Очаги ярости (СИ)
5
— Ну так вот, — приступил Бенито к ответственной части. — Будем вплотную расследовать волны зомбификации. Дальше тянуть, сам понимаешь, некуда. Что я хотел бы в этой связи от тебя? Главным образом, свежего взгляда. (Взгляды несвежие нам до сих пор мало чем помогли).
— Но «свежий взгляд» должен будет что-то учесть?
— Всё нарытое в библиотеке, пожалуй, учти… Будет к месту научный подход от ксеноистории.
— То есть мой «свежий взгляд» должен быть обоснован научно?
— Без сомнения, — подхватил Родригес эту неосторожную мысль. — И непременно теоретически нов и полезен практически. В чём эта польза должна состоять, не спросишь?
— Куда денусь, спрошу.
— В безопасности для людей на планете. В чём ещё? В укреплении сил нашей службы. Наконец, перед нами с тобой есть ещё сверхзадача: вернуться с Эр-Мангали.
— Я вернусь! — ляпнул непроизвольно. И поправился: — Все мы вернёмся.
— Так и будет, — легко согласился Бенито. — Важно только не забывать: занимаясь анализом случаев зомбификации, мы не летим ещё прочь с планеты, но совершаем уверенный шаг к тому звездолёту, который с неё когда-нибудь улетит. Может, последнее и не так очевидно…
— Отчего же, вполне очевидно. В экипаже того звездолёта не должны появиться зомби.
— Замечательно сказано! — поощрил Бенито. — Наши оценки полезности предстоящих дознаний ныне пока совпали. Далее. Смотрим конкретней, что нам придётся искать, какие вопросы ставить. Неудобные, но при этом необходимые. Первый вопрос — «почему?». Что за факторы провоцируют зомби-волны? До сих пор не открыт ни прямой возбудитель, ни условия, при которых зомбификация наиболее вероятна. Может, есть запирающие условия, только мы не знаем и их. Это так? — Осталось кивнуть. — Ладно. Тогда идём дальше. Есть и второй, более важный вопрос в отношении зомбификации; сможешь его назвать?
Что ж, придётся суметь:
— Это вопрос — «как?». Ибо сам механизм, как она происходит, до сих пор неизвестен. Волны зомбификации внешне подобны развитию эпидемий инфекционных болезней. Но подобие не говорит о глубинном сродстве.
— Ну а наиглавнейший, третий вопрос?
— Это вопрос — «зачем?». Он о преступных целях зомбификатора. Этот вопрос обязательно стоит поставить — при условии, что за волнами зомби реально стоит чья-то воля: человека, либо сидянина, либо демона. Как известно, последний способен очень на многое. Например, руководствовать к подлым поступкам и первых двоих.
— А четвёртый вопрос, выводящий в итоге на третий?
— Это вопрос о выгоде: «для чего?». Позволяет узнать, что конкретное кем-то получено (или могло быть получено) в результате того, что на Эр-Мангали начались волны зомби.
— Есть гипотезы, а? По глазам вижу, есть.
— Кому выгодно? Есть не гипотеза, а полноценное знание. Что бы за гадость где-либо ни содеялась, выгода в том Галактического Альянса.
— Верно, однако! — Бенито расслабился, повеселел. Хотя впору, казалось, напрячься и опечалиться.
Часть 1. И это всё о нём
Блистала огоньками Призма
И опадала с организма
Свобода воли духа
Ловко лгать
Глава 1. Пост на мосту
(чуть позднее о том, что пораньше;
сообщает Руис Перейра, командир смены охранников, Новый Бабилон)
1
Руис Перейра — он не то, чтобы очень уж любопытен. Воля б его была, не желал бы знать ничего ни о ком вообще. Но, когда ты целыми сутками тупо стоишь в охране, сохраняешь оперативную готовность, держишь волю свою в кулаке, в бдительном покое, чтоб как только чего случится, развернуться стальной пружиной, оказаться во всеоружии… Тут уж приходится как-то спасаться от усыпляющей скуки.
Держишь глаза и уши открытыми, именно так. Примечаешь и то, что теперь происходит, и минувшее поминаешь. И, понятное дело, слушаешь трёп своих же товарищей. А они — не какие-то там записные сплетники, просто им, точно так, как тебе самому, трудно выдержать себя в адекватности поиска цели на протяжении долгих часов дежурства.
Лишь по этой причине Руису кое-что известно и о парне по имени Майк Эссенхельд, и о многих других обитателях Нового Бабилона. Кто-то скажет, профессиональная деформация. Но Перейра на то ответит, что видал он других деформированных, по сравнению с коими его собственный случай есть примером отнюдь не постыдного потакания суетным страстям, а скорей аскетического, блин, подвига.
Ладно, к делу; не стоит злоупотреблять присказками.
Свести личное знакомство с Майком Эссенхельдом Руису так и не случилось, но приметил он этого парня довольно-таки давно. Был из тех шестерых, кто встретил его на подходе к Новому Бабилону. Ну, вернее, не просто «из шестерых», а был среди них главным. Командиром охранной смены, если сказать точнее.
Собственно, ждали тогда не Майка. Ожидали волну зомбаков — те как раз приближались по обычному своему маршруту, то есть из-за гряды Рыжих холмов — и к дощатому мосту, где как раз и располагался пост огнемётной охраны. В утренней смене кроме начальствующего Руиса в тот день стояли зазнайка Рамирес, глазастый малыш Пако, мордатый зануда Мика, остальные сейчас не больно-то ловко припоминаются.
Первым фигурку на фоне холмов обнаружил Пако. Сообщил:
— Одного вижу! — И все встрепенулись.
— Готовность! — скомандовал Руис, оценивая расстояние до пришельца и его примерную скорость. Не опоздать бы.
Только Мика пригляделся внимательней и бросил небрежно:
— Не. Какой-то живой припёрся.
Ложная, что ли, тревога?
— Новичок, — не особенно всматриваясь, определил Рамирес.
— А тебе почём знать? — мигом заелся Мика. Руис бы тоже спросил: он Рамиреса недолюбливал, а новички по небезопасным дорогам Эр-Мангали в одиночку пешком не ходят... Но не биться же об заклад с тем, кто тебя ниже!
— О! — сказал Пако меж тем. — Вижу второго.
— Тоже, поди, новичок? — издеваясь, хихикнул Мика.
— Нет, — едва поглядев, поспешил возразить Рамирес. — Этот как раз дохлый.
— Готовность! — повторил Руис на всякий случай.
Пока странная пара фигур приближалась, Пако с Микой успели ещё поспорить, успеет ли вторая догнать первую. Выиграл Пако, хотя шансов у Мики было, поди, побольше: расстояние-то между пришельцами сокращалось, и новичок не подумал ни обернуться, ни толком прибавить шагу. А ведь если бы лютый зомбак настиг, тут бы ему новичком и навек остаться! И причём безымянным, ибо никто бы тогда вообще не узнал никакого Майка Эссенхельда. Да и что его знать-то? Парень лет двадцати пяти, каких много.
Новичку в тот раз повезло. Просто потому, что немного спрямил путь, а зомбак за его спиной шёл по заданной траектории. Расстояние между ними из-за этого вновь увеличилось; до моста добрались поодиночке.
— Новичок, что ли? — спросил Мика.
— Ага, — подтвердил парень.
Имени никто не спросил: не о том же спорили.
— А чего один идёшь?
— Так получилось.
Руис ухмыльнулся:
— Не разговорчивый… — Впрочем, оно и к лучшему: некогда болтать. — Ладно, проходи.
Но добро бы ему спокойно пройти, так уж нет. Парень, верно, решил опровергнуть характеристику «не разговорчивый» — и решил задержаться, развлечь охрану моста неспешной беседой. Ляпнул совсем уж тупое:
— Что вы тут делаете, ребята?
— А ты не видишь? — удивился Руис.
И Рамирес тогда разъяснил:
— Мост охраняем. Следим, чтобы ни один мерзкий зомбяк не перебрался через реку! — Мол, иди-ка, паренёк, подобру-поздорову. Что не понятно?
Но любопытство этого самого Майка Эссенхельда на том не утихомирилось. Словно умнее всего не бежать от зомби, а именно их дождаться. Парень круглил глаза на огнемёты системы «цфат», на кустарно приделанные к ним ёмкости с напалмом. Руис успел подумать, что следующий вопрос дурачок задаст об оружии, хоть не такому же ботанику, как он, на сей счёт блеять!..