же видел сам. Да, при этом надеется перехитрить, отыграть назад — и в результате предать не Службу, а, скажем, Рабена. Но достаточно просто изучить все его уловки, чтоб не оставить ему никакого шанса.
— Это да. Олафа есть, кому припугнуть. И у него есть история подчинения обстоятельствам. Долгий путь, пройденный в эту сторону. Так что Рабену и другим есть на что опираться. С каждым разом, должно быть, приходится меньше давить.
— Метко сказано, Кай! — оценил Родригес. — Я запомню: «история подчинения». Я как будто бы представляю, из чего она состоит…
— Из событий, в которых воля его страдала.
— Да. Страдала. Так вот я и думаю: некто (скорее всего люди Флетчера или Рабена) находились при выезде с Олафом рядом — и не позволили ничего передать. Их присутствие с Олафом в вездеходе, вроде, никем не замечено (потому невозможно знать точно, кто таковы), но ведь явно сквозит в образе действий Олафа самого. Что мне скажешь на это, Кай?
— Я скажу, что та странность, с которой уехал Олаф, может быть тоже посланием. Он не мог ничего передать на словах, но передал — в отъезде, в самом его способе. Не отпросился, чтоб тихо-спокойно аннулировать план, а поступил и невежливо, и необычно. То есть, подал. Загадал загадку.
— Ты силён! — похвалил Бенито. — Ловко перекрутил. И о чём сигнал?
— О давлении. Ты ведь сам угадал, что на Олафа кто-то давит. И, наверное, о тревоге. Олаф свою тревогу передал уже нам. Суетимся, толкуем едва заметные знаки. Подозрительней стали. Может, этим поступком он того и хотел достичь? Да, и мысль пробудить — на то и загадка.
— Кай, послушать тебя, так водитель Олаф — это какой-то профессор. Но идея мне нравится. Вот хотя бы и тем, что мотивация Олафа выглядит очень достойно. Хочется верить в этого Олафа, да. А в того не хочется.
Помолчали. Бенито внутри себя переваривал новое мнение. После снова заговорил:
— Я вот думаю, как надолго Олаф уехал? Из его сигнала такого, поди, не вычислишь…
— Если он выполняет чужую волю, то мог бы и сам не знать.
— Я к тому, что если он скоро не явится, чтобы ехать в Содом, то придётся тогда обращаться к другим водителям. А мне бы того не хотелось.
— Призма, да? — легко было догадаться.
Бенито кивнул:
— Показать посторонним тайник очень бы не хотелось. Да и сама дорога с таким очагом правдивости кого хочешь выбьет из колеи.
— Можно поехать с Брандтом, он и так эксцентричен. Если чего-нибудь выкинет, в Бабилоне не удивятся, ведь его за нормального не считают. А тайник — не показывать. Призму достать заранее, чтобы не знал, где лежит.
— Это дело, — тут же решил Бенито. — Ладно, пошли-ка, сейчас откопаем Призму. Сам заодно посмотришь, где она лежит.
Почему-то смотреть не особенно-то и хотелось.
6 
По пути зашла речь об Х-блоках цфатовских огнемётов, что лежат отчего-то в кладовой Башни Учёных, хоть объектами ксеноархеологии считаться не могут. Да, не могут, несмотря на присутствие кинской ксенокультурной основы. Ибо предметы не ископаемые, да к тому же давно введены в новую (ксеноземную) синтетическую технологию. Собственно, речь там о каббалистическом истолковании стихийной алхимии Кина — ограниченно продуктивном для имитации кинской логики.
Ограничения в чём? Этот синтез позволил землянам создать, например, огнемёт — на основе предположительно вечных энергоисточников Кина, но в значительно суженном горизонте понимания привходящих кинских контекстов разветвлённого цикла существования стихии огня.
Что это значит? Что представитель ксенокультуры Кина полностью знает, как огнемёт работает, а земляне — вроде бы, знают, но не до конца. Даже продвинутые оружейники из концерна «Цфат».
 
Даже они. Ведь, по сути, что они сделали? Поверх невнятно определённой кинской системы стихий, зафиксированной в искусственных минералах, наложили свою инкрустацию — Дерево Сефирот, не заботясь нимало, что кинцы не знают деревьев, что, поэтому, и символика древа для Кина неаутентична.
Ну а им что за дело, коль стало настолько понятней, что возник даже шанс научиться стрелять огнём.
Если взять за основу Дерево Сефирот, то на место кинской стихийной алхимии встанет земная стихийная магия — и позволит любому профану-пользователю через конечный ряд несложных манипуляций убедительно управлять бесконечным огнём.
Да, управление — это ещё не власть, а всего лишь видимость. Но и видимость власти позволит кого-нибудь сжечь. Не задумываясь, откуда берётся огонь. Огнемётчик — он и не должен об этом думать.
Ну а для тех злопыхателей, кто усомнится в познаниях разработчиков огнемёта, принцип действия будет легко изложить с отсылками к Каббале. Пусть опровергнут древнееврейскую книгу Зогар! Над подобной наивностью в богатейшем концерне «Цфат» заразительно рассмеются.
7 
Каббалистическое понимание принципа действия огнемёта в общем и целом должно бы выглядеть так. Первооснова его — сефиротичное Древо. Десять сефир образуют базовую структуру, по которой проходит энергия мысли и магии. Первоэнергии сути каждой сефиры постигаются в их именах: Кетер (Корона) дарует энергию действия, Тиферет (Красота) ей придаёт совершенство гармонии, Есод (Форма) её оформляет, Малькут (Царство) — материализует, Хесед (Милосердие) — универсализирует, позволяет понять людей и сочувствует всем, Гебура (Строгость) — задаёт объективный закон, чистит сознание от греха, Хокма (Мудрость) даёт право выбора лучшего и творчества нового, Бина (Разум) даёт результат в сфере идеи, Нецах (Победа) придаёт цель, стремительность и перспективу свершений, а Ход (Слава) — тебя проявляет, привлекает внимание масс.
Это вкратце, чтоб утомить Бенито не до смерти. И примерно, чтобы не запутаться самому.
Далее: Дерево Сефирот как единый принцип организует все десять первичных энергий в три столба. (Не в один только ствол, как типично для прочих деревьев).
Правый столб — Строгости, в нём и сефиры все жёсткие, неудобные, требовательные да стабильные, сплошь тяготеют к прошлому. Их стихия — вода. В огнемёте такие энергии применения не находят. В самом-то деле, он же не водомёт.
Левый столб — Милосердия, в нём все сефиры гибкие и подвижные. Здесь процветает поддержка многообразия творчества, сплошь тяготение к будущему, а стихия здесь — воздух. Видимо, этот столб огнемёту нужен, но не сам по себе, лишь для поддержки горения. Чтобы горение не поддержать раньше времени, важно, должно быть, воздушный поток заизолировать — и открыть ему доступ к огню лишь на последнем этапе.
И, наконец-то, средний столб — Власти. В нём циркулирует здесь и сейчас (в настоящем) энергия информации. В нём пребывает огонь, но в нём и земля, в некоей потенциально горючей, либо гремучей смеси. В точности, как в ископаемых нефти и газе, что подаются наружу из планетарных недр.
В этой связи будет нетрудно прикинуть основные моменты цфатской инструкции по управлению огнемётом.
Там, на Х-блоке, на инкрустированной поверх кинского артефакта каббалистической схеме, надо последовательно активизировать минимум четыре точки. В точках — отнюдь не «заслонки», а источники силы, сефиры — те, что вместе и образуют средний столб Древа Жизни.
Это Кетер, Тиферет, Йесод и Малькут.
Кетер даёт исходную силу (типа включения огнемёта в сеть), Тиферет придаёт совершенство потоку огня, Йесод обеспечивает его переход из физической в идеальную форму, Малькут — убедительную материализацию в клубах огня, вылетающих вон из сопла.